В глазах питона отчётливо проскочила вся его жизнь. Издав отчаянно-шипящий звук, незадачливый гурман бросил добычу и пополз в сторону Тони за защитой. В этот момент Маклер что-то крутанул на своём приборе, пытаясь отодрать от него особо злобного крокодильчика, и весь реакторный отсек озарила фиолетовая вспышка.
Когда Тони открыл глаза, он поначалу не мог понять, что происходит. В отсеке сверкало и переливалось фиолетовое марево, исходящее от пространственной аномалии. Разлетевшихся крокодильчиков постепенно затягивало в область с пропавшими артефактами. Ошалелый Бублик между тем обвился у ног хозяина и испуганно шипел, предпринимая попытки заползти повыше. Последний оставшийся артефакт на глазах у изумлённого Маклера сам поднялся в воздух, и, сбросив с себя двух особо настырных крокодильчиков, поплыл к питону, практически влетев ему в раскрытую пасть.
От реактора шёл дым. Внутри что-то горело, плавилось, вот-вот должен был произойти взрыв. Чужой судорожно щелкал схлопывателем пространства, в последней попытке спасти ситуацию. Наконец, ему это удалось. Тони в очередной раз швырнуло о стену. Реактор, артефакты и большая часть помещения просто исчезли. Опустевший и погрузившийся во тьму реакторный отсек соединился с трюмом. Разобрать что-то можно было лишь из-за постепенно тускнеющего фиолетового свечения, исходящего от артефакта в челюстях Бублика.
С опаской посматривая в сторону чужого, Лапка помог питону получше обвиться вокруг своей шеи. Одной рукой он гладил вновь обретённого Бублика по голове, а другой смахивал бегущие из распухших глаз слёзы.
* * *
Департамент «Ксено» службы Галактической Безопасности, более известный как отдел «К», являлся наиболее секретной и легендарной организацией во всей Земной Федерации. Случайных людей там не было. Помимо исключительных начальных данных (высокий уровень интеллекта, физические показатели, генетические модификации), каждый кандидат проходил сложный фильтр отборов, тестов и проверок. После чего выполнял несколько тщательно смоделированных и крайне опасных заданий, по результатам которых и выносилось решение. При этом отсев в девяносто процентов среди справившихся считался обычным делом. Основная же часть претендентов сходила с дистанции раньше. Специальная комиссия, составленная из действующих сотрудников, анонимно оценивала эффективность их действий. При этом для зачисления соискателя в списки требовалась одна единственная и ёмкая характеристика. Безупречность. Таковых оказывалось не просто мало, их были единицы. Численность полевых агентов департамента в лучшие годы не превышала тысячу человек на все обитаемые человеческие миры.
Ринни была лучшей из лучших. Она умела работать с любой ситуацией и находить выход из самого безнадёжного положения. Это задание не было для неё первым, в свои двадцать пять лет она успела поучаствовать в нескольких тайных операциях, и выполнила их с блеском. Случалось, она попадала в жёсткий переплёт, но всякий раз находила способ обратить обстоятельства себе на пользу и выполнить работу. Но только не сегодня.
Ловушка захлопнулась внезапно и окончательно. В навалившейся темноте она тщетно пыталась реанимировать корабль доступными резервными механическими способами: дёргала рычаг замыкания базового контура, разбила кожух рубильника экстренной перезагрузки бортовых систем и попыталась запустить системную консоль. Но чутьё подсказывало, что ничего не поможет – корабль умер. Внезапно. Бесповоротно. По крайней мере, отсюда она точно ничего не может сделать. Кто-то или что-то встало у неё на пути в полушаге от победы. Как это могло случиться, она не понимала. Даже если некто сумел заглушить реактор, это невозможно проделать за пару секунд. Даже если разом перерезать все силовые кабели, основной и несколько резервных, должны остаться ещё аварийные системы…
Из погружённой в темноту рубки не было выхода, дверь на мостик она сама заблокировала так, чтобы открыть её вручную не представлялось возможным. Прочность переборки не уступала прочности корпуса. Здесь необходим плазменный резак, из тех, что используют для вскрытия шлюзов. И даже, будь он в наличии, для того чтобы разрезать титановый сплав в ладонь толщиной, потребуется время. А его нет.
Она понимала, что наследила. Жирафу уже должны были найти, а искусственный интеллект наверняка сообщил о постороннем на мостике «Ренегата». Сложить два и два сможет любой дурак, а Гвен Ранье – кто угодно, но не дурак. Скоро сюда заявятся гости. Возможно, в этот момент абордажная партия как раз режет обшивку…
Отчаяние обжигающей волной захлестнуло Ринни. В кокпите слишком прочные материалы, способные выдержать удар метеора. А у неё из оружия только бластер. Да, в спасательных нишах на мостике имеется несколько скафандров, но чем пробить сверхпрочное остекление? Что же ей делать…
В дверь рубки забарабанили. Следом прогремел голос Солянки:
– Эй, куколка, ты там? Кончай дурить – открывай дверь!
– Ринни, сестра моя! – ему вторил Астра. – Сдавайся! Сегодня не время умножать энтропию.
– Что вы с ней разговариваете! – вмешалась Деметра. – Режьте дверь. Если вздумает стрелять, живой не брать!
– Стойте! – это уже Дик. – Несси, милая, впусти нас. Никто тебе не причинит вреда. Обещаю!
Шанс отбиться от поджидающей за дверью вооружённой и подготовленной к штурму группы при помощи рук, ног и бластера, примерно равнялся возможности разбить остекление рубки и выйти на ранце скафандра в космос. Ринни понимала, что у неё есть только два выхода. Или застрелиться, или…
Быстро спрятав бластер и коммуникатор Жирафы внутри одного из скафандров в спасательной секции, галактическая дива распустила и взъерошила волосы, усилием воли пустила слезу и, подойдя к люку, жалобно захныкала:
– Это вы, ребята? Что происходит? Почему так темно? Выпустите меня, пожалуйста!
* * *
На этот раз обошлось без кофе, а вот стульев прибавилось – в кабинете собралось достаточно много народа. Впрочем, мест всё равно не хватило. Кэп что-то переключил у себя за столом и из стены выдвинулся диван. На него тут же плюхнулся Солянка, утянув за собой пленницу. Связанная с ним силовыми наручниками Ринни вынужденно присела рядом. Деметра расположилась у входа, чтобы иметь возможность контролировать ситуацию. Чужой стоял рядом с кэпом, водянистым взглядом разглядывая присутствующих, в особенности Тони Лапку, вокруг шеи которого умиротворённо обвился Бублик. Рядом присела Умник, а чуть поодаль Дик. Присутствовали все основные участники последних событий. Не хватало только Жирафы, который приходил в себя в лазарете и Стаса, несущего вахту на мостике.
– Итак, причастные в сборе, – капитан, наконец, поднял голову от экрана, на котором отображались данные телеметрии. Траектории вражеских кораблей не представляли непосредственной угрозы для «Бессердечного». Расстояние между преследователями и потенциальной жертвой сокращалось слишком медленно. Впрочем, в зону действия ракет большой дальности они уже вошли. Но враг медлил. И причина подобной осторожности сейчас находилась в этом помещении.
– Твои друзья тебя очень ценят, Золотце, – обратился капитан к виновнице устроенного на «Ренегате» бедлама. – Не хотят повредить пёрышки.
– Гвен, прости, я ничего
