каждом окне. Мы погрузились в темноту, когда комната медленно озарилась светло-желтым светом аварийного освещения. Теперь все здание было закрыто пуленепробиваемыми ставнями, защищающими все входы и выходы. Никто не входил и не выходил. Одна из наших процедур безопасности.
— Очистите систему! Отключите все прямые трансляции и отложите перезагрузку, — приказал папа.
Старейшины ушли, чтобы очистить все наши системы.
У нас и раньше было несколько подобных инцидентов, когда нам приходилось закрывать здание, иногда на несколько дней. Потерянное время, но оно было там не просто так, и какой-то мудак взломал нашу систему, обойдя навыки Томаса "Вне этого мира". Кем бы ни был этот другой человек, чтобы соперничать с ним, он должен был быть хорош на уровне гения.
Спустя несколько напряженных минут Томас откинулся назад с таким видом, словно отсидел в спортзале.
— Все чисто. Они стартовали. Понятия не имею, как они обошли мою систему безопасности. Мне нужно будет разобраться в этом подробнее.
Клянусь, я услышал вздох облегчения от каждого человека в комнате. Старейшины вернулись, подтвердив, что прямые трансляции были отключены, поэтому ничего не передавалось.
— Крис, Дориан, — рискнул вмешаться Томас, — это странно, но мне только что был предоставлен доступ через черный ход, откуда исходили эти файлы. Тот, кто только что обошел всю мою систему безопасности, фактически выломал кибердверь, чтобы впустить меня. Как будто они пытаются нам помочь…
Я сел обратно, как и остальные. Черт, это было странно.
Нам оставалось только ждать, пока Томас лихорадочно печатал, его руки едва не отрывались от клавиатуры. В комнате находилось около тридцати молчаливых мужчин, ожидавших дополнительной информации и распоряжений, все еще не оправившихся от того, что мы только что увидели. Это была напряженная атмосфера.
Я не знал, сколько прошло времени, но моя задница онемела от сидения в той же позе. Мой разум тоже онемел.
— У нас получилось! — крикнул папа, нарушая жуткую тишину.
Экран снова засветился, и мы просмотрели каждую переданную нам информацию. Файлы, видео, местоположения, имена.… это была маленькая черная книжечка всего их бизнеса, раскрытая перед нами.
И глава их развратной операции? Мэр Андриан Уэст. Тот, кого мы подозревали, но до сих пор не имели никаких зацепок.
Павильон. Имя, бизнес с извращенно мыслящими людьми, которых нужно было стереть с этого земного плана.
То, что они сделали, было так умно выполнено.
Вместе со своими деловыми партнерами мэр Адриан Уэст преобразовал незаконную торговлю проституцией и секс-траффикингом таким образом, чтобы это их устраивало. Удивительно, но это не было неряшливо, их бизнес не велся в захолустных дайв-барах или в ветхих, грязных старых захудалых заведениях. Нет, они были спрятаны у всех на виду и вплетены в ткань нашего общества. Это просочилось через Ист-Бэй и окружающие штаты, где когда-то был мэр, и утверждало, что эти конкретные преступления были тем, чего он не потерпел бы. Иронично, что именно он организовал это у всех под носом. Они не покупали людей упаковками и не выставляли их на платформу, чтобы продать тому, кто больше заплатил бы. Они не подталкивали наркоманов трахаться ради очередной дозы, чтобы заработать им деньги.
Павильон занимал определенную нишу в своем бизнесе. Каждая жертва была особенной, потому что каждая жертва обладала ярко выраженной индивидуальностью, которую искали клиенты из обширного списка клиентов по всему миру. Клиенты подробно описывали, кого они хотят — девочку или мальчика, женщину или мужчину, несовершеннолетнего или законного. Далее все перешло к деталям о цвете волос или глаз, росте, весе. Даже такие особенности, как веснушки, косметические знаки и шрамы. Этническая принадлежность, раса.
Проще говоря, это был приказ человеку выполнять свои требования.
Поиск был на любой вкус. Также были приглашены высокопоставленные клиенты, те, кто находился в центре внимания общественности, но я предположил, что им нужно было быть намного осторожнее с этим, не то чтобы это их останавливало. Были закрытые дела с несколькими известными именами, которые я узнал. Их обучение было завершено, и они были отправлены своему покупателю.
По каждой организации было предоставлено множество фотографий, видеозаписей и письменных заметок. Те, кто был назначен обучать этих жертв, занесли в каталог каждую деталь, какой бы незначительной она ни была. Информирование своего покупателя перед тем, как его пропустили бы, и разрешение уйти только после того, как он достиг бы определенного уровня взлома, в соответствии с запросом клиента.
Иногда Павильон похищал их избранных, отрывая их от привычной безопасности и ввергая в мир отчаяния и рабства. Некоторые жили с этими монстрами поблизости и должны были вести повседневную жизнь, будучи доведенными до совершенства в соответствии с приказом. Сломленные телом и душой, обученные определенным методам, чтобы они соответствовали потребностям и желаниям своих похитителей.
Каждому человеку был прописан один тренер-абьюзер, они не хотели слишком их расслаблять. Их слова. Если не указано иное. У каждого тренера был длинный список жертв.
Проститутки высокого класса, их сдавали в аренду по долгосрочным контрактам, на месяцы и даже годы, пока они не возвращались, использованные или готовые для следующего человека. Или просто избавлялись и их заставляли платить Павильону компенсацию. Их мясо не было таким желанным, как у тех, кто продавал, но все равно был большой интерес к более краткосрочной покупке.
Отвратительно. Унизительно.
Женщина, которую я любил, мы любили, была втянута в этот мир сыном гребаного монстра, который был таким же презренным, как и его отец. Он не защитил Миллу. Адам забрал ее себе и сдал карты в свою пользу, используя свое положение в компании, чтобы удержать ее на месте.
Я не был уверен, осознавала ли она всю глубину того, во что была вовлечена, осознавала ли, что она была не единственной. Но от осознания этого никому не стало бы легче. Я не думал, что мы смогли бы до конца понять то, через что она прошла; мы видели только отрывки пережившего ей ужаса, от которых у меня уже сам по себе зачесался палец на спусковом крючке.
Был ли я вообще достаточно силен, чтобы выслушать остальное из того, через что она прошла? Все становилось по-другому, когда это был кто-то, кого ты знал, любил и о
