class="p1">Как только девушка замолчала, Фейнир перестал скулить. Тем не менее Элла еще не поняла, как Яана рассчитывала втащить тяжелое тело Фейнира через люк.
– Я поднимаюсь, – сказала она.
Через несколько мгновений веревка натянулась вокруг задних лап и груди Фейнира.
По мере того как волкобраза подтаскивали вверх по лестнице, Элла задерживалась рядом, на одном уровне с ним, медленно поднимаясь с одной ступеньки на другую. Несколько раз он скулил, но шепот хозяйки заставлял его затихнуть. Через некоторое время Фейнир зацепился передними лапами за край люка и выбрался наружу.
Элла споткнулась, опустилась на колени, но сумела вылезти из отверстия вслед за волкобразом. Ее лоб намок от пота, кровь пульсировала в венах, словно ее подгонял мощный насос. Оказалось, что она стояла на коленях посреди вымощенной камнем улицы, тускло освещенной луной. Рядом с ней Яана развязывала веревки на слегка ошеломленном Фейнире.
– Возьми меня за руку.
Элла слегка запаниковала, услышав незнакомый голос, отшатнулась и уперлась ладонями в мостовую. Перед ней стояла высокая женщина, чью челюсть пересекали три длинных шрама, длинные рыжеватые волосы с седыми прядями стягивал на затылке узел. Девушка сразу обратила внимание на заостренную форму ушей незнакомки и поняла, что перед ней стояла эльфийка.
– Ну?
Элла была потрясена и не сразу заметила протянутую руку. Потом ухватилась за нее, и женщина помогла ей подняться.
Эльфийка. На улицах Бероны?
– Меня зовут Фарвен. – Глаза женщины сверкали таким же холодом, как и у Фарды, но также в них она увидела печаль. – Пойдем, нам нужно покинуть город. Сегодня ночью.
Глава 35. Старый договор
Артим Валдлок по праву считал себя практичным человеком. И, глядя на безвольное тело, лежавшее у его ног, решил, что пришло время отказаться от попыток извлечь хоть какую-то полезную информацию из дралейда.
Настал час в соответствии с полученной инструкцией отправить сообщение Драконьей гвардии. Потянувшись к Искре, он ухватился за нити Земли и Воздуха – два элемента, с которыми обращался лучше остальных. Молодой человек сейчас, конечно, не способен на попытку побега, но лучше быть заранее готовым к любому повороту событий.
Риски неизбежны, но без них невозможно ничего получить, и хорошая подготовка – ключ к успеху в сложном деле.
Грудь юноши медленно вздымалась и опускалась, дыхание с хрипом вырывалось из горла. Артим другого и не ждал. В камере стоял холод, и к тому же парень не ел уже почти три недели.
Ему это не нравилось, зато было эффективно. Обычно.
Однако данная ситуация оказалась… уникальной. Наручники позволяли держать дралейда под контролем и, что еще важнее, не позволяли дракону его найти. Волшебный зверь прикончил очень многих, после того как Артим пленил дралейда, но у него хватило ума не атаковать город. Впрочем, если бы дракон точно знал, что его дралейд здесь, он вряд ли соблюдал бы осторожность. Однако помимо пользы наручники создавали и проблему: она состояла в том, что после отделения сознания дралейда от дракона юноша перестал реагировать на побои, сорванные ногти и голод.
Он не произнес ни слова с самой первой ночи.
Наклонив голову, Артим разглядывал парня; синее сияние наручников отражалось от пола камеры. Он мог убить дралейда прямо сейчас и покончить с проблемой, прежде чем она стала по-настоящему серьезной. Однако Примарх предельно ясно изложил инструкцию для боевых магов.
«Избивайте его, ломайте, превращайте в жалкое ничтожество – мне все равно. Но возьмите живым!»
Не важно. Пройдет всего несколько дней, пока сообщение дойдет до Илльянары. А тем временем можно заняться спутниками дралейда. Ему не требовалось никому докладывать, что их тоже удалось пленить. Знание – это могущество, и он должен получить от пленников максимум сведений.
Аллерон стоял на крепостной стене Арисфолла и смотрел на огни города, мерцавшие в слабом снегопаде. Сломанный отцом нос все еще ныл, и острая боль пронзала ребра при каждом вдохе. Но обе раны бледнели перед тем, что мучило его после порки, устроенной Лоталом Хелмундом. При каждом движении корка трескалась, рана начинала кровоточить, затем лопалась снова. Даже сейчас он чувствовал, как кровь течет по спине.
Ветер кусал кожу Аллерона, такой холодный, что слезы на щеках замерзали. Он стряхнул их рукой и надел меховой капюшон. В такую погоду опасно подниматься на крепостную стену – люди часто умирали от обморожения. Но ему всегда лучше думалось под открытым небом. Раз уж отец запретил ему покидать замок, оставалось лишь подниматься на стену цитадели.
Это его вина. Именно он отдал письмо Лейфу. Он привел отца и Высокого мага к Кейлену. С тех пор прошли недели, но Аллерон ни на минуту не мог забыть лежавшую в снегу отрубленную голову Лейфа.
– Здесь ты найдешь свою смерть.
Аллерон повернулся и увидел двух мужчин, стоявших на стене справа от него: оба в длинных кольчугах под толстыми меховыми куртками.
В темноте Аллерон не видел их лица, но голос узнал.
– Берд?
Мужчина справа шагнул вперед и откинул капюшон, открыв густые черные волосы и неряшливую бороду. Окровавленная повязка закрывала левый глаз.
– Что с тобой случилось? – Аллерон шагнул к другу, не обратив внимания на прикосновение ледяного ветра, который сбросил ему на плечи капюшон.
– Люди твоего отца в двух днях пути отсюда. Они нас ждали. Фелл и Кеттил мертвы.
Ярость закипела в груди Аллерона, ее питала глубокая внутренняя ненависть. Его отец не всегда поступал как жестокий и подлый ублюдок, но теперь, видимо, чувствовал себя точно рыба в воде.
– Лейф…
– Я знаю. Его голова на пике перед городскими стенами.
Кровь потекла из ладоней Аллерона: ногти пробили кожу.
– Ты знаешь, где маг держит дралейда? – спросил мужчина, стоявший рядом с Бердом.
Такого акцента Аллерон никогда еще не слышал – казалось, слова языка являлись для говорившего абсолютно чужими.
– Я знаю, – ответил Аллерон, – Берд, кто это?
– Она – друг.
Аллерон надеялся, что ни Берд, ни его спутница не заметили его недоумения, которое он в любом случае постарался скрыть. Дело в том, что он сперва принял вторую фигуру в капюшоне за мужчину из-за ее роста и тембра голоса.
– Аллерон, – продолжал Берд. – Нам нужна твоя помощь, а ты нуждаешься в нашей.
– Нет времени на церемонии, – сказала женщина, шагнув к Аллерону и откинув капюшон.
Аллерон ахнул и отступил. Женщина оказалась вовсе не женщиной. Ну, во всяком случае, не человеческой женщиной. Ее рост превышал шесть футов, кожу скрывал мех, как у волка.
Густая шерсть покрывала руки, ноги и шею. Даже на лице росла
