Самая обычная фея была не выше мое плеча, поэтому, чтобы не чувствовать себя маленькими, крылатый народ предпочитал парить примерно в полуметре над землей. Так никто не мог смотреть на них свысока.
– Мы рады приветствовать вас! – щебетала феечка, протягивая мне букет полевых цветов, который я реально могла взять только в зубы.
– Как добрались? – вторила ей другая, пытаясь услужливо вырвать у меня из рук клетку с Шушанной, вцепившейся в розовые прутья. Видимо, фея хотела, чтобы я все же приняла букет, которым мне воодушевленно тыкали в физиономию.
– Позвольте проводить вас в экипаж!
Да уж, мешанина похуже клубной! Сверкающие белизной улыбки, пыльца, яркие наряды – есть от чего закружиться голове. Хотя, быть может, я всего лишь отлежала на плече у шефа шею.
Я оглянулась на него, но он бы собран и невозмутим, только оточенным движением смахнул блестящую пыльцу с лацкана темно–синего пиджака, и уверенной походной отправился за парящими над землей фейками в сторону экипажа, запряженного гигантскими стрекозами. Боже, что за мерзость? У них были такие глаза, что хотелось сбежать и больше не возвращаться.
По сравнению со стрекозами черви и даже муравьи – просто милые домашние питомцы!
– Хм… – Вестейн задумчиво и с интересом рассматривал стрекоз.
– Что? – подозрительно прищурилась я.
– Интересные создания. Может, приживутся у нас… было бы неплохо захватить сегмент неразумных перевозок.
– Каких? – не поняла я.
– Ну, вообще при перевозке грузов и пассажиров используют или разумных или полуразумных существ. Вот драконы – разумные. Им положены зарплата, отпуск, пенсия и так далее, они могут сменить работу. Черви – полуразумные. У них есть хозяева, им не платится зарплата, однако они обладают достаточным мозгом, чтобы выполнять определенную работу, понимать приказы и так далее. Перевозки, в которых используются неразумные существа вроде этих стрекоз, у нас не распространены. А между тем противники использования разумных существ считают, что мы их эксплуатируем. И что заставлять драконов летать, например, это расизм. Так что направление перспективное.
Я, конечно, старалась идти в ногу со временем, уважать все расы и не делить разумных существ на первый и второй сорта, но от мысли, что придется добираться до работы на стрекозе, содрогнулась. А вот сейчас нам деваться некуда, придется на них лететь!
С нами в экипаж влетела синеволосая, похожая на куклу, девушка в мерцающем платье с оборками. Такое подошло бы на утренник в детский сад, но никак не на деловую встречу. Теперь я была не так уверена, что хочу погулять по магазинам. Хотя вряд ли мне вообще выдадут аванс после того, как я профукала все командировочные на дракона–склеротика.
– Меня зовут Эльсильваль и я буду помогать вам с бытовыми вопросами. Итак, – очень по–деловому начала наша сопровождающая и сверилась с блокнотом прежде чем продолжить, – вас поселят в розовой гостинице, в чайном корпусе. Не переживайте, что он расположен далековато, зато оттуда самые лучшие виды. Все основные мероприятия будут проходить в той же гостинице, но в пурпурном секторе. Ужин сервируют на улице, сейчас время брачных танцев у светлячков – удивительно красивое зрелище. Стоит того, чтобы им полюбоваться, но это все вечером после захода солнца. У вас сейчас будет около двух часов до начала официальной части. Как раз успеете немного отдохнуть. В чайном корпусе на первом этаже есть прекрасная кофейня, а на крыше бар.
Почти все делегации прибыли, – продолжила она. – Ждем только «Ля–ля–ля Маг», но коллеги передали, что и они тоже прибыли. Их встречают. Надеюсь, вам у нас понравится. А сейчас простите, мы почти приехали и мне нужно бежать.
Она выпорхнула из экипажа прямо на полном ходу, оставив меня в недоумении наедине с бегающей по клетке шиншиллой и недовольным начальником. Значит, нам все же не удалось прибыть в Фейск раньше Истона Винга.
