снова захлёстывает злость. – Отлично. Прямо повод гордиться вашими правилами!
Он наклонился вперёд, и это движение заставило меня замереть.
– Ты всегда можешь отказаться, – сказал он, медленно.
Я прищурилась.
– И стать вашим обедом? Нет уж, увольте.
В его глазах мелькнуло нечто… неожиданное. Удивление? Интерес? Я даже не успела это осмыслить, как уголок его губ дёрнулся в тени усмешки.
– Ты удивляешь меня, человечка, – произнёс он, холодно, но в голосе слышалось что-то, что заставило моё сердце пропустить удар.
Он красивый. Ужасно красивый. Слишком красивый. С этими глазами, этой осанкой, этими чёртовыми руками, которыми он, наверное, мог бы сломать что угодно…И…меня…и мое сердце…
Я стиснула зубы, чтобы не дать мыслям уйти дальше.
– Это ещё не предел, – буркнула я, вскидывая подбородок, чтобы не выглядеть испуганной.
Морок вскинул бровь, словно это заявление его одновременно забавляло и раздражало.
– Посмотрим, как долго ты сможешь удивлять меня, человечка. Мое терпение не безгранично.
Его голос был мягким, почти бархатным, но от этого не менее опасным.
Я сглотнула, чувствуя, как холодный пот прокатывается по спине.
Ну что ж, Лебедева. Поздравляю. Ты не только выбралась из ловушки, но и официально разозлила лорда-дракона. Отличный день.
Морок откинулся на своём троне, холодный, властный, словно сам воздух в зале принадлежал только ему. Но его глаза – эти пылающие, огненно-жёлтые глаза – смотрели исключительно на меня. И с каждой секундой моего напряжённого молчания они будто врывались в мысли, обжигали изнутри.
– Ну и…куда тебя определить, м? – Его голос был таким глубоким, что я на миг почувствовала, как он буквально резонирует где-то в груди.
– Определить? – переспросила я, чувствуя, как внутри всё закипает. – Вы серьёзно?
Его взгляд стал ещё тяжелее, и я поняла, что он ждал ответа. Чёрт.
Я стиснула кулаки, бросив вызов его молчаливому надменному лицу.
– Вы так говорите будто это я сделала…я не владею магиями и я не Халк развалить стены! – выпалила я, указав на разрушенные обломки в коридоре. Моя злость, подпитанная страхом, обидой и его чертовски хорошим внешним видом, вырвалась наружу.
– Кто такой Халк? Твой жених?
– Что? О, Боже! Нет! Это герой Марвелл…ой, кому я это рассказываю?!
Он медленно поднялся. И вот тут я пожалела, что вообще начала этот разговор.
Морок двигался с грацией хищника, его шаги были мягкими, но каждое движение источало силу. Когда он спустился с трона, зал вдруг будто стал меньше, а воздух – гуще.
Его фигура надвигалась, высокий, стройный, сильный одни мускулы. С грацией хищника а я, кажется, забыла, как дышать.
– Ну тебе должно льстить убрать хотят, того, кто представляет угрозу, а значит тебя считают…эммм…достойной соперницей, – произнёс он так спокойно, что меня это взбесило ещё больше.
– А, ну конечно! – саркастично выдала я, чувствуя, как злость окончательно захватывает верх. – Это же всего лишь часть вашего восхитительного обряда, да? Ловушки, обвалы… чего мне ещё ждать? Акулы в бассейне?
Он остановился прямо передо мной. Слишком близко. Настолько, что я почувствовала жар, исходящий от его тела.
– Ты можешь отказаться, – сказал он тихо, наклонившись чуть ближе. Его голос был мягким, но в нём сквозила угроза, словно каждое слово было сделано из стали. – Уйти. И больше никто не будет пытаться тебя убить.
– А потом что? – прошептала я, глядя прямо в его глаза. Моя злость вспыхнула с новой силой, заставляя говорить больше, чем следовало. – Я стану жертвой на вашем празднике? Убить и съесть это не одно и тоже?
Я видела, как в его глазах что-то мелькнуло. Я даже не знаю что это.
– Ты слишком наглая, человечка.
– А вы слишком красивый для того, чтобы так бесить, – сорвалось с моих губ прежде, чем я успела это остановить.
Чёрт. Чёрт. Чёрт.
Он медленно приподнял бровь, и уголок его губ чуть дёрнулся, как будто он с трудом удерживался от усмешки.
– Красивый?
Я сжала зубы, стараясь не смотреть на эти идеально очерченные губы, которые сейчас были слишком близко.
– Вы это услышали, а не то, что я сказала про ваши "правила"? – огрызнулась я, пытаясь отступить, но с ужасом поняла, что не могу заставить себя двинуться.
Он был как магнит. Опасный, тёмный, чертовски притягательный магнит.
– Ты выбрала, что выделить, – мягко произнёс он, ещё на шаг сокращая дистанцию.
Я буквально кожей чувствовала его присутствие. Магия исходила от него волнами, заставляя внутри всё сжиматься и плавиться одновременно.
– Я выделила, что вы меня раздражаете, – выпалила я, хотя мой голос предательски дрогнул.
– Раздражаю? – Его взгляд скользнул вниз, задержавшись на моей шее, а потом на ключицах…опускаясь ниже. И, кажется, моё сердце перестало биться. – Забавно. Обычно я произвожу совсем другое впечатление.
– Да уж, – пробормотала я, с трудом сглатывая. – Очень забавно.
Он наклонился ещё ближе, его лицо оказалось буквально в нескольких сантиметрах от моего.
– А что, если ты ошибаешься?
– Ошибаюсь? – переспросила я, едва дыша.
– Ты уверена, что я раздражаю? – Его голос стал ещё ниже, почти шёпотом, но в нём чувствовалась такая властность, что у меня подкосились ноги.
Я не знала, что ответить. Мои мысли метались, как бабочки в банке, сталкиваясь друг с другом.
– Ну, если хотите знать, – начала я, пытаясь сохранить остатки гордости, – ваше поведение…
Он вдруг отступил. Просто выпрямился и, скрестив руки на груди, бросил на меня взгляд, в котором читалась неприкрытая усмешка.
– Твои мысли слишком громкие, человечка.
Мои глаза распахнулись.
– Что?!
– Я вижу всё, что ты пытаешься скрыть, – произнёс он, его голос снова стал ледяным. – И это не раздражение.
Я почувствовала, как пылают мои щеки.
– Это… это ваше воображение! Просто я живая! – выкрикнула я, сжимая кулаки.
Морок снова развернулся ко мне, и я поняла, что мои попытки быть дерзкой только разбудили в нём какое-то опасное, тёмное любопытство.
Он сделал опять шаг вперёд – медленно, спокойно, но в этом движении было столько власти, что я почувствовала, как холодный пот прокатился по спине.
– Живая, – тихо повторил он, его голос прозвучал как шелест огня. – Ты сама это сказала.
– Да, – выдохнула я, сжимая кулаки, чтобы не показать, как дрожат руки. – В отличие от вас, я не прячусь за надменным взглядом и угрозами.
Он остановился прямо передо мной, высокий, тёмный, безупречно опасный.
– Ты действительно думаешь, что я только угрожаю? – Его голос был мягким, но в нём ощущалась такая сила, что я инстинктивно сделала шаг назад.
– Нет, – ответила я, стараясь держать голос ровным. – Я думаю, что вы привыкли, что все перед вами склоняются.
– А ты – не склоняешься?
Он поднял руку, и я замерла. Его пальцы медленно коснулись
