наблюдающие за доном Хуаном и его женой, мечтали отомстить Валери де Медин за ее победу, и на дона Хуана была объявлена охота. Спорили и ставили деньги на то, кто же сможет поймать его в свои сети, пока Валери занята другими делами, и сколько времени на это потребуется.
Клер де Риган, которой вход в Версаль был закрыт, поскольку муж ее все еще сидел в Бастилии и его явно не собирались выпускать, узнала о доне Хуане от своих придворных подруг. Она поклялась отомстить Валери за своего мужа, отбив у нее ее. Но и к чарам молодой герцогини дон Хуан остался равнодушен. Встретив его на одном из приемов в Париже, она достаточно быстро сориентировалась и была представлена ему по всем правилам. Валери не было рядом, и мадам Клер завладела вниманием дона Хуана, оценив не только его красоту, но и учтивость и умение вести беседу. Она была в восторге от мужа несносной Валери, вспоминая, как Мария де Монпелье описывала его и понимала, что зря той не верила. Но все ее попытки увести его из залы оказались бесполезны. Дон Хуан явно не собирался оставаться наедине с любой, даже самой миленькой и хорошенькой женщиной. Клер обиделась... и запомнила.
Дон Хуан, хоть и не мог проводить с Валери достаточно времени, тем не менее был доволен своим положением, тем более, что он мог надеяться на то, что в конце концов она оттает. Но после появления при дворе Григора Бобрина все изменилось.
...
Месье Григор явился в один прекрасный день, когда меньше всего ждали беды.
Валери и дон Хуан пили чай в гостиной в своем парижском доме, когда дворецкий объявил о прибытии месье Бобрина.
Дон Хуан на секунду замер, потом тут же овладел собой, и медленно перевел глаза на Валери. Та сидела как ни в чем ни бывало, хотя сердце ее замерло при звуке его имени.
— Конечно просите, — сказала она с улыбкой.
Вошел месье Бобрин. Элегантный и красивый яркой красотой, уверенный в себе, с немного ленивыми движениями, он замер на пороге, уставившись на дона Хуана. Он явно не ожидал увидеть Валери в компании мужчины. Но настоящий сюрприз ждал его чуть дальше. Мужчины смотрели друг на друга, не зная, как реагировать на такую ситуацию. Бобрин явился к Валери прямо с дороги, поэтому не был подготовлен к тому, что Валери вернулась в Париж вместе с мужем. Он только приехал, и тут же бросился к ней, все еще надеясь на то, что бракоразводный процесс запущен и она согласится уехать с ним в Россию.
Дон Хуан первым пришел в себя. Он поднялся с места и поклонился сопернику. Тот вынужден был сделать тоже самое. И тогда встала Валери, расправила зеленую юбку, как ни в чем ни бывало оглядела сначала одного мужчину, потом другого, и сказала со смешком в голосе:
— Дон Хуан, прошу разрешения представить вам моего друга, господина Григора Бобрина. Месье Бобрин, я рада познакомить вас с моим возлюбленным мужем, доном Хуаном Медино.
Григор Бобрин не считал себя способным на сильные чувства, особенно если это касалось женщин. Но сейчас, когда кровь бросилась ему в голову, он готов был кинуться на черноволосого красавчика и разорвать его голыми руками. Он даже поморщился, не сдержавшись. Теперь стало понятно, почему Валери вышла замуж за этого испанца. Впрочем, вряд ли какая нибудь женщина могла бы устоять, если бы дон Хуан пожелал жениться на ней, думал он. А Валери всего лишь женщина. Все его попытки соблазнить Валери разбивались о ее любовь к этому человеку, которого она могла обвинять в чем угодно, злиться, сердиться, но Григору было очевидно, что Валери его любит.
Повисло вязкое, тяжелое молчание. Дон Хуан разглядывал соперника, чувствуя, что руки его сами собой сжимаются в кулаки. Валери всегда любила проходимцев, и перед ним был лучший представитель этого вида. Даже лучше незабвенного дона Родриго. Настоящий уверенный в себе проходимец, достаточно смазливый, чтобы понравиться такой женщине, как Валери, достаточно наглый, чтобы завоевать ее сердце.
— Господин Бобрин, — дон Хуан смотрел на него в упор, — я настоятельно прошу вас покинуть мой дом и никогда более не появляться здесь. Сведения, которые я имею о ваших отношениях с мадам де Медин не дают мне возможности позволить ей и далее общаться с вами.
Бобрин вздрогнул, глаза его сузились, а губы сложились в усмешку. Он размышлял о том, чтобы скрестить шпагу с законным мужем Валери прямо здесь, на ковре, но ему требовалось ее одобрение.
— Что же скажет на это прекрасная мадам де Медин? — проговорил он немного насмешливо.
Валери переводила взгляд с одного мужчины на другого. Ей безумно хотелось броситься Григору на шею. Но она была замужем за Хуаном, она сама позволила ему примириться с ней. Она должна сделать выбор прямо сейчас. Заметавшись, Валери опустила голову. Оба соперника смотрели на нее, ожидая вердикта. Дон Хуан побледнел, ожидая, что она выберет не его, а Бобрин, мрачнел с каждой секундой, потому что он знал, в чем ее выбор, и выбор ее был таков еще до того, как она встала рядом со своим красавцем-мужем.
— Я очень рада вас видеть, месье Бобрин, — Валери шагнула к нему, протянула ему руку, которую он поднес к губам, и краем глаза заметила, что дон Хуан сделался белее скатерти, — но... но я не могу ослушаться моего мужа, поэтому прошу вас удалиться.
Бобрин замер, держа ее за руку. Потом на секунду закрыл глаза, сжал ее руку почти до боли. Оглядел с ног до головы. Разжал пальцы, и не попрощавшись вышел из комнаты.
Когда дверь за ним закрылась, дон Хуан упал в кресло, положил руки на стол и опустил голову на руки. Его трясло, как в лихорадке. Один миг между да и нет показался ему веком. Бобрин был тем соперником, который мог отнять у него Валери, и дон Хуан с ужасом понимал, что все, что происходило между ними со дня прибытия в Париж, было простым ожиданием приезда Григора Бобрина. Он видел, как Валери обрадовалась сопернику. Он видел, как она металась между чувством и долгом. Она любила этого негодяя, очередного искателя приключений с ужасной репутацией, а его снова просто терпела рядом. И если до этого он питал какие-то надежды
