на врагов. Вновь завязалась очень яростная битва, и в итоге граф Эно, хотя и не будучи разгромлен, весьма поспешно бежал в лагерь английского короля со многими своими воинами.
[103]
О том, как турнейцы захватили повозку, нагруженную оружием
Тогда же сыновья горожан и солдаты, числом до десяти, сделали из Турне вылазку, направились в сторону Эно и вошли в маленький лесок. Тем временем рядом с ними проезжала повозка, нагруженная доспехами для тех знатных сеньоров, которые были посланы к королю Англии вышеназванным Людвигом Баварским. Повозку тянули четыре больших коня и сопровождали шесть латников. Турнейцы вышли из леса и напали на них. Чувствуя, что их теснят, немцы тотчас бежали в английский лагерь. Турнейцы же привезли повозку к своему городу. Оттуда сразу вышло много воинов, которые помогли скорее доставить добычу под защиту стен. И хотя враги поднялись по тревоге и всеми силами старались их настичь, повозка и кони оказались в городе раньше, чем они подоспели.
Из-за этого случая король Англии был очень расстроен, а турнейцы испытали большую радость[716].
[104]
О том, как епископ Льежский попал в плен, но тут же был освобожден, и о том, как Вафлар де Ла-Круа был захвачен французами, спасаясь бегством
После этого граф Эно, желая отомстить за свое позорное бегство, выступил из лагеря с лондонским маршалом сеньором Моубреем, Алэном Сирхоундом и многими другими, так что в их войске насчитывалось примерно 10 тысяч воинов. Поехав по дороге, ведущей к Лиллю, они прибыли в Фрезен. Пока они там находились, епископ Льежский, желая подышать утренним воздухом, направился по тому же пути. Заметив его, граф Эно очень громко воскликнул: «Смерть ему!» Тогда епископ испуганно сказал своим воинам, что это засада, и попросил уберечь его от плена. Кроме того, он срочно послал во французский лагерь одного своего оруженосца с просьбой о помощи. Затем началось сражение, в ходе которого епископ убил и ранил многих врагов, а его люди стойко оборонялись и берегли его, как могли. Однако в конце концов льежцы все-таки были побеждены, и епископ попал в плен.
Пока шла эта битва, граф Савойский узнал о ней от названного оруженосца, но, когда он подоспел на подмогу примерно с десятью тысячами латников, все уже было кончено. Увидев множество французов, граф Эно велел своим воинам начать отступление, поскольку они уже устали, сражаясь с льежцами. Однако граф Савойский со своими полками настиг отступавших, и маршалу Лондона, Готье де Мони и другим англичанам пришлось принять бой. Тем временем Жерар де Вершен, сенешаль Эно, схватил графского коня за поводья и как можно скорее повлек своего сеньора в сторону английского лагеря, говоря, что предпочтительнее бежать, чем дожидаться беды.
В тот день французы вырвали из вражеских рук епископа и других пленников. Англичане же были побеждены, потеряв убитыми на поле боя 400 человек. Прочие, кому удалось бежать, вернулись в свой лагерь, не считая лишь одного рыцаря, по имени Вафлар де Ла-Круа. Его конь был ранен, когда за ним гнались французы. Поэтому он спешился и бежал в лес. Когда он брел по какой-то дороге, надеясь выйти к английскому лагерю, то оказался перед замком Воссе лер. Заметив рыцаря, солдаты гарнизона схватили его, а затем кастелян отослал его к королю Франции в Бувин[717]. Король был очень обрадован, поскольку слышал много жалоб на него. Как раз тогда подле короля находились два именитых горожанина из Лилля — Лотарь Фремоди и Алар Проби. Они попросили уступить пленника жителям Лилля, которым он причинил немало вреда. Король выдал им Вафлара и разрешил увезти его в Лилль, но приказал не убивать до тех пор, покуда он, король, не вернется в Париж. Когда Вафлар де Ла-Круа был доставлен в Лилль, горожане очень обрадовались и заточили его в суровое узилище.
[105]
О том, как по распоряжению французского короля папа отлучил фламандцев от церкви
В то время как король Англии донимал защитников Турне частыми штурмами, а те, в свой черед, давали ему сильный отпор, король Франции через послов пожаловался понтифику Бенедикту XII, что мятежные фламандцы ведут против него войну, а своего сеньора графа изгнали из его владений. Тогда папа издал приговор об отлучении фламандцев от церкви до тех пор, пока они вновь не покорятся своему господину. Этот указ был доставлен в осажденный Турне.
[106]
О том, как по просьбе графини Эно между двумя королями было заключено короткое перемирие, и о переговорах, проходивших в Сизуэне
Вдовствующая графиня Эно, мать вышеназванного графа, прослышала, что король Франции намерен без промедления построить мост, чтобы дать бой англичанам. Поэтому она прибыла в Бувин к своему брату королю и сказала, что некоторые из его знатных сеньоров собираются предать его. Король был крайне разгневан из-за того, что графиня отказалась ему их назвать. Тем не менее госпожа-графиня стала умолять короля, чтобы он милостиво простил ее сыну все деяния, совершенные во вред французской короне, и не переходил по названному мосту на другой берег до тех пор, пока она не вернется к нему назад, переговорив с королем Англии. Сначала король ответил, что велит отрубить голову ее сыну, если тот попадет к нему в плен. Однако потом, при поддержке их общего брата, графа Алансонского, графиня с большим трудом добилась от короля обещания не сниматься с лагеря. Ей это удалось лишь потому, что король опасался какого-нибудь предательства.
Затем графиня приехала к королю Англии, женатому на ее дочери, и многими словами убедила его заключить с королем Франции короткое перемирие для обсуждения условий мирного договора. Выслушав ее, король Эдуард созвал английских баронов, герцога Брабантского, графа Эно, графа Гельдернского, Якоба ван Артевельде, маркграфа Юлихского, Робера д'Артуа и многих других, а затем изложил перед ними просьбу графини. На этом совещании первым выступил герцог Брабантский. Как рассказывают, он многими доводами склонял других к заключению перемирия. Затем, как рассказывают, слово взял Якоб ван Артевельде: «Предложи вам даже заключить мир, — заявил он герцогу, — вы бы с готовностью на него согласились. Я же смело утверждаю, что в том случае, если мы еще немного продержим город в осаде, он падет, ибо его жители умирают от голода». Уловив насмешку в его словах, герцог сказал: «Вряд ли вы вообще сможете завершить миром эту яростную войну, которую так старательно разжигали. Последуйте моему совету и начните переговоры раньше,
