Она обернулась к нему и строго ответила:
– Твои слова не более чем домыслы. Если это все, что ты хотел сказать, то попрошу на выход.
– Но вы…
– На выход, – громко прервала его Елена Игоревна, жестом указав на дверь. – Я не намерена слушать и поощрять этот бред.
– Вас понял, товарищ генерал-лейтенант. Прошу прощения за беспокойство.
Он отдал честь и поспешил ретироваться. Не глядя на вставшую из-за стола Майю Владимировну, Александр понесся обратно в вестибюль. Не рассчитав скорость, врезался в возникшего из-за угла Баскакова. Тот засмеялся и ухватил его за плечи со словами:
– Полегче! Ты куда так спешишь, мой юный талант?
– Извините.
Юрий Васильевич отпустил его и широко улыбнулся. Исходящий от начальника сильный запах сигарет невольно вернул Белого во времена, когда он работал в паре с Невзоровым.
– Так куда?
Мужчина заинтересованно склонил голову и предложил сесть на один из диванчиков, расположенных вдоль стены. Пока они шли к ним, Александр мысленно рассуждал: «Он в хорошем настроении. И до этого был ко мне достаточно благосклонен. Если Щербатая послала меня куда подальше, возможно, Баскаков сможет понять мои опасения. Сейчас он моя последняя надежда на спасение Алисы».
Они устроились на скрипнувшем диване. Белый сел с краю, в то время как его начальник закинул руки на спинку и одарил его подбадривающей улыбкой. И Александр принял решение рассказать все, не утаивая, в том числе об Алисе и опасностях, которые могут грозить ей и будущим жертвам Воронов. Он пересказывал всю информацию, которой с ним поделился Питер, которую узнал сам и какие выводы сделал после встречи с Алисой, в том числе упомянул участие Холтера как в деле Стаи, так и в поимке их серийного убийцы.
С каждым новым фактом улыбчивое лицо Баскакова мрачнело и хмурилось. Когда Белый закончил рассказ, тот уже сидел в глубокой задумчивости, сжимал губы и вертел в руках пачку сигарет. Он дал ему время переварить новую информацию, ожидая ответ.
Наконец мужчина встал с дивана и предложил ему выйти на улицу. Когда Александр закрыл за ними дверь, Юрий Васильевич уже подкуривал зажигалкой зажатую между губами сигарету. Он затянулся, шумно выдохнул дым и покачал головой.
– Да, без этого знания мне жилось как будто бы легче, – признался начальник и снова сделал затяжку. – Если все, что ты мне рассказал, правда, мы не имеем права оставлять все как есть.
– Я уверен, что это правда. И знаю, как попасть в их штаб по подземным ходам.
– Кто такой этот Холтер?
– Частный детектив в отставке. Но мне не удалось выяснить, по какой причине. Он норвежец, и из-за Воронов потерял близкого человека.
– Говоришь, в их штабе могут быть вещественные доказательства?
– Уверен практически на все сто.
Баскаков выкурил сигарету и щелчком выбросил окурок в стоящую рядом урну. Поймав решительный взгляд Белого, он сказал:
– Делать это в обход Щербатой чревато непредсказуемыми последствиями. Но кто не рискует, как говорится, тот не отмечает. Потому я выделю тебе людей. Насколько срочно они тебе нужны?
– Как можно скорее.
– Я подниму знакомых ребят. Всю бумажную волокиту подпишу задним числом. Все же твои, на первый взгляд безумные, идеи приводят нас к грандиозным победам, – заметил Юрий Васильевич, – потому будь что будет.
Сердечно поблагодарив начальника, Александр пожал ему руку и достал телефон. Ощущая небывалый энтузиазм и эмоциональный подъем, он с предвкушением в голосе сказал, нажав на кнопку микрофона в переписке с Питером:
– Подготовь все необходимое. Уже завтра мы отправляемся к Воронам.
И отправил новое сообщение.
III
Она проспала почти сутки. Пробуждение далось ей с большим трудом. Боль пульсирующим обручем обхватила голову. Тошнота от голода скрутила живот, призывая как можно быстрее отправиться в туалет. Горло неприятно жгло и саднило, когда Алиса смыла воду в унитазе и вытерла рот. Она дважды почистила зубы, умылась и взглянула на свое отражение. Синяки под глазами стали глубже, волосы после долгого сна растрепались и запутались.
Девушка повернулась к ванной и включила воду. Сняла с себя всю одежду и вернулась в комнату. Там Алиса подняла с кресла махровый халат и вернулась обратно. Когда ванна наполовину наполнилась, она села в нее и откинулась на спинку. Теплая, почти горячая вода согрела усталое отекшее тело.
Около часа Алиса провела ухаживая за собой и в итоге вышла в комнату с высушенными волосами и тканевой маской на лице. И хотя ее тело расслабилось, душа не переставала рыдать. Она не могла избавиться от глубокого чувства вины, которое отравляло и давило, не позволяя забыть о совершенной ошибке.
– Я должна привести себя в порядок, – с хрипотцой в голосе сказала девушка. В горле словно застрял ком, который она смогла выкашлять лишь с третьей попытки. Стерев подступившие слезы, добавила, обращаясь к самой себе: – Однозначно должна.
Алиса встала напротив зеркала, сняла маску и погладила пальцами порозовевшее лицо. Нанесла крем с экстрактом лаванды на тело и мягкими движениями помассировала руки, плечи, шею, грудь, живот и ноги. Это действие успокоило.
Вернувшись в комнату, девушка отворила дверцу шкафа, увидела купленное Николаем пару недель назад черное кружевное белье и надела его. Села за стол и поставила перед собой настольное зеркальце, разложив новый набор косметики. Некоторое время она провела за нанесением макияжа, пока результат ее не удовлетворил. Ранее Смерть принес ей плойку и выпрямитель для волос. Алиса решила воспользоваться вторым и сделала легкую, объемную у корней укладку. Последним штрихом стало легкое черное платье в пол. Оно село идеально по фигуре, обтягивая все изгибы и укрывая широкие плечи приятной на ощупь тканью. Девушка осмотрела себя со всех сторон в зеркале, поправила волосы и провела ладонью от груди к бедрам.
– Так-то лучше.
Она надела туфли на шпильке и вышла из комнаты, когда на часах было 23:03. Не спеша Алиса направилась на кухню, про себя отмечая, что сегодня в доме на удивление тихо. Стук каблуков отражался от стен пустынных коридоров, утопающих в теплом потолочном свете. За окнами густоту ночной тьмы рассеивали уличные фонари. По небу быстро неслись облака, а ветки ближайших деревьев пригибались под силой ветра.
Девушка вошла в столовую и осмотрелась. Никого, кроме нее, в такой час там не оказалось. Она приблизилась к столам, на которых были еще никем не тронутые и даже еще горячие продукты, и стала накладывать себе в тарелку еду. Кофемашина за минуту наполнила чашку ароматным латте. Алиса расположилась за столом у французского окна и начала свой поздний ужин.
Зелень уже начала окрашиваться в цвета слишком быстро наступившей осени.
