или Сьюзи. Можно дать Сьюзи мой номер телефона».
«Я немного беспокоюсь, потому что она хотела быть с тобой», — сказала Кара.
«Не стоит», — сказал я, стараясь звучать успокаивающе. — «Я ясно дам понять, что ни за что на свете этого не случится. Так было раньше, итак оно и останется. Сэнди, с другой стороны, входит в мой список людей, которые не должны ходить по земле!».
И Бетани, и Джойс резко выдохнули от этого комментария. Я понял, что появятся вопросы из-за Джоша Бентона, насильника Бетани.
Мы с Карой еще раз выразили свою любовь и повесили трубки. Теперь нам оставалось только ждать результатов родительского собрания. По моему мнению, это будет катастрофа. Мне нужно было немедленно поговорить с отцом и убедиться, что он знает что и как, и что он поговорил с мистером Бланшардом.
«Пожалуйста, подождите здесь, девочки, мне нужно срочно поговорить с папой», — сказал я.
«Что происходит?» — спросила Стефани у меня за спиной, когда я выходил из комнаты. Я не остановился, чтобы ответить ей.
Я нашел отца в его кабинете и попросил его выйти на веранду. Было пасмурно, тепло и немного душно от утреннего дождя, но мне нужно было уединение. Я быстро ввел его в курс дела.
«О, черт! Это было глупо с ее стороны. Только танцы можно было бы пережить. Но секс? Ну, для евангельской христианки это переходит все границы».
«Согласен. Но что сделано, то сделано. Я действительно беспокоюсь о том, что скажет мама на этом ужине».
«Мы можем просто отказаться идти».
«Нет, это будет означать, что у нас не будет шанса увидеться в течение года. Даже если из-за мамы все пойдет наперекосяк, я все равно смогу увидеться с Карой в Чикаго, когда она поедет туда на учебу. Это может стать проблемой для ее родителей, но она твердо намерена так сделать. У нее отличные оценки и отличные баллы по SAT и ACT, так что она, скорее всего, получит стипендию, как и я. Как я понимаю, единственный шанс увидеться у нас будет, если мы последуем планам ее отца. Я имею в виду, если бы он хотел просто полностью разделить нас, как ты думаешь, захотел бы он поговорить с тобой?».
«Я не знаю. Возможно, он просто хочет убедиться, что мы знаем, какой ты плохой».
«Наверное, да. Но опять же, я не вижу в этом ничего плохого. Ты знаешь многое из того, что я сделал, а мама считает меня воплощением зла, так как это может мне навредить? Думаю, все, о чем я могу попросить, это чтобы ты рассказал мистеру Бланшарду, как сильно я люблю его дочь и что с конца января я отказался от всех своих других девушек ради нее».
«Оказывал ли ты давление на эту молодую женщину? Или пытался соблазнить ее? Я не обвиняю тебя, мне просто нужно знать, с чем я имею дело».
Я усмехнулся: «Папа, Бог мне свидетель, я поцеловал ее пару раз. Вот и все. После этих поцелуев я отбивался от нее четыре месяца! Она была на меня обижена, потому что она знала мою репутацию, а я не хотел лечь с ней в постель! Конечно, именно из-за моей репутации дамского угодника я и отталкивал ее. Я не мог просто использовать ее и пойти дальше. Я люблю ее, пап, и есть реальный шанс, что в будущем мы обручимся».
«Вот это я очень рад слышать. Ты знаешь, как сильно она мне нравится. Я знаю, что у вас с Дженнифер долгая история, и что вы с Бетани были очень близки, но я сказал тебе то, что думаю. Мистер Бланшард знает об этом?».
«Он знает, что я подарил ей очень красивое и очень дорогой бриллиантовый кулон в качестве, так сказать, аванса. Я не был готов посвятить себя ей в апреле, не готов и сейчас, но я не думаю, что это продлится больше пары лет. Это лето пройдет в хлопотах из-за приезда Карин и Дженнифер. Как только это уладится, я смогу сосредоточиться на отношениях с Карой».
«Хорошо, сынок», — сказал он.
Мы вернулись в дом, и я пошел к девочкам.
«Стив, мне кажется, что ее отец хочет поговорить с твоими родителями, так ли это?» — спросила Бетани.
«О да. Просто на случай, если все было не настолько плохо, теперь он хочет встретиться и с моей мамой, и с моим папой. Он хотел сделать это и раньше, но мне удалось избежать этого. Я понятия не имею, о чем он думает, но я не представляю, как все может стать еще хуже, чем есть. Она и так не может со мной увидеться, так что куда уж хуже?».
«Верно», — сказала Бетани. — «Меня беспокоит твой комментарий по поводу Сэнди».
«Забудь об этом. То, что я злюсь, не означает, что я собираюсь что-то с ней сделать или попросить кого-то сделать с ней что-то».
«Ты уверен?» — спросила Джойс.
«Да, я уверен. Это как с мамой Бекки. Она в моем списке людей, без которых Земле было бы лучше, но я ничего с ней не сделал», — сказал я.
«Но ты все еще хочешь убить Джоша Бентона», — тихо сказала Бетани.
«Хочу», — твердо сказал я. — «Но я этого не сделаю. Еще раз повторяю, то, что я хочу, не означает, что я это сделаю. За последние несколько лет я научился некоторому самоконтролю».
«Я думаю, он в порядке, Стефани», — сказала Бетани. — «Я думаю, мы можем спокойно оставить его на твое попечение».
«Я согласна», — сказала Джойс.
После объятий и поцелуев, Джойс и Бетани ушли. Мы со Стефани вернулись в мою комнату и сели в кресла-мешки.
«Ты же знаешь, старший брат, у мамы будет праздник».
«Она бы хотела. Но папа считает, что Кара — та девушка, на которой стоит жениться. Будет интересно посмотреть, что из этого выйдет. Я хотел бы быть мухой на стене во время того разговора. В любом случае, все, что мы можем сделать сейчас, это ждать. Я собираюсь позвонить Мэри и отложить ее марафон. У меня есть веская причина сделать это и она поймет. Это даст мне немного времени, чтобы решить, хочу я это сделать или нет».
«Если ты не можешь видеться с Карой целый год, ты действительно собираешься так сильно себя ограничивать?» — спросила Стефани.
«Я еще не знаю. Давай переживем следующие шесть недель. Если Мэри и получит свой марафон, то только
