много. Поэтому я спрашиваю тебя последний раз: есть хоть шанс всё изменить?
Радилак немного подался вперёд, его чешуя засияла от влажного света, а взгляд стал глубоким, и в нём мелькнуло нечто тяжёлое.
– Представь, что ты вернёшь погибших, – тихо зашипел он. – Что в таком случае будет с теми, кто уже живёт по-другому или с другими? Можем ли мы вернуть прошлое, не разрушив настоящее?
Я не отводила взгляда.
– Но...
Змей расправил хвост, из его тела вырвался туман. Он быстро растёкся по всему пространству, и время словно затормозилось.
– Ты должна понять, что переписывание времени – это не просто магия, это действие, которое может перетечь в саму ткань реальности. Чтобы вернуть то, что было утеряно, нужно будет изменить не только судьбы, но и саму суть тех, кто был в прошлом.
Я шагнула вперёд.
– Вот видишь, всё-таки шанс есть. Мы можем его дать магическим существам, а они пусть дальше решают сами, использовать его или же оставить всё так, как есть.
– Тогда... – Змей пристально посмотрел мне в глаза и начал качаться на хвосте, словно гипнотизируя. – Я вытяну из тебя всю магию, и ты станешь просто человеком.
Голос звучал угрожающе.
Я хмыкнула. Вот напугал так напугал! Прям боюсь, держите меня семеро!
– Я всю жизнь была обычным человеком, неделю – магом, и всего лишь каких-то пятнадцать минут – богиней. Поверь мне, уж как-нибудь я это переживу, – с лёгким сарказмом в голосе ответила я.
Радилак на мгновение замолчал, его взгляд становился всё более интенсивным, как если бы он пытался понять, насколько я на самом деле серьёзна в своих словах.
– А если ты после этого не сможешь вернуться домой? – продолжил пугать Змей и просверлил меня сканирующим взглядом.
Я скрипнула зубами. Вот рептилия! Непробиваемая какая!
– Хватит уже тянуть время, – сказала я, не сдержав раздражения. – Я тебе здесь не нужна. Погубить меня ты не хочешь и не можешь. Тогда зачем столько угроз, а?
Змей медленно скользнул вдоль источника и, добравшись до стены, повернулся ко мне.
– Раньше ты разговаривала со мной уважительно, – сказал он с некоторым оттенком удивления и обиды.
– Раньше я находилась в подвешенном состоянии, часто не понимала, что происходит, и от этого жила в постоянном страхе, – я шагнула к нему и усмехнулась.
– А теперь осмелела?
Змей поднял голову и пристально посмотрел на меня. Только теперь в его взгляде не было угрозы, он как-то странно присмирел, словно прислушался к чему-то извне.
– Нет, – твёрдо сказала я. – Теперь я поняла, кто я, что я и чего хочу. И ещё, – я весело предвкушающе улыбнулась, – у меня в должниках целый клан тотемных животных. Поэтому хватит заговаривать мне зубы. Буди всех, хватит дрыхнуть. Пришла пора отдавать долг чести.
– Тогда ты должна понять: за такой выбор придётся заплатить. Ты вмешиваешься в самое основание мира. Ни один исход не будет идеальным. Вернутся те, за кого ты просишь, но что-то другое может исчезнуть. У кого-то окажется иная судьба. И все они забудут тебя. Ты готова к этому?
На секунду всё вокруг словно замерло. Туман обвил мои лодыжки, холодком добрался до ключиц, и я почувствовала, как само время затаило дыхание, прислушиваясь к моему ответу.
Я опустила глаза. Мелькнули лица. Мягкая улыбка Марго. Ласковый и всё понимающий взгляд Алексиса. Мудрость Шалая. Заботливые руки Верины, нежная преданность Веты, весёлый задор близнецов, материнская ласка Надины, строгость Кармы, отчаянная решимость Астриса. И даже вечно недовольное лицо Его светлости. Они все стали моими друзьями. Готова ли я к тому, что обо мне здесь забудут? Готова ли к забвению?
Но я же пообещала, что сделаю всё возможное. Что всё исправлю.
– Достаточно того, что их не забуду я.
Радилак замер.
– Ну что же, ты сама так решила.
Я сглотнула. Сердце забилось чаще. Но я кивнула.
– Приступай.
Из тела Радилака вырвалось сияние – не холодное и жесткое, а тёплое, золотистое, как солнце, поднимающееся над родной землёй. Оно окутало Змея от головы до кончика тонкого хвоста, и в тот же миг я почувствовала, как в воздухе что-то ломается, что-то отпускает… и начинается новое.
Воздух стал вязким как кисель, а голову заволокло туманом. Из тела вырвались нити и начали тонким клубком обвиваться вокруг Змея. Рядом с ним тут же возникла уже знакомая мне сине-зелёная птица. Андарел. Мои нити потянулись и к нему. Следом начали появляться другие тотемные животные всех магических родо́в. Волк, тигр, ящер, гигантский ворон... И ещё, и ещё, и ещё. Их было уже так много, а они всё появлялись и появлялись. Казалось, пещера заполнилась ими без остатка. И магия продолжала тянуться к ним, закручиваясь спиралью вокруг их тел.
Дышать становилось всё труднее, но я не закрывала глаза, жадно ловя образы тех, кто сейчас возвращал к жизни невинно загубленные ду́ши.
В ушах зазвенело, перед глазами стало темно. Не выдержав, я рухнула на колени и начала скрести ногтями каменный пол.
Всё тело выкручивало, как будто у меня поднялась высокая температура. Я задрожала, как в лихорадке, и из горла вырвался жалобный болезненный стон.
Боль нарастала, заполняя до краёв, пока не накрыла с головой. И только тогда я позволила себе зажмуриться и закричать.
– Открой глаза и посмотри на меня, – донеслось до меня словно сквозь толщу воды. – Рита! Открой глаза!
Радилак, ты издеваешься?! Какие ещё глаза?! Я сейчас окочурюсь, честно! Сдохну, блин, ради мира на земле.
– Открой глаза! – снова этот командный голос прямо у меня над ухом.
Убью!
Сейчас открою глаза, встану и убью!
– Рита, да открой же ты глаза!
Ну всё, кочерыжка, ты у меня допрыгался!
Я скрипнула намертво сцепленными зубами, резко вдохнула воздух и распахнула глаза.
Глава 40
Рита
– Ну, наконец-то! Всё, тихо-тихо. Успокойся. Всё хорошо. Хорошо.
Я испуганно вы́таращилась на мужчину, который навис надо мной как огромная скала.
Меня трясло от пережитой боли, но мозг уже начал понимать, что всё позади, и напряжение начало постепенно сходить на нет, а дыхание – выравниваться.
Мужчина крепко держал меня за плечи, не давая дёргаться. Лицо было крайне напряжено, а в тёмно-карих глазах плескался испуг.
Что?.. Как он попал в пещеру?
– Напугала меня до чёртиков! Болит где-то? Потерпи. Сейчас придёт
