Читаем без скачивания Китайская невеста - Майкл Скотт

— Ничего подобного я не видела в своей жизни, но я не могу принять ее, — запальчиво произнесла королева.

— Как только я увидела эту жемчужину, мэм, я поняла, что она может принадлежать только вам, — с глубокой искренностью сказала Лайцзе-лу. — Вы правительница величайшей и наиболее могущественной нации в мире. А я жена человека, который строит корабли, водит их по морям, доставляя на них грузы разным народам. В моей жизни нет места для предмета подобного великолепия. Мы живем спокойно и тихо. Эта жемчужина должна занять место в коллекции украшений короны, которую более тысячи лет собирают монархи Англии. В ваших владениях эта жемчужина найдет подобающее ей место.

Принц Альберт кашлянул, собираясь выразить несогласие, но Лайцзе-лу продолжала, обращаясь исключительно к королеве:

— Не сомневаюсь, император Даогуан и принцесса Ань Мень одобрят мое решение преподнести вам подобный подарок. В их сердцах, так же как и в моем, живет надежда, что люди этой великой земли и земли, откуда я, станут настоящими друзьями и останутся ими на все времена.

Наконец, королева обрела прежний тон:

— Почему вы думаете, что они испытывают те же чувства, что и вы?

— Они познали великое горе, когда ваши солдаты и матросы развязали войну против невинного народа Срединного Царства.

Королева взглянула на своего мужа.

— Боюсь, эта несправедливая война долгое время будет терзать нашу совесть.

— Я познала собственную долю страданий, — искренне продолжала Лайцзе-лу. — Мой отец был убит ядром, выпущенным пушкой королевского флота. Мой муж, находившийся в Кантоне по делам, когда там разразились военные действия, сражался на стороне китайских бойцов, чтобы отомстить за смерть моего отца, и был тяжело ранен. Даже теперь его имя продолжает оставаться в списке объявленных вне закона, составленном генералами и адмиралами Вашего Величества. Но во имя ваших детей и моих детей и всех тех поколений, что придут на смену им, ненависти нужно положить конец. Я хочу, чтобы эта жемчужина стала символом исцеления. Мои дети американцы, а их кузены англичане. В жилах моей дочери течет кровь и Востока, и Запада. Этим невинным детям мы должны дать шанс стать взрослыми людьми, свободными от предубеждений и глупой ненависти.

Королева Виктория вновь посмотрела на мерцающую жемчужину, которая казалась таинственным живым существом, покоящимся в своем гнезде из белоснежного шелка.

— Вы делаете невозможным для меня отказаться от этого подарка.

Лайцзе-лу улыбнулась и покачала головой.

— Никто, даже королева, не вправе отказаться от того, что уже подарено по велению души, искренне и от всего сердца.

Королева улыбнулась ей в ответ.

— У вас дар настоящего оратора, миссис Рейкхелл.

— Нет, мэм, нет. Я красноречива, лишь когда отстаиваю то, во что верю.

— Как я могу вас отблагодарить?

— Использовать свое влияние, чтобы покончить с постыдной торговлей опиумом, который убивает наших бедняков.

Чарльз, молчавший до сих пор, увидел отличную возможность включиться в разговор.

— Многие из ваших подданных, знающих Восток, мэм, считают сбыт опиума китайцам низким, грязным делом. Я один из них, и, уверяю вас, я не одинок. Компании, торгующие наркотиком, получают баснословные прибыли и весьма влиятельны, вряд ли они добровольно откажутся от завоеванных позиций. Но даже они чувствительны к общественному мнению точно так же, как и все в нашем обществе. Мне известно о вашем негативном отношении к торговле опиумом. Если ваше мнение по этому вопросу станет известно более широко, мне думается, газеты заговорили бы тогда с большим воодушевлением, а там, в скором времени, и в палате общин зазвучали бы голоса против торговли наркотиками.

Принц Альберт кивнул:

— Не вижу больших сложностей в том, чтобы придать большую огласку нашему личному мнению по этому вопросу.

Появление слуги, вкатившего столик с принадлежностями для чая, прервало беседу.

Королева собственноручно разлила чай по чашкам.

— Как необычно, — проговорила она, рассматривая содержимое чашки. — Этот чай такой бесцветный, он похож на обыкновенную воду.

Она попробовала, отпив маленький глоток, одобрительно покачала головой и улыбнулась.

— Но аромат великолепный, а вкус — просто восхитительный.

Джонатан и Чарльз быстро переглянулись.

— Мы с Чарльзом позаботимся, мадам, чтобы вам регулярно поставляли императорский чай. Должен признаться, выращивают его так мало, что удовлетворить рыночный спрос совершенно невозможно.

