пушистым существом, которое всё ещё металось по залу, как маленький безумец.
– Арфей! – шёпотом, но с отчётливым гневом произнесла Морена. Её тонкие пальцы схватили край её стула, но магически она волка не останавливала. Пока.
Я нахмурился. Волк был членом нашей семьи, нашей крови. Как и его брат Орон. И если он сейчас растерзает это чёртово существо…
Но прежде чем я успел поднять руку и обрушить магию на драковолка, Арфей вдруг резко остановился.
Я замер.
Волк стоял как вкопанный, его жёлтые глаза были устремлены вперёд, но не на существо, которое он преследовал. Нет, его взгляд упёрся… в человечку.
Катя Лебедева стояла посреди зала, держа на руках то самое пушистое создание, которое и стало причиной этого хаоса. Я даже не успел понять, как оно оказалось у неё, но сейчас она стояла с этим странным существом на руках и выглядела… ошарашенной.
Она посмотрела на волка. Волк посмотрел на неё.
И вот тут я ожидал чего угодно. Рычания. Прыжка. Крика ужаса. Но ничего из этого не произошло.
Человечка наклонила голову, нахмурилась… и вдруг сказала:
– Какая ты милая собачка.
Я моргнул.
Собачка?! Это она про людоеда драковолка, которого боятся все в этом зале? И не только в этом?
В зале повисла тишина, нарушаемая только лёгким поскрипыванием когтей Арфея по полу. Девушки, стоящие вокруг, замерли, одни с интересом, другие с неприкрытым шоком.
Катя продолжала смотреть на моего драковолка, как будто перед ней действительно была собачка, а не убийца, который мог разорвать её в два счета.
– Ты, наверное, устал бегать, – добавила она. – Хочешь конфетку?
Она не просто сказала это. Она полезла в карман своего платья и достала… бледно-розовую конфету. Маленькую. Обычную. Интересно у нее все розовое? Что за маниакальная розовость? Которая мне…любящему все черное вдруг неожиданно нравится.
Я смотрел, как она протянула руку к волку, и внутренне напрягся. Я уже готов был встать, готов был остановить его. Если он укусит…А точнее откусит руку.
Но Арфей вдруг мягко наклонил голову, раскрыв пасть, и аккуратно взял конфету языком.
Я был настолько ошеломлён, что на миг забыл дышать.
Она… погладила его. Она просто провела рукой между его ушей, как будто это действительно была собачка, а не драковолк, рождённый магией крови и предназначенный защищать Морену любой ценой.
И что самое странное, Арфей в ответ… завилял хвостом.
Этот чёртов людоед, защитник моей дочери, завилял хвостом перед человечкой.
Катя улыбнулась, словно это было совершенно нормально, словно весь зал сейчас не смотрел на неё, а она была где-то у себя дома. Волк развернулся, обмахнул её пушистым хвостом, словно давая своё одобрение, и с конфетой в пасти медленно ушёл к Морене, которая выглядела так, будто её только что оглушили по голове.
Я обвёл взглядом зал. Девушки стояли в разных стадиях шока. Даже брат Арфея Орон, стоявший рядом с Мореной, выглядел так, будто его кто-то пнул. Он посмотрел на человечку с таким интересом, что мне вдруг захотелось их обоих запереть в вольер. Собачки…
Катя тем временем стояла гладила свое существо, моргала и тихо пробормотала:
– Ладно. Кажется, я приручила волка.
Я почувствовал, как по моим губам прошла лёгкая усмешка.
"Ты приручила не волка, человечка. Ты приручаешь хаос."
И этот хаос разгорался во мне все сильнее.
Глава 6
Я буквально валилась с ног. День был из тех, которые, если повезёт, забудутся лет через десять. Если, конечно, к тому времени я ещё буду жива и у меня будет кому рассказывать эту эпопею. Про волков, которые подбегают, чтобы сожрать, но соглашаются на конфету…про женщин, желающих тебя раздавить и пройтись по твоему трупу на пьедестал. И много о чем.
Платье жало, туфли терзали ноги, а мозг настойчиво шептал: «Катя, тебе надо просто упасть в кровать, закрыть глаза и пожалеть себя так, как никто другой этого не сделает.»
Добравшись до коридора, ведущего к моей комнате, я позволила себе выдохнуть с таким видом, будто тащу за собой невидимую телегу. Ещё несколько шагов – и, наконец, тишина, одиночество, никаких драконов, магии, претенденток и их вечного «Ты здесь по ошибке, человечка».
Но… нет. Как только я подняла голову, чтобы открыть дверь, моё тело застыло. Словно кто-то внезапно нажал паузу.
На моей двери красовался символ.
И это был не просто какой-то там узор. Это было… что-то ритуальное. Неровные линии, словно кто-то рисовал их в спешке, но точно знал, что делает. Центр круга переливался мягким голубым светом, будто предупреждая: «Смотри, человечка, это не шутка.»
Что?!
Моё дыхание стало поверхностным, а сердце начало биться быстрее. Внутри всё мгновенно сжалось. Вот знаете, когда внезапно понимаешь, что в доме кто-то оставил записку «мы за тобой придём»? Вот примерно так я себя и чувствовала.
«Прекрасно, Лебедева. Просто прекрасно. А вот и началось. Прям как в битве экстрасенсов»
Я медленно сделала шаг назад, чтобы лучше разглядеть символ. Головокружение от усталости как рукой сняло, зато страх заполнил весь вакуум.
Свет от рун чуть заметно переливался, как дразнящая улыбка: «Боишься? И правильно делаешь.»
Я сглотнула, чувствуя, как внутри начинается борьба. Одна часть меня шептала: «Сматывайся отсюда. И плевать, что кто-то подумает. Главное – сохранить свою шкуру.»
Другая, более упрямая часть, огрызнулась: «Да ты только попробуй! Если убежишь, тебя ожидает ритуальный костер или где они там жарят девственниц? Кстати…интересно этот момент кого-то волнует здесь? И, да, я девственница. Старая дева. Потому что…нет, очередь не выстраивалась, хотя, нет, выстраивалась, за кассой. Но я там по десять часов вкалывала так что мне элементарно было некогда и не с кем. У меня были поклонники в лайфграмме. Один военный в отпуске раз в три года, чуть ли не завтра хотел жениться, но не ехал, один фотомодель по кличке Кокос…хотел, чтоб я на автобусе к нему в другой город приехала когда имеет две машины и третий работник ветеринарной клиники, анестезиолог, который на условия «я или травка» выбрал травку, а ну и был сторонником «каждый платит сам за себя», а еще жил с мамой. Как-то так у меня с мужиками.»
Я глубоко вдохнула и сделала шаг вперёд.
– Ты не сломаешься, Лебедева, – тихо прошептала я себе под нос. – Если кто-то думает, что сможет напугать тебя до потери пульса, то… ну… ладно, пульс, возможно, ускорился, но это не важно!
Подойдя к двери, я с трудом удержалась от того, чтобы не потрогать символ. И тут же мысленно себя одёрнула. «Да, конечно, потрогай магический круг. Это
