то при условии, что он ни есть, ни пить не будет, а работать с утра до ночи, ни на что больше не отвлекаясь. А кожа?! На ней каждая жилка, каждая вена видна! Ногти на пальцах… видно же, что подрезаны криво! Точно я сама в спешке ровняла – на левой ещё более или менее, а на правой – полный кошмар! Мизинец и вовсе обгрызен… Зачем скульптору подробности такие?
– Вэль, – фыркнула я, – отойди-ка чуток.
Парень послушно отступил, а я привычно положила обе свои ладони на грудь статуи… и только потом вспомнила про отсутствие магии. Но верна пословица – «бывших магов не бывает». Заклинание прозвучало почти неслышно… и моя рука утонула в мягком и шёлковом меху.
– Эриуме олар! – ахнул за моей спиной Вэль.
Вот, значит, как парни выражаются?! Запомнить бы…
Оживший демон какое-то время не шевелился. Лишь рассматривал меня огромными сиреневыми глазищами – не менее внимательно, чем я до этого изучала его. А я не отнимала ладоней. Есть во мне магия, нет её… Заклинание снятия прерывать сразу нельзя, разрыв плохо скажется на восстановившемся. Наконец таинственное создание приветственно склонило голову, очень напомнив мне этим обязательный Властительский кивок, основная цель которого – не испугать. Затем мягко отвело мои руки, после чего коснулось моего лба.
Мне показалось, я опять падаю в бездну прорыва. Меня засосал, крутил и нёс мощнейший поток, сопротивляться которому бесполезно и бессмысленно. Нет, я всё же попыталась. Из принципа. Чтобы потом не упрекать себя, что сразу сдалась. Но мои усилия словно не заметили. Сила, захватившая меня, стремилась к определённой цели, и через миг я оказалась на том берегу Риана, откуда вчера выдернула попавшего в ловушку мага.
Воронки, конечно, не было. И руин, собственно, тоже. Вместо них возвышался храм, величественный, с колоннами из белого мрамора. А перед ним бил фонтан. Нет, не так – Фонтан. Гигантские струи воды возносились к небу и с чудовищным рёвом спадали в каменную чашу. Брызги накрыли меня с головой. Почему-то стало весело. Внутри возник беспричинный восторг, захотелось подойти поближе, окунуться, погрузиться в это неистовство…
– Лиэноре! – раздалось рядом. Просяще и – повелительно.
Я повернулась на голос. Демон с надеждой смотрел на меня, и палец с лишней фалангой указывал на здание. Сиреневые глаза существа светились.
– Лиэноре, – повторил он, – ор лэ одэк, велиара!
– Таэрг, – кивнула я, и в следующую секунду всё пропало. Храм, фонтан, демон… Я стояла в плетёном шалаше перед неподвижной каменной статуей и тупо пялилась на Вэля.
– Динка! – воскликнул он, порывисто притягивая меня к себе, осматривая и ощупывая. – Цела?!
– Подожди, – остановила я его, – ты это видел?
– Что именно?
– Храм на берегу. В том месте, откуда я тебя выдернула. Который я пообещала…
Тут мне стало не по себе. В ушах снова прозвучало властное и умоляющее: «Верни! Ты сможешь, Велиара!»
И я согласилась!
Вот уж точно – эриуме олар…
Последнее я, кажется, подумала вслух. Вэль покраснел:
– Дин, ты не подумай, что я привык так ругаться! Просто не всякий день у меня на глазах статуи оживают, людей хватают, пропадают, появляются и снова застывают как ни в чём не бывало!
А в глазах у смущённого парня вспыхнули золотистые искорки! Я вся подалась вперёд, бесцеремонно задрала голову, жадно всматриваясь. Нет, не показалось!
– Вэль! Арэ ор лой!
Он машинально закрылся – и воздушный щит послушно отбил моё заклинание. Я аж запрыгала от счастья!
– Магия! Магия возвращается!
Он недоверчиво нахмурился – а я ощутила, как внутри него возникли радость, облегчение – и почему-то разочарование. Наверно, потому что и моя восприимчивость, и его сила только дали о себе знать. Но как же это было здорово! В порыве чувств я схватила Вэля за руки и начала кружить:
– Мы сможем вернуться домой!
Парень моего восторга не разделил. Вздохнул с какой-то непонятной обречённостью:
– Конечно. Тебя там близкие ждут, наверно. А меня…
Словно порыв ледяного ветра. Я застыла на месте. Распрыгалась, как идиотка! Чему обрадовалась? Что возлягу на супружеское ложе к сморчку старому?! А он ручонками трясущимися будет меня лапать, губёнками увядшими слюнявить, а после – аж мороз по коже! – будет тыкать причиндалами своими… и тому подобное.
С тихим стоном я отстранилась.
– Дина, ты чего? – искренне встревожился Вэль. – Только что весёлая была и вдруг погасла.
Я смотрела на его ладонь, узкую, сильную, с длинными чуткими пальцами. Такую на себе почувствовать – удовольствие…
– Всё нормально, – отозвалась я, стараясь, чтобы голос не выдал мою тоску. – Пойдём, поищем наших провожатых. Я есть хочу, и поговорить неплохо бы. На заклинание перевода силёнок хватит, надеюсь.
Парень вцепился в предложенную мысль:
– Я тоже голодный – жуть! Готов быка съесть, причём сначала добыть, освежевать и зажарить!
– Чур, ты добываешь и разделываешь, – нашла в себе мужество улыбнуться я, – жарить, так и быть, согласна.
Мы вышли из обиталища статуи. Женщины, приведшие нас, обнаружились сразу. Приветливо замахали.
– Орэни риэ, – одновременно выпалили мы с Вэлем заклятие перевода.
– Ну как? – подскочила молодая, простоволосая. – Снизошёл к вам светлый бог иранцуне?
– Судя по тому, что я вас понимаю, – да, – кивнула я.
«Неплохо было бы узнать, кто такой этот иранцуне и всех ли гостей он так принимает, прося вернуть древние храмы», – усмехнулась я про себя.
– Уважаемые, – негромко вставил Вэль, – нельзя ли все божественные разговоры отложить на потом? Мы устали, проголодались. Где у вас можно поесть и отдохнуть?
Говорил он вежливо, даже мягко. Но у местных жительниц не возникло и тени сомнения в том, что его пожелание следует немедленно выполнить. Поскольку он ни на секунду не допускал, что ему возразят. Я поглядела на парня с любопытством. Подобное поведение свидетельствовало о многом. Обычно так вела себя мама, привыкшая к безоговорочному послушанию. Друг Властителя и сам должен быть не менее знатен. С рождения приучен к власти, почитанию, уважению. Хотя уважение ещё заслужить надо. Но то, что Вэль умел приказывать, было явно.
– Пожалуйте за мной, – ответила старшая и пошла вперёд, указывая дорогу. Младшая же простилась и беззаботно повернула в другую сторону. Я вдруг задумалась: нормальна ли такая спокойная реакция на незнакомцев? Мы выделялись одеждой, ещё четверть часа назад не могли объясниться,