Мне было до ужаса любопытно взглянуть на брата Вестейна, должно быть, там что–то с чем–то, а не дракон!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда сопровождающая фея говорила о розовой гостинице, я думала, она будет окружена розовыми кустами. И даже предвкушала тонкий флер цветов – здесь, благодаря амброзии, они особенно прекрасны круглый год.
Но нет. Розовая гостиница оказалась в прямом смысле розовой, счастливого поросячьего цвета, от которого на губы невольно наползала улыбка – Вестейн смотрел на нее так, словно ему предлагали пожить в логове вурдалака.
С резными колонами, украшенными лепниной в виде цветочных листьев и бутонов, ажурным коваными воротами, которые имитировали переплетенные между собой тонкие ветви с шипами и редкими цветочными головками. Здание было ярким и запоминающимся. Я раньше таких не видела.
Впрочем, в Фейске все было запоминающимся. Как сказала бы тетушка Марбл – веселеньким. Небесно–голубой воздушный порт, где приземлился наш дракон. Светло–зеленые, в виде кленовых листов, лавки с безделушками, фиолетовый театр и канареечно–желтый дворец правителя. Все это мы имели счастье видеть по дороге от воздушного порта, поэтому розовая гостиница почти не удивила. Хотя от красок уже рябило в глазах.
У входа нас уже встречали. Даже брать ключи у распорядительницы не пришлось. Двое мужчин – людей, как ни странно, подхватили чемоданы и пригласили следовать за ними. Я, признаться, боялась, что как в дешёвом романе нас с шефом поселят если не вместе, то через стеночку, но нет. Вествейн свернул в правый коридор, где располагались люксы, а нас с Шушанной пригласили налево в сторону обычных стандартных номеров.
Это вообще нормально?!
– Аделита у тебя полтора часа, после жду в холле, – крикнул начальник напоследок. – У нас еще уйма дел!
– Почему у него люкс, а у меня обычный номер?! – вместо ответа возмутилась я.
– Потому что ты ассистентка, а он – начальник.
– Что ж он себе отдельное купе в черве не взял, раз такой важный?
– Наверное, потому что червя заказывала ты.
Да… это тоже верно. Но все равно обидно. Зачем мужику джакузи, фруктовая тарелка и вино с амброзией, которые положены гостям в люксе? Это же девчачьи радости!
Вот не зря мама в детстве мне всегда говорила «Лита, смотри, куда идешь! На затылке у нас глаз нет!». Я так погрузилась в мысли о несправедливости мира в целом и Вестейна в частности, что едва не налетела на огромную телегу, которая везла что–то накрытое переливающейся тканью. Вообще, очень странно было увидеть такую громоздкую конструкцию в холле гостиницы. Неужели тут можно жить не только с шиншиллами, но и с повозками?
– Под ноги смотри, курица! – раздалось отстраненно холодное. Я даже опешила и медленно повернулась в сторону говорящего.
– Простите что? – переспросила я, начиная закипать. Я всегда терялась в ответ на откровенное хамство. Это в деревне можно было сразу отвесить коромыслом по спине без уточняющих вопросов, поэтому и люди были в большинстве своем вежливые, а здесь я не знала, как достойно ответить, если огреть нахалку клеткой с шиншиллой не вариант (тогда меня приложит еще и Шуша).
– Смотри под ноги глупая курица! – с удовольствием повторила ярко–рыжая зеленоглазая красотка. Готова поспорить драконица, только в них сочетается красота, презрение и хамство. – Не видишь, тут дорогое оборудование!
– Не вижу, – недовольно буркнула я.
«Вижу только дешевую деваху», – подумала какая–то очень мерзкая и злобная часть меня – та, что восприняла не доставшийся люкс близко к завистливому сердцу.
– Еще и слепая! – презрительно выдохнула девица и, вильнув бедрами, гордо удалилась по коридору в сторону противоположную той, куда направлялись мы с Шушанной. Тележка, повинуясь щелчку пальцев, последовала за ней.
– Вот ведь… – начала я, обращаясь к Шушанне и заметила, что моя ручная белка сидит, вцепившись лапами и зубами в металлические прутья клетки.
– Ты что? – удивленно спросила я, мигом забыв про невоспитанную особу. Ее я даже не знала, а вот Шушанну уже неплохо. И сейчас она явно злилась и нервничала.
