class="p1">«Когда Дженнифер и Мелани рассказали мне, я был в полном шоке, но в конце концов я пришел к какому-то спокойствию по этому поводу. Я убедил Стефани подождать, пока ей не исполнится четырнадцать, а это будет в следующем месяце, и мы планировали быть вместе во время весенних каникул. Я серьезно постарался над формулировками при обещании тебе, чтобы убедиться, что это не нарушит то, что я пообещал».
«Я заметила, что ты был очень осторожен в выборе слов. Но я не знала, почему. Теперь я знаю. Но ты говоришь так, будто сейчас этого не произойдет».
«Именно так. Из-за Бекки. По сути, я тоже изменил Стефани».
«Теперь я понимаю, почему Стефани ударила тебя! Теперь это имеет полный смысл. Теперь я понимаю, почему она так вовлечена в твою жизнь и твою реабилитацию, если так сказать. Она все отменила, не так ли?».
«Да. Однажды она сказала мне, что если я когда-нибудь снова буду с Бекки, то не смогу быть с ней».
«И ты признался ей первым», — мягко сказала Кара.
«Признался. Теперь ты знаешь, почему. И ты знаешь, почему она дала мне такую сильную пощечину. И почему она так рассержена на меня».
«Стив, подумай очень хорошо. Ты занялся сексом с Бекки, чтобы это произошло? Чтобы не совершить инцест?»
Вот дерьмо! Это было оно? Это было недостающее звено? Это бы точно объяснило, почему я так легко попал в лапы Бекки. Неужели я подсознательно реагировал на что-то, что общество считало очень, очень неправильным, что расстраивало Карин, и я знал, что Кара не сможет это принять? Было ли это действительно так? Я прокрутил это в голове и понял, что Кара может быть права. Но я определенно не мог рассказать доктору Мерсер о реальной причине, не нарушив доверия Стефани и не навлекая на нас обоих гнев.
«Возможно, ты права», — сказал я медленно и осторожно. «Возможно, ты попала в яблочко. Это было бы подсознательно, потому что сознательно я точно не размышлял в таком ключе».
«Ты вообще не думал, за исключением, возможно, своего пениса. Но что-то внутри тебя сделало тебя восприимчивым к Бекки. Я подозреваю, что это было чувство вины, Стив. И это меняет весь характер произошедшего. Я думаю, нам четверым нужно поговорить об этом».
«Ты имеешь в виду Бетани, Стефани, тебя и меня?» спросил я.
«Да, я имею в виду».
«А что касательно нас с тобой?»
«Ничего не изменилось. Ты все еще мой парень. Но нам нужно все обсудить и понять, что мы можем сделать, чтобы помочь тебе. Подбрось меня до моего дома, а после ужина, может быть, мы сможем встретиться вчетвером».
«ОК. Спасибо за понимание. Я боялся, что ты бросишь меня, если узнаешь о моих чувствах», — сказал я, чувствуя некоторое облегчение.
«Чувства — это одно. Действия — совсем другое. С чувствами я могу справиться. Действия, ну, не будем сейчас об этом беспокоиться».
«Я люблю тебя, Кара.»
«И я тоже тебя люблю, Стив. Поехали.»
Я отвез Кару домой, а затем отправился домой сам. Я позвонил Бетани и спросил, свободна ли она после ужина, и она была свободна. Я пошел в комнату Стефани и сказал ей, что мы встретимся после ужина. Я отклонил ее вопросы о причинах, а затем позвонил Каре, чтобы подтвердить. Стефани пошла спросить разрешения, которое получила от папы.
После еды мы со Стефани вышли из дома, заехали за Бетани, а затем за Карой. Я направился в квартиру, которая была, пожалуй, единственным местом, где мы могли спокойно поговорить. Стефани никогда не была там раньше и была рада, что наконец-то увидела ее.
«Значит, это место, где происходят все события?» спросила Стефани с ухмылкой.
«О, тише, Мелкая!» игриво сказал я.
Триумвират сел на диван, а я сел в мягкое кресло.
«Кара, ты хотела этой встречи, так что, думаю, тебе стоит начать», — сказал я, гадая, чем все это закончится.
«Мне кажется, я точно знаю, почему Стив занимался сексом с Бекки», — твердо сказала Кара.
«Что?» сказала Бетани.
«Он сделал это, потому что его подсознание гложет его из-за желания заняться сексом со Стефани».
Бетани и Стефани лишились воздуха в легких, а в глазах Стефани навернулись слезы.
«Кара!» Стефани не хватало дыхания, ее голос дрожал.
«Стефани, она знает, — сказал я, — она задала мне прямой вопрос ранее, и вы все знаете, что я не умею лгать об этом. Черт возьми, я не умею лгать ни о чем. Я не сосу во вранье, и это, наверное, хорошо. В любом случае, она знает всю историю, хотя я рассказал ей только краткую версию».
«Стефани, я догадалась. Твой брат сказал мне, что Дженнифер и Мелани тоже догадались. Полагаю, он когда-то рассказывал тебе, Бетани».
«Да, еще в августе. И он рассказал Карин, когда был в Швеции прошлым летом».
«И Стефани, ты сказала Стиву прошлой осенью, что если он когда-нибудь займется сексом с Бекки, ты никогда не будешь с ним заниматься».
«Да», — сказала Стефани.
«Итак, улавливаете связь?» спросила Кара.
Девушки на мгновение замолчали, каждая обрабатывала свои мысли.
«В этом есть смысл, Кара», — сказала Бетани. «Я даже не смогла сложить два и два, а я много разговаривала со Стивом, много консультировала его и была с ним на консультации. Я думаю, ты все поняла».
«Бетани, — сказала Кара, — могу я спросить, почему ты не против этого? И почему Дженнифер и Мелани не против этого?».
«Когда я узнала об этом, — сказала Бетани, — я поговорила со Стефани, чтобы убедиться, что Стив не давит на нее или что-то в этом роде. Ты этого не знаешь, но меня изнасиловали, когда мне было тринадцать лет, и я была очень обеспокоена тем, что Стив может каким-то образом принуждать Стефани к физическим отношениям. Я очень долго с ней разговаривала и выяснила, что если уж на то пошло, то агрессор здесь она. Стив был более или менее оленем[161], попавшим в фары встречного грузовика по имени Стефани.
«Чтобы понять, что я чувствую по этому поводу, тебе нужно знать, что я использовала Стива, чтобы пережить свое изнасилование. Я хотела соблазнить его и сделать своим парнем, но все это время я говорила ему, что просто ищу того, с кем мне будет комфортно заниматься сексом после изнасилования. Я была девственницей, когда меня изнасиловали, забеременела и сделала аборт. Стив помог мне понять, что секс может быть прекрасным и любящим. Он узнал, что я скрывала свои мотивы, и ни разу не
