и его ухмылка исчезла. Отблеск в его глазах был пугающим. Я пошла напролом.
— Но тебе, возможно, придется мне немного помочь. Это платье…
— Я задам тебе вопрос, Кэт. И ты должна будешь ответить мне честно.
Звучало не очень хорошо. Мое сердце забилось чаще. Я сглотнула, потому что во рту пересохло.
— Какой?
Он долго и пристально смотрел на меня. Затем наклонился и прошептал мне на ухо: — Я тебя возбуждаю?
Мое сердце решило, что сейчас самое подходящее время для приступа. Я не могла его винить.
— Не будь таким отвратительным!
— Так и есть. Я знаю, что так и есть. У тебя покраснело лицо. Ты тяжело дышишь. Твое сердце бешено колотится. А под трусиками твоя киска насквозь мокрая.
Если раньше мое лицо было красным, то теперь оно стало пунцовым. То, что Нико был прав, ситуацию не улучшало. Я отвела взгляд, чтобы не встречаться с ним глазами.
— Ты высокомерный придурок, Нико Никс.
— Это не значит, что я неправ, — усмехнулся он.
Я ненавидела его за то, что он так легко меня раскусил. Ненавидела себя за то, что так легко сдавалась в его объятиях. Ненавидела его за самоуверенность, за то, что Нико знал, какое впечатление производит на меня. А так же ненавидела всё это, но в то же время любила, а это было гораздо опаснее.
— На самом деле ты не прав. Мое лицо покраснело, потому что свет очень яркий, а сердце бешено колотится, потому что я чертовски нервничаю. Я никогда раньше не снималась на камеру. Это никак не связано с тобой.
Повисла долгая пауза, пока он изучал мое лицо.
— Ты врешь, женщина. Это как-то связано со мной. Ты это знаешь. И я это знаю. — Его голос понизился. — И мой твердый член, черт возьми, тоже это знает.
Я рассмеялась, чтобы скрыть свое потрясение. Никто никогда не разговаривал со мной так, как он. Я не могла поверить, что у этого человека хватило наглости.
И я не могла поверить, что мне это так понравилось.
Все это было невероятно лестно, но я должна была положить этому конец, пока не зашло слишком далеко. Я не собиралась становиться очередной зарубкой на столбике кровати этой высокомерной рок-звезды.
— Что ж, это многое объясняет. — Мой тон был язвительным.
Нико прищурился.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что знаю, какая из твоих голов принимает все решения. Потому что я уверена, что твой мозг прямо сейчас напоминает тебе, что у тебя есть девушка.
Я посмотрела ему прямо в глаза, чтобы Нико стало понятно, что я настроена серьезно. Я была не просто очередной фанаткой, помощницей звукорежиссера или как там еще называют девушек, которые бросаются на шею рок-звездам. У меня было самоуважение.
Хоть и потрепанное, но оно все еще было.
Но Нико удивил меня. Он не вздрогнул от моих слов. Ему не стало стыдно, как я надеялась. Он просто смотрел на меня в ответ тем же пристальным взглядом. Его глаза теперь были в тени, а их цвет менялся, как ртуть, в зависимости от освещения.
— Эйвери не моя девушка.
Невероятно. Нико наверно считал, что я идиотка.
— Да неужели? Может, тебе стоит сказать это Эйвери? Я не лингвист, но почти уверена, что «mi amor» не означает «приятель». Кроме того, ты уже говорил, что она твоя девушка!
— Я сказал детка, а не девушка.
Что за чушь. Я отвернулась.
— Это довольно тонкое различие. Уверен, мой бывший говорил то же самое одной из многочисленных цыпочек, с которыми он спал за моей спиной.
Нико взял меня за подбородок и повернул мое лицо к себе. Его взгляд был суровым, а пальцы на моей челюсти — твердыми.
— Ты должна кое-что знать обо мне, Кэт. Я не ангел. И веду разгульный образ жизни с семнадцати лет. Но я не лжец. Я не говорю женщине, что она моя, а потом изменяю ей за ее спиной. Если бы мы с Эйвери были вместе, я бы и пальцем тебя не тронул. Я бы даже не флиртовал с тобой, как бы сильно я тебя ни хотел. — Его взгляд опустился на мои губы, голос стал хриплым. — Как бы мне ни хотелось, чтобы этот прекрасный ротик был повсюду на моем теле. Чтобы ты отсасывала мне. Чтобы ты выкрикивала мое имя, когда я буду глубоко внутри тебя.
Я лежала, разинув рот, в голове было пусто. Между ног у меня разлился жар. Нико снова посмотрел на меня, и этот жар охватил нас обоих. Это было обжигающе. Опьяняюще.
Неправильно.
Каким бы безумным это ни было, я должна была положить этому конец.
Я попыталась отстраниться, но он прижал меня к себе.
— Нико, — возразила я.
Он покачал головой, сверкнув жестким взглядом, стиснув зубы и излучая жар.
— Я не позволю тебе сбежать только потому, что ты напугана, дорогая. Со мной все по-другому.
— Я не с тобой! — Это прозвучало как шипение. Я бы дала ему пощечину, если бы знала, что это не попало бы во все таблоиды, настолько он меня взбесил.
— Пока нет. — В его голосе слышалось мрачное обещание. Он говорил с полной уверенностью, как будто то, что я стану его, было предрешено. Но это не так.
— Пожалуйста, помоги мне встать, — холодно произнесла я. Судя по выражению его лица, Нико это не понравилось.
— Кэт…
— Нико, нет. Просто нет. Пожалуйста, прекрати. Я не игрушка. Ты должен уважать то, что я тебе говорю. Я польщена, но меня не интересует ничего, кроме того, чтобы пережить этот день и вернуться к реальной жизни. Ясно?
Он помолчал, оценивая мой тон.
— Ясно.
Меня охватило облегчение. И разочарование тоже, но я не обратила на него внимания. Однако мне не стоило слишком радоваться, потому что Нико еще не закончил со мной.
— Я отпущу тебя при одном условии: докажи, что я тебе не нравлюсь.
Я сердито посмотрела на него.
— Ты бы предпочел, чтобы я ударила тебя каблуком или выцарапала тебе глаза ногтями?
— Нет. Поцелуя будет достаточно.
Я что, под кайфом? Я вообще вставала с постели этим утром? Может, это был какой-то замысловатый сон, и сейчас я продолжала лежать дома, накрывшись с головой одеялом. Я уставилась на Нико, не зная, что делать.
У моего тела было несколько идей, но мозг не поддерживал ни одну из них.
— Я не целуюсь с незнакомцами.
— Я не незнакомец. Нас представили друг другу. — Его пальцы скользнули по изгибу моего бедра. Он наклонился к