— Весьма признательна вам, мистер Рейкхелл, — проговорила королева, и глаза ее озорно блеснули. — Позвольте заверить, что вам больше незачем переодеваться в китайский костюм во время своего пребывания здесь. Я, вероятно, не смогу официально оказать вам поддержку, но каждое утро ко мне заходит премьер-министр, и он имеет обыкновение прислушиваться к моим словам. Даю слово, ваше имя уберут из списка лиц, объявленных вне закона, завтра же.

— Очень признателен вам, мэм.

Джонатан вздохнул с облегчением, теперь он сможет посещать Англию по делам, не опасаясь ареста.

— Не за что. — Королева посмотрела на мужа. — Когда мы отправляемся в Виндзор на уик-энд?

Принц заглянул в небольшую записную книжку в кожаном переплете, которую извлек из кармана пиджака.

— В полдень в пятницу.

Королева весело кивнула, затем повернулась к Лайцзе-лу.

— Приезжайте к нам на ланч в субботу вместе с мужем, миссис Рейкхелл, и не забудьте захватить с собой детей. Чарльз, мы ждем также и тебя с женой и сыном. Давайте на практике воплощать принцип сближения Запада и Востока. Все это означает, дорогая миссис Рейкхелл, что таким образом я довожу до вашего сведения, что вы не оставили мне выбора. Я с удовольствием принимаю ваш подарок. Черная жемчужина займет подобающее место в королевской сокровищнице.

Спустя некоторое время гости покинули Уайтхолл. Джонатан, подавая руку жене и помогая ей подняться в экипаж, сказал:

— Ты удивляешь меня. Мне и в голову не могло прийти, что ты собираешься подарить королеве Виктории черную жемчужину.

— Ты стал бы возражать, — нежно улыбаясь, ответила Лайцзе-лу. — Как только я увидела эту жемчужину, поняла — она должна принадлежать ей, а не мне. А в делах подобного рода женщина должна следовать своему природному чутью.

Вся семья, собравшаяся в доме Бойнтонов в Белгравиа, в молчаливом изумлении слушала рассказ Джонатана и Чарльза о визите к королеве Виктории и принцу Альберту.

Первым заговорил Джеримайя:

— Благодаря Лайцзе-лу мы установили прочные отношения с императором Китая и королевой Англии!

Сэр Алан Бойнтон послал за шампанским.

— На протяжении многих лет мы жили довольно неплохо, — сказал он. — Благодаря клиперам Джонни и сделкам с перцем Чарльза мы расширили наши интересы. Однако теперь, когда у нас есть прочный фундамент здесь, в Америке и Китае, мы способны бросить вызов ведущим международным торговым компаниям. Нет пределов тому, что мы можем совершить.

— Здесь, в этой комнате, — добавил Джеримайя, — собрались основатели династии.

Собравшиеся подняли бокалы и торжественно выпили.

Руфь, которой до сих пор не удалось улучить минутку, чтобы побыть с мужем наедине, сидела рядом с ним на небольшой софе и почувствовала, как он напрягся.

— У меня есть предложение, — сказал Чарльз. — Если мы собираемся стать настоящей династией, тогда давайте и действовать подобающим образом. Предлагаю выкупить доли пайщиков, не являющихся членами семьи, и распределить их пропорционально проценту капитала, которым на сегодня владеет каждая из наших семей. Но это только начало. Предлагаю принять обязательство, письменно, никогда не продавать доли никому со стороны.

— Я бы пошел еще дальше, — добавил Джонатан. — Предлагаю оговорить право наследования доли в капитале компании «Рейкхелл и Бойнтон» нашими наследниками обязательно подписанием ими аналогичного соглашения и ввести эту практику для всех последующих поколений.

Джудит Уокер восторженно согласилась, также и Джессика Бойнтон.

Взоры собравшихся устремились на сэра Алана и Джеримайю — двух основных владельцев.

— Сомневаюсь, — произнес первый, — но только потому, что, выкупив сейчас доли пайщиков, не являющихся членами наших семей, мы окажемся без резерва наличности, столь необходимой для расширения компании.

— Боюсь, вынужден согласиться, — произнес Джеримайя.

Чарльз не сдавался.

— Отец, дядя, — заявил он, — при всем моем к вам уважении, мне кажется, вы забыли о грузе перца, доставленном сегодня на борту «Лайцзе-лу». Продажа этого груза даст нам наличности более, чем достаточно.

— Кроме того, — добавил Джонатан, — перед отъездом из Китая я просил Молинду договориться с Толстым Голландцем насчет двух дополнительных поставок перца. Для этого я уже направил туда клипер из Новой Зеландии, и как только Чарльз определится здесь с графиком движения судов, он вышлет еще один корабль для этих же целей. Перец, разумеется, лишь средство для достижения цели. Сейчас мы в состоянии взять под контроль большую часть рынка чая в Америке и можем на равных начать конкурировать с Британской Ост-Индской компанией. Воистину, нет пределов тому, чего мы можем достигнуть!