Читаем без скачивания Китайская невеста - Майкл Скотт

— Кроме того, — добавил Джонатан, — перед отъездом из Китая я просил Молинду договориться с Толстым Голландцем насчет двух дополнительных поставок перца. Для этого я уже направил туда клипер из Новой Зеландии, и как только Чарльз определится здесь с графиком движения судов, он вышлет еще один корабль для этих же целей. Перец, разумеется, лишь средство для достижения цели. Сейчас мы в состоянии взять под контроль большую часть рынка чая в Америке и можем на равных начать конкурировать с Британской Ост-Индской компанией. Воистину, нет пределов тому, чего мы можем достигнуть!

Сэр Алан Бойнтон поднял руки вверх, показывая шутя, что сдается.

— Что ж, ребята, отлично, я — за.

— Я тоже, — улыбаясь, сказал Джеримайя.

Руфь подумала, что муж и Джонатан уже начали подменять отцов на постах главных директоров компании. Она взяла Чарльза за руку. Какое-то мгновение он колебался, затем последовало его ответное движение.

В этот миг Руфь почувствовала, что за время долгой разлуки он изменял ей. Но она понимала, даже если бы у нее были доказательства неверности, а их у нее не было, прямая конфронтация могла бы оказаться пагубной для брака. Перед ней было два выбора: либо навсегда выбросить все подозрения из головы, либо поставить под удар брачные отношения.

Ее реальной проблемой был недостаток смелости. Через этот брак она достигла привилегий и роскоши, которых была лишена всю свою жизнь, а теперь дело шло к тому, что семье Бойнтонов предстояло стать гораздо богаче и гораздо могущественнее. Придет день, когда сэр Алан уйдет в мир иной, тогда Чарльз унаследует его титул баронета, и она, Руфь, станет леди Бойнтон. Собственное честолюбие не хотело отказываться от подобных перспектив.

Руфь решила, что не скажет Чарльзу ни слова и будет продолжать воспитывать Дэвида, постаравшись скрыть свою обиду. Она не знала, будет ли физическая близость с Чарльзом приносить ей то же удовлетворение, которое она испытывала в прошлом. В данный момент, однако, эта мысль тревожила ее менее всего, и она постаралась сосредоточиться на том, что происходит вокруг.

— Как всем вам хорошо известно, — сказал Джонатан, — мой клипер несет специальный вымпел. На этом вымпеле изображен символ — Древо жизни — копия медальона, который жена подарила мне много лет назад.

Он сунул руку за пазуху и показал нефритовый талисман.

— Некоторое время назад я предложил принять символ Древа жизни для всего нашего флота. Мне он кажется весьма подходящим, поскольку три ветви дерева представляют три основы нашего бизнеса: Соединенные Штаты, Великобританию и Китай. Однако теперь в нем заключается еще более глубокое значение. Многое из того, что ожидает компанию «Рейкхелл и Бойнтон» в будущем, — прямое следствие усилий и влияния моей жены. Приняв символ Древа жизни, мы воздадим ей должное.

Алан и Джеримайя тут же согласились, Что вымпелы, которые Джонатан уже заказал, должны появиться на всех судах сразу же, как будут готовы, и их поднимут на всех вновь построенных и приобретенных судах компании.

Джонатан и Лайцзе-лу посмотрели друг на друга, забыв обо всем на свете. У Руфи сжало горло. Они с Чарльзом никогда не испытывали подобного взаимного влечения, а теперь столь глубокое чувство вообще недостижимо.

Элизабет Бойнтон отвела взгляд в сторону. Она понимала, что должна принять женитьбу Джонатана как факт, но у нее не было сил видеть его глубокую, всепоглощающую любовь к другой женщине. Здравый смысл подсказывал, что, будучи девочкой, стоящей на пороге взросления и превращения в юную женщину, ей следовало бы выбросить любовь к нему из своего сердца. Получалось так, что она требовала от себя большего, чем могла сделать. Она так долго и так самозабвенно любила его, что эта ее влюбленность сделалась неотъемлемой частью ее самой.

Разумеется, все остальные члены семьи присоединились к предложению Джонатана. Самоотверженность Лайцзе-лу, подарившей черную жемчужину королеве Виктории, упрочила семейные узы с британской короной и устранила все препятствия на пути к быстрому процветанию.

Джеримайя предложил тост за невестку.

Лайцзе-лу выразила признательность благодарной улыбкой, а затем подняла собственный бокал.

— Давайте выпьем за всех Рейкхеллов и Бойнтонов, — сказала она. — Мы едины и неделимы.

Она взяла под руку Джонатана, затем Руфь, сидевшую рядом с ней. Как один, все собравшиеся за столом проделали тот же жест, и эта сцена запечатлелась в мозгу каждого Рейкхелла и каждого Бойнтона. Тесный семейный союз начал превращаться в великую династию.

