class="p1">Настоятельницу я встречаю в коридорах в компании стайки послушниц. Девушки бросают на меня любопытные взгляды и отступают. А вот Ариэнна подхватывает под локоть и тянет на завтрак.
— У меня скопилось очень много вопросов, — тараторю тихо, семеня рядом с настоятельницей.
— Задавай, я постараюсь ответить. Если не смогу, ты всегда можешь спросить у неё, — отвечает женщина и подбородком указывает на статую богини, возле которой мы проходим.
— Страшновато у неё спрашивать. И она слишком загадочно отвечает, — бормочу, бросая взгляд на каменное изваяние. — В общем, что от меня требуется? Я не знаю, как быть жрицей. И не умею. Да я даже не маг и жила не в магическом мире. И в богов своих не особо верила. Я медик, мы верим в эволюцию и технический прогресс.
Слышу грудной смех. Чистый, искренний. И замолкаю. Блондинка хлопает по предплечью, что покоится на её руке. По-матерински так, по-родному.
— Всё, что тебе нужно, уже внутри тебя, Татьяна. Свет тебя выбрал, стал частью тебя. А ты — это продолжение Богини. Полагайся на свою интуицию, поступай, как велит сердце, а остальному тебя здесь обучат, — мягко стелет Ариэнна. — Возможно, ты захочешь остаться и сделать этот храм своим домом.
— А у меня есть выбор? — выгибаю бровь, просто раз я жрица эта… как её там... верховная, то, значит, должна жить при храме. Хотя, может, я не знаю, какой смысл вкладывают в это слово местные.
— Выбор есть всегда, — выдаёт мудрость дня настоятельница и заводит в общую трапезную.
Большое светлое помещение сплошь заставлено широкими и прямоугольными столами с длинными лавками с двух сторон. Как в лагерях. Правда, мебель куда массивнее и добротнее.
Мы располагаемся за центральным столом, стоящим перпендикулярно к остальным и чуть на возвышении. Пока никого нет. Либо завтрак уже закончился, либо ещё не начался и мы пришли раньше. Но мне это даже на руку.
Я прошу настоятельницу объясниться. И получаю ответ.
Как оказалось, Верховная жрица может выбрать любой храм богини и сделать его главным. Так же она, то есть Верховная, стоит на одной ступеньке с королями, даже чуточку выше, но всё зависит от веры в богиню. Так вот. Как только верховная выбирает храм, то весь храмовый комплекс с пристройками и территорией вокруг становится её собственностью. Так-то все храмы уже моя собственность, но главным будет тот, где я буду жить. Мало того, этот главный храм становится независимым от короны и правительства островком.
Этакое карликовое государство внутри государства. Со своим папой. Шутка. В данном случае — со своей Верховной. И никто, кроме богини, ей не указ. Но лучше всё-таки дружить с королями и власть имущими. Ещё перекроют доступ или вообще разрушат все постройки, тогда и властвовать не над чем будет.
За сытным завтраком я так же узнаю, что храм существует благодаря пожертвованиям. Местным работникам платят зарплату из общей выручки. Так же и Верховная будет жить на деньги из этих же пожертвований.
В основном благотворителями выступают дроу. С недавних пор в храм поступают деньги из Дадарии. Скорее всего, это Натали и её семья. Ведь мою подругу тоже богиня отметила. Странно, что не её сделала Верховной. Она на эту роль больше подходит.
— У тебя есть ещё вопросы или начнём обучение? — спрашивает настоятельница, поднимаясь из-за стола.
— Я могу связаться с Натали… Герцогиней или баронессой. У меня нет её координат для артефакта связи, но около недели назад я отправляла ей письмо. Наверное, Таша уже получила его и, возможно, отправила кого-то в ту глухую деревню. Как бы её помощь не была напрасной, — тараторю, поднимаясь. — У неё муж дроу. Намтариэль. Возможно, вы знаете.
— Связи у меня с ними нет. Но я знаю, кто тебе может помочь, и уточню у него, — отвечает женщина.
— Спасибо. Тогда давайте начнём обучаться поскорее, — улыбаюсь я.
Ариэнна знакомит меня с тремя дроу. Наставниками. Один из них, с ультрамариновыми волосами по имени Кадриэль, будет преподавать законы, историю, теологию, древние руны и ритуалы. Второй, с голубыми волосами, Самаэль, будет наставником по магии и лечению. Он сам лекарь в этом храме. А третий, с золотыми волосами, Илириэль, будет учить естествознанию и другим наукам, что пригодятся мне в будущем.
В общем, с первого же дня меня погружают в самую гущу храмовой жизни. И я вроде как не против.
Сначала Самаэль провожает в небольшой зал для ритуалов. Где мы учимся правильно дышать, чувствовать внутренний свет. Пока только чувствовать.
— Свет в тебе не магический, — тихо вещает наставник. Голос у него приятный, спокойный. Будто дроу давно познал дзен. — Он живой. Почувствуй, как он течёт по твоим венам.
Я ничего такого не чувствую. Но не прерываю Самаэля. Просто повторяю за ним и дышу. Глубоко. Медленно. Размеренно.
После этой почти двухчасовой медитации меня отдают в руки Илирия. Мы заходим в небольшую теплицу. Дроу называет это помещение лабораторией. В ней мы занимаемся ботаникой и зельеварением. Ага. Я тоже в шоке.
Опять же, после двух часов у нас обед в общей трапезной. Где я знакомлюсь со всеми местными работниками и просто страждущими, которым некуда идти. Народу не так много. Всего лишь один длинный стол забит, четыре остальных просто пустуют. Неясно, зачем так кучковаться, вместо того чтобы с комфортом рассесться по свободным участкам. Но со своим уставом в чужой…
А хотя постойте…
Отвлеклась. Так вот, после обеда и шапочного знакомства я попадаю в руки Кадриэля. И вот он не жалеет меня совсем. Почти три часа учит премудростям.
К полднику я выплываю выжатая как лимон. С распухшей от знаний головой. Нужно пересмотреть расписание и предложить поменять первый урок с медитацией на последний.
— Верховная… — останавливает меня в коридоре одна из послушниц. Под моим хмурым взглядом тушуется.
Ещё в обед, когда мы все знакомились, ко мне обращались «Верховная» и «Пресветлая». Я попросила называть меня по имени и представилась. Просто ещё не готова носить такие звания и титулы. Ощущаю себя какой-то обманщицей и воровкой, что украла должность и притворяется.
— Простите… Татьяна…
— Просто Таня, — мягко поправляю.
— Во внутреннем дворике вас ждёт гость.
— Гость? — удивляюсь я. Неужели кто-то из семьи Натали?
Подхватив юбку, бегу. В груди растёт радостное предвкушение от встречи с подругой или хотя бы с кем-то из её семьи.
