тихонько спросила она, вытирая пот со лба.
– Ну да. Я никогда его раньше не встречал, хотя в то же время будто знаю его всю жизнь! Может я просто забыл, как знакомился с ним? Это наш знакомый? – беззаботно спросил я.
– О, Господь! – вскрикнула мама, хватая меня в свои крепкие объятия. – Я не отдам тебя ему, мой мальчик!
– Кто он? – взволнованно задала вопрос Фел.
– Азраил – это Ангел Смерти. Существует легенда, что он путешествует по миру в поисках людей, чья смерть уже близка. Он помогает умершим добраться до Небес и освоиться там, но и не забывает о семье ушедшего, исцеляя их особой успокаивающей энергией, – мама вздохнула, неистово целуя меня. – Я тебя не отдам ему, сынок, не отдам!
Набив до отказа свой живот мясом ягненка, я выкатился из-за стола и сообщил, что пойду прогуляться.
Я деловито вышагивал подобно пузатому барону, накручивая на палец несуществующие усы. Те, кто видел мальчика с важностью взрослого дяденьки падали со смеху, разливая свои напитки. А мне все было нипочем! Я шагал и шагал, как вдруг оказался на окраине поселения, где открывался вид на простор матушки-природы. На территории в тысячу гектаров раскинулось дивное поле, благоухающее цветами самой разнообразной палитры, смешиваясь со свежей зеленью травы и чистой синевой неба. Подхватывая оторвавшиеся лепесточки, ветер кружил в незатейливом вальсе и преподносил мне сказочный аромат луговых цветов.
– Прекрасный пейзаж, не правда ли? – прозвучал надо мной мужской голос с легкостью и доброжелательностью.
Обернувшись, я распахнул глаза, тыкая пальчиком в знакомого незнакомца. Я узнал его: тот длинный плащ, напоминающий балахон, скрывал фигуру и лицо странника, те длинные руки, к которым было страшно прикоснуться и та неизвестность, что пугала в нем больше всего.
– Это Вы?! – воскликнул я, удивившись тому, как исказился мой голос. – Вас ведь зовут Азраил, да?
– Верно, мой мальчик.
– Я не Ваш мальчик! Вы мне не мама!
Он рассмеялся, спрятав долговязые кисти в рукава типа муфты, когда я потянулся к нему из детского любопытства.
– Что Вы хотели? – насупился я, сдвинув брови, и глядел на него исподлобья. Страшно же я обиделся!
Азраил присел передо мной на корточки, подогнув пола своего одеяния, из-под которого выглянули коричневые сандалии. Он скинул капюшон, забрав назад пальцами шевелюру густых черных волос, и неуклонно смотрел на меня багровыми глазами. Бордовое вино, разлитое в его взгляде, хотело меня загипнотизировать, а может просто искало взаимный контакт.
– У вас глазки красивые, – прошептал я заворожено, боясь сдвинуться с места, будто тут же потеряю из вида всю красоту багрянца.
– Спасибо, Макс. Ты знаешь, кто я?
– Ну, – я замялся, – не совсем. Мама говорит, что Вы ангел, который забирает души людей.
– Твоя мама в чем-то права, но я забираю их не просто так, а помогаю им, когда они покидают этот свет.
– А где Ваши крылья? – в моем голосе заиграло безграничное стремление к неизвестному.
Снова отдав предпочтение молчанию, он запустил руку в балахон и, зажмурившись, дернул что-то за спиной. В следующее мгновение все внутри меня порхало, когда я увидел, что он держит перо. Настоящий ангел! Маленькое перышко, покрытое внизу пушком, волнующимся от ветра, разделялось на два цвета: черный и белый, будто две половинки света и тьмы соединились в нем.
– Макс, не хочешь пойти со мной? – спросил он, покрутив между пальцами черно-белое перо.
– Куда?
– В страну, прекрасную своей чистотой и непорочностью. Там все человеческие души смывают с себя грехи прошлого и, избавившись от Дьявола, ступают к вратам Рая.
– Я могу стать ангелом?
– Ты должен стать ангелом. Ты особенный, Макс, я не просто так наблюдал за тобой. Идем?
Он выпрямился во весь рост, протягивая мне руки, которые так тщательно прятал ранее. Внутри меня бушевало смятение, но все думы и треволнения перекрывало волной спокойствия и безмятежности. Наверное поэтому я шагнул навстречу ангелу, взяв его за руку. В теле чувствовалась волшебная легкость, и мне казалось, что я вот-вот воспарю как птица, но мое восхищение было прервано диким визгом.
– Макс! – кричала на всю округу Фел, со всех ног мчавшаяся ко мне. – Макс, что ты делаешь?! Отпусти его!
– А! Сестричка! – обрадовался я, помахав ей рукой, но почему-то она этого не увидела.
Не жалея ног, она бежала босиком по каменистой дороге и сквозь слезы, выкрикивала мое имя. Растрепавшиеся волосы лезли ей в лицо, но она не обращала внимания и только бежала и бежала.
– Отдай моего брата, Азраил! – гневно выпалила она, бросившись на него, но, даже не коснувшись и миллиметра его тела, рухнула на землю, пробороздив почву. – Верни его!
Слезы продолжали скатываться по чумазым щекам, и она подползла к моему маленькому охладевшему тельцу, безмятежно лежащему на земле. Завидев себя же, я, мягко говоря, испугался, но тепло, переливающееся в меня, через ладонь Азраила застилало тревоги.
– Фел, ты тоже достойна этого. Я вернусь за тобой.
С этими словами мир перевернулся с ног на голову, и я больше не слышал плача сестры, праздничных песен, не видел полевых цветов, я открыл для себя новый мир.
С того дня, когда я самовольно покинул семью, прошло уже порядка пяти лет. Я подрос, мне было целых 12 лет! Мужчина! Я стал ангелом, таким как Азраил, и по совместительству обязался учиться, учиться и еще раз учиться, как в дальнейшем будет завещать дедушка Ленин. Иными словами я стал его учеником.
Азраил приютил меня в своем домике, который располагался почти у подножия горы Чистилища. Внутри всегда было уютно и чистенько, правда, я никогда не видел самого процесса уборки. Я был занят с головы до ног своим обучением и целыми днями либо сидел над книгами, либо тренировался летать, либо оттачивал боевые навыки на случай встречи с демоном. Ни минуты покоя, ни секунды покоя. Азраил хоть и воспитывал меня спартанскими методами, забывая про щадящий режим, но когда тренировки заканчивались, он превращался в ласкового и заботливого учителя. За это я и полюбил его.
Пятый год, уже пятый год я уговаривал его, умолял сводить меня на Землю, повидать семью! По неизвестным причинам он всегда отказывался и ходил туда без меня! Как он рассказывал, он наблюдал за Фел – сестра ему тоже чем-то приглянулась. Он не хотел мне многого говорить, но в один прекрасный день все-таки прокололся и проболтался о том, что у сестрички ум за разум зашел. Неприятно было это осознавать и воображать себе, как свихнувшаяся девушка сидит где-то в темном углу и бормочет набор слов в бреду.
Тогда-то и рухнула
