точно гениальная идея. Если не хочешь взорваться, Лебедева, держи руки при себе.»
Я стояла перед дверью, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Неужели это правда какая-то угроза?
И почему-то в этот момент, вместо того чтобы паниковать, я вдруг ощутила злость.
«Да что вы все себе позволяете, а?!» – взревел мой внутренний голос. «Сначала претендентки, потом этот тронный зал с его правилами, а теперь ещё и это…как дегтем на воротах? Ну нет, кто бы это ни сделал, я не дам вам удовольствия видеть, как я пугаюсь.»
Стиснув зубы, я решительно взялась за дверную ручку и, резко открыв дверь, шагнула внутрь.
И только когда дверь с глухим звуком захлопнулась за мной, я позволила себе облокотиться на неё и выдохнуть. Грудь тяжело поднималась, но внутри поселилось странное ощущение: «Я смогла. Хоть что-то.»
Тишина в комнате встретила меня, словно ничего и не произошло. Но я-то знала: произошло. И это был не конец.
«Лебедева, ты вляпалась в нечто большее, чем не дорисованные картины по номерам,» – подумала я, осматривая тёмное помещение.
И, конечно, в этот момент из угла раздался ленивый голос.
– Это что-то новенькое. Кто-то решил разнообразить твою серую жизнь?
Я медленно повернула голову и встретилась с яркими зелёными глазами Мрака. Кот сидел на спинке стула, сверкая наглостью, которая была его вторым именем.
– Ты ещё живая, да? – лениво продолжил он. – Это определённо хороший знак. А то я уже начал переживать за свою миссию.
– Что за символ? – спросила я, игнорируя его тон.
– О, так ты заметила? – Кот потянулся, выгибая спину, и зевнул. – Поздравляю. Ты теперь официально в игре. Как я и говорил, приключения требуют жертв.
Я закатила глаза, чувствуя, как остатки страха сменяются раздражением.
– Мрак, хочешь сказать, ты не знаешь, кто это сделал?
– Может, знаю. А может, нет. – Он спрыгнул со стула и лениво потёрся о мою ногу. – Но, честно, человечка, кажется это черным по белому написано…ну или огненным по коричневому.
– Неблагодарная, шерстяная гадость. Я, между прочим, тебе жизнь спасла. И не дождалась благодарности.
– Да…было дело. Спасибо.
Мрак устроился на спинке стула, свесив хвост так, будто он король, а этот стул – его трон. Глаза зелёные, наглость зашкаливает. Я даже чувствую, как от него исходит аура «Я всё знаю, но не скажу».
– Поздравляю, человечка, – протянул он, лениво потягиваясь. – Похоже, ты попала в премиальный клуб «Жертва месяца».
Я смерила его взглядом, который обычно у меня выдавал «заткнись, пока не поздно». Но Мрак, конечно, был не из тех, кого можно напугать. Он невозмутимо продолжил, глядя на меня с видом родителя, который устал объяснять ребёнку, что лезть в розетку – это больно:
– Такой роскоши я даже не ожидал. Символы на дверях, шёпот за спиной… Клянусь своими усами, я бы сам разревелся от восторга.
– Ты вообще понимаешь, насколько это серьёзно? – выдохнула я, показывая на дверь.
– Конечно, – мяукнул он, глядя на меня так, словно я только что спросила, зачем солнце светит. – Но, знаешь, сюрпризы – это так весело. Хочешь узнать, что это за символ?
– Да, хочу, – сказала я, стиснув зубы.
Он сощурился и лениво потянулся, выгибая спину.
– А я бы не стал. Потому что, как бы тебе сказать… знание иногда хуже незнания.
Я тяжело выдохнула, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения.
– Мрак, – произнесла я, пытаясь вложить в голос максимум угрозы.
Я села на кровать, чувствуя, как плечи опускаются под тяжестью усталости. Этот мир просто решил меня уничтожить. Символы, шёпоты, презрение претенденток, язвительные коты – казалось, всё вокруг проверяет, когда я наконец сломаюсь.
– Да, я человечка, – прошептала я, стиснув кулаки так, что ногти впились в ладони. – Да, я не владею магией. Но если они думают, что смогут меня выжить, то они явно недооценили мою способность держаться за жизнь зубами. Мрак прыгнул ко мне и свернулся клубочком рядом. Я машинально погладила его за ушами и он начал урчать. Сволочь.
Когда я наконец отключилась от всех мыслей, комната вдруг наполнилась странным звуком. Сначала это было что-то вроде тихого шороха, будто кто-то крадётся по полу. Затем – лёгкий стук.
Я открыла глаза и медленно села. Шорох раздался снова, на этот раз ближе.
– Мрак? – прошептала я.
Ответа не было.
Я встала и подошла к двери, стараясь не шуметь. Сердце начало колотиться быстрее, а ладони вспотели, когда я осторожно дотронулась до ручки.
Стук прекратился.
Я резко открыла дверь – и ничего. Темнота коридора смотрела на меня пустой глазницей черной глубины. Я огляделась, но никого не увидела.
– Отлично, – пробормотала я, захлопывая дверь. – Теперь у меня ещё и галлюцинации.
Но как только я вернулась в кровать, всё стало меняться.
Сначала это было еле заметное мерцание стен, словно их поверхность покрыли невидимыми волнами. Затем на полу появились темно-зелёные линии, которые складывались в сложные узоры.
Я вскочила, чувствуя, как всё внутри холодеет.
– Что за…
И тут из стены вылетел огненный шар. Он промчался рядом, едва не зацепив мои волосы, и ударился в потолок, осыпав комнату искрами.
– Мрак! – завопила я.
Никакого ответа.
Ещё один шар вылетел из стены, на этот раз остановившись передо мной, будто раздумывая, атаковать меня или подождать.
«Ооо, девочки, это мне льстит. Вы явно решили поиграть со мной. Что ж, держитесь. Я – Лебедева, и просто так я не сдаюсь.»
Комната определённо решила меня убить.
Пол светился зловещими узорами, которые двигались, как змеи. Они складывались в круги, пересекались и мерцали, будто жили своей собственной, жуткой жизнью. А потом стены начали медленно сдвигаться внутрь.
Сначала это было едва заметно. Лёгкий скрип, будто кто-то не смазал петли. Но вскоре этот звук усилился, стал навязчивым и оглушающим.
Я замерла, сердце гулко заколотилось где-то в горле.
– Ну что, человечка, поздравляю, – раздался ленивый голос Мрака. – Кто-то определённо ценит твоё присутствие в этом мире.
– Мрак, – выдохнула я, чувствуя, как паника постепенно затягивает меня, как зыбучий песок. – Что это?
– Похоже на магическую ловушку, – протянул он, устроившись на вершине шкафа, где явно ничего не угрожало его хвостатой персоне. – Очень интересную, кстати.
– Ловушку?! – Я повернулась к нему, но тут же вскрикнула: стены снова сдвинулись. Теперь их движение было более явным, а вместе с ним начало меняться и пространство вокруг. Потолок медленно опускался, как крышка гигантского саркофага.
Мой мозг завопил: «Беги!»
Но куда? Пол светился, линии двигались, вспыхивая яркими огнями, словно предупреждая: «Шагнешь не туда – конец.»
– Ладно, Лебедева, успокойся, – пробормотала я, сжимая кулаки до боли. – Нужно подумать.
