Сейчас вон сидит, как птичка клюет из своей тарелки три салатных листа и помидорку, и смотрит на меня, словно я злой и голодный дракон. Наверное, потому что я и есть злой и голодный дракон.
Все же работать с Шушанной было удобнее. Порой мне казалось, что она тоже дракон, только скрывается, ибо на корпоративе помощнице принадлежало почетное второе место по количеству съеденных закусок. А вот перепить меня она не могла, чем я временами жутко гордился. Но этот трон зашатался с неожиданной стороны. Я до сих пор не знаю, сколько Аделита выпила в баре.
Пригласить ее, что ли, на чашечку бренди после успешной сделки? Отметим, вспомним былое… ну, или помянем перспективы и лидерство на рынке.
Но как бы ни интересовала меня куколка, Шушанны очень не хватало. Она и проблемы решала быстрее, чем они появлялись, и не была похожа на застенчивого олененка, которого хочется не то защищать, не то нападать. Защищать Шушанну не хотелось, а защищаться от нее иногда – очень даже.
– До обеда ты мне больше не нужна.
Что? Это сказал я? Как это не нужна, а кто кофе будет приносить? А на кого я буду орать, когда начну нервничать? Ведь явно же Истон что–то задумал. Братец умеет из любого рядового события устраивать шоу, к тому же его муравьи встретились нам не просто так.
Куколка сначала, кажется, даже оскорбилась, но потом на ее губах мелькнула мечтательная улыбка и Аделита, мигом закончив завтрак, испарилась, оставив после себя лишь шлейф ненавязчивых свежих духов.
Я допил кофе, подумал немного и заказал еще десерт. Перед важным мероприятием следовало подкрепиться получше. Даже странно, что тут нет нигде Истона. Обычно если он нервничает, то жрет больше, чем я. А, значит, засранец не нервничает, а уверен в своей победе.
Мысль об этом испортила настроение, и десерт я доедал без удовольствия. Да и время поджимало. Когда пришел в зал, он был уже полон конкурентов. Но меня они не волновали. Мелкие фирмочки слетались на такие мероприятия в надежде завести новые знакомства, а не получить заказ. Настоящая борьба сегодня тут будет происходить между мной и Истоном.
Брата я заметил в дальнем конце зала. Он стоял, привалившись плечом к стене и, что примечательно, при нем не было его верной помощницы. Это настораживало. Она–то не уехала на похороны дядюшки. Или он еще не умер, а просто плох? Я уже и не помнил причину незапланированного отпуска Шушанны. Какие бы проблемы у нее не возникли, приедет, все равно прибью. А может, и уволю. Хотя нет, увольнять Шушанну себе дороже. Слишком многое на ней. Новенькая если и приобретет бульдожью хватку, то не сейчас, а еще вероятнее, раньше, чем это случится, я затащу ее в постель и потом уволю. Потому что спать с подчиненными – табу.
Раньше я думал, что держать в офисе животных – тоже, но, к собственному неудовольствию, проявил слабость, ошалев от того, что девица из бара оказалась новой ассистенткой, и второй день не знаю, как запретить ей таскать везде лишайную шиншиллу.
Первые полчаса демонстраций я зевал, потом отдувался сам, с удовольствием ловя заинтересованные взгляды. Все же мы с Шушанной постарались, и презентация получилась яркой, наглядной и познавательной, как и любят феи.
– Наша главная задача – не только сохранить уникальный магический продукт, но и доставить его к покупателю. Черви компании «Бла–бла–бла Маг» подарят вам возможность продавать амброзию не только Магополису и Дракобургу, но и Вьюжску, Барханингу, Тропигбергу, Воднинску и другим труднодоступным городам. У меня все, спасибо.
А после на сцену выехала Дарина Клейн. Точнее, сама она вышла, но вывезла перед собой нечто громоздкое, покрытое блестящей тканью, и у меня в душе зашевелились сомнения. Уже одна эта чертова блестящая ткань заставила фейскую делегацию привстать. Я и забыл, насколько эти крылатые падки на блестючки, а вот Истон помнил, как и то, что феи – вечные дети. Им нужно не просто интересно, увлекательно и по привлекательным ценам, но еще и наглядно.
