ставки, что имело смысл и давало мне некоторое душевное спокойствие. Джойс была последним человеком, которого я хотел ввести в заблуждение или разозлить. Я не хотел думать о последствиях такого поступка.
Я проводил ее до машины и еще раз нежно поцеловал. Она села в машину и опустила окно.
«Последняя, кто останется!» — прошептала она, заводя машину и выезжая с подъездной дорожки. Я стоял и смотрел, как она уезжает, размышляя, права ли она. Я понимал, что узнать это невозможно, и события последних нескольких лет еще раз подтвердили это. Я точно не забуду ее.
Зайдя в дом, я взял баллончик с освежителем воздуха и распылил немного в кабинете. Я также распылил немного по комнате, прикрыв бильярдный стол, кухню, столовую и гостиную. Я вернулся в свою комнату и пошел в ванную, чтобы вытереться тряпкой и надеть чистую пару нижнего белья. Я сел за свой стол. Я написал короткую запись в своем дневнике с последними мыслями о Милфорде перед отъездом.
Я как раз складывал страницы в свою последнюю коробку, когда раздался стук в дверь. Я не слышал, как машина подъехала к дому, поэтому решил, что это Стефани. Я сказал ей, чтобы она вошла.
«Я просто хотела пожелать спокойной ночи, старший брат, и еще раз поблагодарить тебя за все».
«Не за что, Мелкая. И с каких это пор ты стучишь и ждешь?»
«С тех пор, как мне нельзя видеть тебя голым. Все изменилось. Ты сам это сказал».
Я вздохнул: «Да, это так. Но знаешь что? Последние четыре месяца были фантастическими, и во многом это благодаря тебе, Мелкая. Я люблю тебя больше, чем смогу когда-либо сказать».
«Ты показал мне, Стив. Неоднократно! Я так счастлива, что все получилось так, как я мечтала. Я помню, как боялась, что ты не будешь со мной, и как боялась, что будешь! А потом, когда я отдалась тебе, а ты взял меня, это была самая прекрасная вещь на свете. Еще раз спасибо, старший брат».
Она подошла ко мне, мы обнялись, и она поцеловала меня в щеку.
«Я буду скучать по твоему присутствию здесь, старший брат».
«А я буду скучать по тому, что я был здесь с тобой, Мелкая».
«Может, тебе стоит перестать называть меня так. Ты начал называть меня так, когда мне было семь. Может быть, ты просто что-то понимал, даже тогда».
«Может, и стоит. Я буду скучать по тебе, Стефани».
Она улыбнулась, быстро обняла меня, поцеловала в щеку и начала выходить. Она остановилась у двери, повернулась и демонстративно распахнула халат, достаточно, чтобы показать, что она голая, но прикрывает важные части тела. Она поцеловала меня, снова прикрылась и вернулась в свою комнату.
Когда она ушла, я снял шорты, футболку и нижнее белье и лег в свою кровать в Милфорде, возможно, в последний раз в жизни. В голове прокрутились основные события с тех пор, как мы переехали в Милфорд, когда я учился в шестом классе, и я заснул с улыбкой на лице. Мне снились Биргит, Дженнифер, Пия, Бетани и Карин. И мне снилась Стефани.
Мой будильник зазвонил в 4:45 утра, пробуждая меня от ярких сновидений. Я быстро надел плавки, чтобы в последний раз поплавать с сестрой. Я не удивился, обнаружив, что она сидит на краю бассейна и ждет меня. Мы проплыли несколько кругов и вернулись по коридору в свои комнаты. Стефани подмигнула мне, облизала губы, а затем пошла в свою комнату. Прошлой ночи было недостаточно! Она все еще собиралась дразнить меня! Я вздохнул, быстро принял душ, оделся и пошел готовить завтрак.
Я услышал тихий стук во входную дверь и открыл ее, ожидая, что это Бетани. Вместо этого я увидел Пита и Мелани. А прямо за ними к входной двери шел Ларри.
«Стефани пригласила нас на завтрак!» — сказала Мелани.
Я впустил их и вернулся к приготовлению гораздо более плотного завтрака, чем планировалось.
«Спасибо, Стефани!» — сказал я, подмигнув ей.
Она засияла. Она знала, что поступила правильно. Папа пришел на кухню и поприветствовал моих друзей, а Стефани помогла накрыть на стол. Мы ели вафли, бекон и яйца и пили кофе. Мы закончили, Пит и Мелани помогли Стефани прибраться, а я собрал последние вещи и сел в машину. Бетани и Эд приехали, и Бетани припарковала свою машину на боковой дорожке, где она ее и оставила.
Я вернулся в свою комнату, чтобы еще раз проверить, все ли у я забрал, и когда я повернулся, чтобы выйти из комнаты, мама встала в проходе. Я вздохнул и подумал о том, чтобы пройти через ванную и выйти через комнату Джеффа, но она могла двигаться к этой двери быстрее, чем я мог пройти через обе комнаты.
«Мам, мне нужно уйти. Папа, Стефани и мои друзья ждут», — сказал я так вежливо, как только мог.
«Я уже говорила тебе, что когда ты провалишься, даже не думай возвращаться в этот дом. Тебе здесь не рады. Твоим шлюхам здесь не рады. И ты должен оставить свою сестру в покое. Потребуются огромные усилия, чтобы избавиться от твоего дурного влияния».
«Мама, я не хочу обсуждать это с тобой. Папа ясно дал понять, что мне рады в любое время и что ты не можешь запретить нам со Стефани быть вместе или разговаривать. Я уже говорил тебе, что если ты будешь продолжать в том же духе, то оттолкнешь ее. А если так, то она придет прямо ко мне. Рассчитывай на это. Если ты заставишь ее выбирать, она выберет меня. Ты знаешь это, я знаю это. Ты проиграла. Смирись с этим. А теперь уйди с дороги и оставь меня в покое».
Я осторожно протиснулся мимо нее и пошел по коридору. Я был полон решимости не терять самообладания. У моей мамы были другие идеи. Она последовала за мной.
«Не уходи от меня, когда я с тобой разговариваю!»
Я остановился и повернулся к ней лицом. Я смотрел ей прямо в глаза и держал свой голос ровным, но серьезным. Я пытался подражать голосу Пита «Правоохранительные органы», но я уверен, что это звучало совсем не так, как у Пита.
«Я иду к своей машине, сажусь в нее и уезжаю. Если ты скажешь хоть слово, когда мы подъедем к крыльцу, я абсолютно точно раскрою все секреты, которые знаю о тебе. Что у тебя был секс до встречи с папой с несколькими разными парнями. Что у тебя