Принцесса Виктория была уже достаточно большой, чтобы на равных общаться с Джулианом и Дэвидом, которые приняли ее в игру «делай, как я». На правах старшего Джулиан взял роль лидера и, бегая по парку Виндзорского замка, снова и снова кричал: «Повторяйте за мной!»

Дэвид Бойнтон демонстрировал первые признаки искусства дипломатии, которое в один прекрасный день принесет ему известность.

— Ты, несомненно, сумеешь сделать так же, Викки, — сказал он. — Не торопись. Не так быстро, Джулиан, будь же справедлив.

Принц Эдвард и Джейд, нетвердо шагая на слабеньких ножках рядом с родителями, были еще слишком малы, чтобы обращать друг на друга внимание. Наконец, будущий Эдвард VII заметил присутствие гостьи и попытался дернуть ее за волосы. Возмущенная Джейд тут же ответила ему тем же, оба громко заревели, что заставило нянек развести их в стороны и уложить в кроватки.

Лайцзе-лу и Руфь быстро обнаружили интерес королевы Виктории к домашним делам. Она тщательно записала рецепт китайского супа, который можно было приготовить из западных продуктов, и пришла к восхищению, когда Руфь назвала ей имя и адрес лондонского мастера игрушек, изделий которого она еще не видела.

Принц Альберт, чьи познания во всех сферах жизни, окружавшей его супругу, уже отличались энциклопедичностью, обсуждал с Джонатаном и Чарльзом существенные аспекты предстоящего бума в международной торговле. К своему удивлению, они обнаружили, что он знал предмет не менее хорошо, нежели они.

— Ваши клиперы удовлетворяют потребности в быстрой доставке некоторых видов товаров, мистер Рейкхелл, и, уверен, спрос на них сохранится еще на четверть века, но я предвижу необходимость развития и других направлений кораблестроения.

— Я тоже, сэр, — признался Джонатан. — Объем международной торговли только начинает расти. Возрастающая индустриализация нашей страны и Соединенных Штатов повысит взаимную зависимость, и только в нашей собственной торговой деятельности в ближайшие пятнадцать лет я ожидаю трех- или даже четырехкратного роста объемов трансатлантических перевозок.

— Как же вы планируете справиться со всем этим? — поинтересовался принц Альберт. — Обычные парусники не обладают достаточной скоростью, а клиперы — соответствующей грузоподъемностью.

— Мы были настолько заняты строительством клиперов, что не имели возможности заглянуть так далеко вперед, Ваше Высочество, — сказал Чарльз.

— Но теперь непременно займемся этим, — добавил Джонатан. — Пока я не готов к долговременным прогнозам. Но подозреваю, пароходы, которые в настоящее время используются преимущественно на реках и в каботажных перевозках как в вашей стране, так и в Америке, займут более важное положение.

— Вы хотите сказать, что суда с паровой тягой станут крупнее и более мощными?

— Эта тенденция неизбежна, сэр, — сказал Джонатан. — Я собираюсь предугадать рост спроса, и в ближайшие несколько лет надеюсь найти время для небольших экспериментов.

После ланча, когда гости собрались в обратный путь и детей уже отправили в поджидавший экипаж Бойнтонов, королева Виктория попросила их немного задержаться.

— Одну минуту, прежде чем вы уедете, миссис Рейкхелл, вряд ли я смогу в полной мере выразить вам свою благодарность за бесподобную черную жемчужину. Но кое-что в моих силах. Совсем недавно я утвердила новый рыцарский орден, собственно королевы, которым я вправе награждать, не консультируясь и не испрашивая одобрения моих министров. С великим удовольствием посвящаю вас в члены этого Ордена.

Королева надела на Лайцзе-лу широкую ленту ярко-красного шелка, и когда лента легла на плечи, все увидели небольшую копию личной печати Виктории.

— Этот орден не дает никаких материальных привилегий, — с улыбкой пояснила королева. — Его вправе унаследовать только ваша дочь, но не сын, и после вашей дочери — ее дочь и так далее. Обладательница ордена наделяется правом присутствовать на любой королевской аудиенции, надев эту ленту.

— Я буду с гордостью носить его, мэм, как символ нашей дружбы, — поблагодарила Лайцзе-лу и глубоко присела в реверансе.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Тысячи китайских чернорабочих согласились трудиться за предложенную им представителями различных британских компаний плату, и колония королевской короны Гонконг буквально сразу же преобразилась из безлюдного полутропического леса в быстрорастущий город. Менее чем через месяц после основания в нем уже насчитывалось больше складских помещений, чем в порту Кантона. Вскоре началось возведение каменных зданий, строительство казарм для постоянного военного гарнизона, а также церквей и школ.