Дикий предок драконов, мне даже самому стало интересно, что там скрывается за покрывалом! Хотя какая разница? Судя по заинтересованным лицам – там скрывается мой провал. Дарина сияла, Истон хитро улыбался с другого конца зала, а мне захотелось есть и убивать. Не ушел я отсюда по одной причине – должен был увидеть их презентацию, проанализировать, учесть ошибки на будущее и никого при этом не сожрать и не убить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В ожидании торжественного момента все замерли, стихли голоса, даже крылышки фей не шелестели, когда Дарина театральным жестом скинула покрывало, явив миру… а собственно, что она явила миру? Не понял, суда по всему, не только я.
По помещению разнёсся разочарованный вздох. Дарина даже не побледнела, а позеленела. Где–то в глубине зала злобно хрюкнул Истон, а я ржал и не мог остановиться. Наверное, эта композиция должна была изображать грузового муравья и схему крепления к нему бочек с амброзией, но сейчас перед всеми предстала картина «Остатки завтрака бобра». Или все же, вернее, одной маленькой, злобной, но очень прожорливой шиншиллы. Филигранно подъеденные лапки подогнулись именно в тот момент, когда напряжение в зале достигло предела, и макет для презентации брата уныло завалился набок, понурив изрядно погрызенную голову. Ни тебе эстетизма, ни красоты, только щепочки. Муравьиные перевозки сдохли – да здравствуют грузовые черви!
– Я бы не доверял контракт фирме, у которой даже деревянные муравьи разваливаются на ходу. Кто знает, что произойдет с настоящими? – не удержался я.
Истон, кажется, готов был устроить позорный драконо–петушиный бой прямо здесь.
Контракт в моем кармане, и Истон, похоже, тоже это понимал. Он даже не стал слушать презентацию, просто развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью. А я решил все же насладиться попытками его помощницы сохранить лицо. Она правда старалась, но на фоне унылого пожранного врагами трупа деревянного муравья, все было бесполезно.
Не знаю, что делать со своей и.о помощницы, но ее шиншилле однозначно полагается премия.
Аделита
Я бродила туда–сюда по комнате, теребила в руках шарф, а еще сгрызла все ногти и перешла на Шушаннины яблоки. С последним решительно нельзя было мириться.
– Что ты нервничаешь?! – возмутилась Шуша. – Мельтешишь туда–сюда, у меня из–за тебя голова кружится и тошнит!
– Это потому что ты половину пакета яблок сожрала.
– Ой, можно подумать. Жалко маленькому мышонку лакомства. Черствая ты женщина, Аделита Монро, и зачем я тебя наняла?!
– Как у тебя все удобно, когда надо выпендриться, ты белка, а когда прибедниться – мышонок.
– Да, я многогранна и непроста, – пафосно задрала нос Шушанна.
– Ага, а еще как приедем, надо будет тебя проглистогонить.
Бедная шиншилла от неожиданности уронила кусок яблока и шустро рванула за ним под стул.
– Чего ты вообще паникуешь так, словно «Бла–бла–бла Маг» – твое любимое детище и дело всей жизни? Не получит контракт – ну и фиг с ним.
– Ага, не получит контракт, придет в бешенство – и мы с тобой окажемся на улице. Будем зарабатывать деньги, демонстрируя народу чудо чудесное: говорящую шиншиллу!
– Зря ты так, – Шушанна нашла яблочко, тщательно его отряхнула и сунула в пасть, – шеф, конечно, любит срываться на подчиненных, но он никогда не увольняет за провалы с контрактами, потому что совершенно справедливо считает их своими. Если ты увольняешь помощницу за то, что продул конкурентам, увольняй и себя, помощница – персонал наемный, а ты владелец, ты больше всех заинтересован. Это не касается откровенных косяков, конечно. Но увольнение нам не грозит.
– А обратный перелет в компании злющего, как чугунный утюг, дракона?
– Это да. Еще и голодного… Но у нас хорошее предложение. И хороший демонстрационный макет. Шансы провалиться… близки к нулю.
– А если у его брата предложение и макет лучше?
– Ну… – у Шуши вдруг как–то странно забегали глазки–бусинки. – Не лучше. Не ссы.
– Почему это? – тут же насторожилась я.
