темноте невидимой.
Шано сделал остальным знак тихо присоединяться. Но, даже когда последний из нас покинул тропу в пустыне, портал закрывать не стал. Хотя поддерживание дыры в пространстве требовало от путевиков немалых сил, нам требовался путь для отхода, если что-то пойдет не так. Пока я не могла разглядеть за плотным полотном листвы даже обещанное святилище. Не исключено, что и Илэйн рядом, просто мы ее пока не заметили.
Итгар жестом приказал нам с Антом и Шебом стоять на месте, а сам с Эрдом двинулся вперед в том направлении, куда указал рукой Шано. Всё это – без единого звука. Нельзя было дать врагу ни малейшей подсказки, что мы здесь. Пусть они первыми выдадут свое присутствие – и тогда уже начнется бой.
У трех воинов, закаленных в степных боях, соблюдать тишину получалось намного лучше, чем у меня. Стоило шевельнуться, чтобы в лицо не утыкалась ветка, как под ногу сразу попалась палка, а юбка зашуршала по траве. Звуки казались оглушительными. Итгар повернулся и одарил меня мрачным взглядом, но я уже и сама себя успела проклясть.
Как назло, сзади в тот же миг запыхтел Шеб. Хотя я и сама только что «отличилась», мне захотелось его стукнуть. Молодцы мы, молодцы…
Однако мирное течение ночи в лесу по-прежнему ничто не нарушало. Никто не выпрыгивал на нас из кустов и не вопил: «А-а-а, нападение!» Мое сердце начало потихоньку сбавлять бешеный ход.
Может, Шано ошибся местом и мы вышли не возле святилища. А может, Баво у какого-нибудь другого древнего валуна. Или вообще принца уже нашли, освободили, и он преспокойно ждет нас во дворце, попивая пряное вино. Должно же нам хоть раз повезти, а? Сейчас погуляем по лесу и вернемся в город…
Святая Мерезия в этот момент точно насмехалась надо мной. Потому что именно тогда, когда я уже представила большую мягкую кровать, бокальчик ароматного, исходящего паром вина и себя в объятиях мускулистого принца-«варвара», над нами сверкнула ослепительно-белая вспышка, которая на несколько мгновений полностью выжгла мне зрение.
Я швырнула в кусты подготовленное заклятье и почувствовала, как оно, встретив преграду разлетается на куски, еще до того, как услышала доносящийся оттуда странно знакомый по-старчески скрипучий голос.
– Не двигаться! Бросить оружие! Вы окружены! – отчеканил он с необычной для пожилого человека бодростью.
– Церестин? – растерянно спросил Шано.
– Э… Шано? Это ты, мальчик мой? – спустя паузу удивленно раздалось из темноты.
И теперь уже другой, родной и близкий голос рявкнул:
– Мать вашу, вы что здесь делаете?
– Баво! – обрадовалась я. – Ты жив!
– Конечно, я жив. Что со мной будет? – искренне удивился он.
В кустах зашумело. Я все еще ничего не видела, глаза слезились, и оставалось только вертеть головой на звуки. Когда я наконец хоть немного проморгалась, то обнаружила, что в таком же состоянии весь наш маленький отряд. Да уж, застали мы врагов врасплох!
– Церестин, свет, пожалуйста, – вновь заговорил Баво.
Между деревьями заплясали волшебные светлячки. Оказалось, что нас окружают человек десять хорошо вооруженных воинов – и это только те, кого я сумела разобрать сквозь резь в глазах. Поняв, что мы неопасны, мужчины опускали луки и арбалеты. Выстрели они все разом, мы бы превратились в «ежиков».
Поодаль, за осинами, стало видно круг менгиров, о которых упоминал Шано. Там же стоял бывший архимаг, который сменил мантию волшебника на более подходящие для прогулок по лесу штаны и камзол и оттого сильнее походил на обычного старика, чем на одного из самых могущественных магов Грелада. А рядом с ним, скрестив руки на груди, хмурился мой грозный варвар.
– Может, объясните, какого фьёрта вы оказались совсем не там, где я вам приказал быть? – мрачно осведомился он.
– Мы примчались тебя спасать! – возмутилась я. – А ты что делаешь?
– Ну, как сказать… – Баво красноречиво обвел руками совсем не крошечный отряд воинов, которые всё выходили и выходили из-за деревьев. – Устраиваю засаду на Илэйн, которая думает, что устраивает засаду на меня.
Глава 37.1
Принц, сложив руки на груди, сидел на древнем алтаре и хмуро поглядывал на меня. А я ходила туда-сюда между покосившимися мшистыми камнями, едва не утыкаясь в них, потому что от избытка эмоций не всегда успевала вовремя остановиться.
Мы находились в том самом древнем языческом круге, о котором рассказывал Шано. За спиной Баво высился приснопамятный валун в человеческий рост. За века дождь, ветер и «шуба» из мха так источили серую поверхность, что никаких символов там при всем желании найти бы уже не получилось. Однако место кто-то время от времени посещал – в чащу леса от него вела едва заметная тропка.
Воины давно разошлись по своим постам, став незаметными. Итгар, Шано и Эрд присоединились к ним. Ант с Шебом скромно отошли в сторонку, чтобы не мешать «господам». В круге остались только я, Церестин и, конечно, сам Баво. Поэтому создавалось ощущение, что мы здесь одни.
Я резко остановилась, замерев перед принцем.
– То есть никакой волк здесь не появляется.
– Никакой, – подтвердил Баво. – Ни оборотень, ни иномирная тварь, проглатывающая солнце.
– И ритуала никакого нет.
– Ритуал есть. Но его можно проводить в любом месте.
– Зачем тогда ты исчезал каждую ночь?! – всплеснула руками я.
– Потому что проводить его в любом случае нужно, – серьезно ответил он. – А я пытался убить двух зайцев одной стрелой – и выманить убийцу, и исполнить семейный долг.
Поняв по моим глазам, что я не вполне всё понимаю, в разговор вступил Церестин.
– Я не настолько рассеян, как считают некоторые. Не сразу, – неохотно признался он, – но я заметил, что мои записи о Путях исчезли. Увы, я не знал, кого винить, потому что воровство могли совершить разные люди по очень разным причинам, однако уже тогда начал подозревать вероятность покушения. После атаки шиданов на Путях мы обсудили это и с его величеством, и с его высочеством и решили, что будет разумно состряпать правдоподобную историю о том, что принц вынужден проходить загадочный ритуал в том самом месте, где Скелгар совершил свой знаменитый подвиг. Одним из таких мест считается этот самый камень – сюда ежегодно приходят немногие язычники, если верить донесениям шпионов. Мы создали видимость того, что его высочество вынужден являться в круг почти без
