обесчестил. Маг так старался, чуть грыжу не заработал от натуги. Совсем меня затрахал, скотина.
– Ну, что за выражения, Нефела? – возмутился Мюрр. – Ты все-таки аристократка, не забывай.
– А ты лицемер, ханжа и притворщик, – фыркнула Нефела. – Не бойся, при отце и всех остальных я просто паинька. Само совершенство в смысле светских манер, могу хоть уроки давать. Но с тобой я не считаю нужным притворяться. Впрочем, если ты настаиваешь… – Она приняла величественную позу, придала лицу слащаво-надменное – «светское» – выражение и жеманным тоном произнесла: – Итак, виконт, если вам угодно послушать, как маг…
– Нефела, перестань! – взмолился Мюрр.
– Тогда прекрати читать мне нотации, – отрезала она, помолчала, вздохнула и дотронулась ладонью до его щеки. – Это наша последняя встреча, а мы лаемся, как цепные собаки.
Мюрр едва переборол желание поцеловать ее, кашлянул и спросил:
– Так чем закончилось дело с магом?
– Все в порядке. Он ничего не добился. Твои советы помогли обмануть его. – Нефела улыбнулась. – Знаешь, он едва не заболел от расстройства, когда понял, что не может справиться с пятнадцатилетней девчонкой, у которой к тому же нет ни малейших магических способностей. Мне его даже стало жаль, честное слово.
– М-да…
Воцарилась пауза.
– Мне пора идти, – заговорила Нефела. – Прощай, Мюрр. Я рада, что моим первым мужчиной стал именно ты.
Он сделал шаг к ней, едва не брякнув: «Так может, мы еще встретимся?»
Но она остановила его взглядом и словами:
– Не забывай о клятве, ладно? Я поверила тебе, так не заставляй же меня сожалеть об этом.
32
Два месяца спустя
4500 год 12 юты по летоисчислению Высших,
Мир Ксантины, королевство Саария,
затерянный хутор в лесу
Стояло начало лета. Деревья не так давно обзавелись листвой. Цвело все, что только может цвести. Певчие птицы осторожно пробовали первые ноты, готовясь покорять мир своим искусством. Не певчие распушали перья и присматривали себе пары. Отощавшие после зимы хищники бодро рыскали по лесу в поисках добычи, намереваясь как можно скорее нарастить подкожный жирок.
Был один из тех редких дней, когда Мюрр сумел вырваться от дворцовых интриг к себе на хутор.
За прошедшее время он прочно обосновался при герцоге Страйском – стал его ближайшим другом и советником.
Герцог с энтузиазмом согласился участвовать в восстании сначала против короля, а потом и против Богов. Всю организационную часть, естественно, пришлось взять на себя Мюрру. С помощью Риксола он интриговал, подкупал нужных людей и устранял ненужных, вербовал сторонников и решал еще тысячи разных проблем.
И вот, наконец, основная подготовительная работа закончилась. Осталось доделать кое-какие мелочи и назначить день дворцового переворота.
Мюрр решил устроить себе небольшую передышку, предупредил герцога, что ему необходимо съездить на пару дней в провинцию, а сам в обличие Пола Чесмана вернулся на свой хутор.
Он встал с утра пораньше, чтобы сходить в лес – якобы на охоту, а на самом деле просто желая отдохнуть душой от раздражающей суеты.
Мюрр знал и любил лес. Приходил сюда, словно в гости к хорошим друзьям. В этом они с Темьяном были похожи.
– Да, в этом похожи, – тихонько бормотал Мюрр, пробираясь по едва различимой звериной тропе.
За последние годы у него вошло в привычку постоянно сравнивать себя с урмаком. Он успел до мелочей изучить характер Темьяна, благо это было несложно, ведь тот так и остался в банде Келвина, которая то и дело появлялась на хуторе Пола Чесмана.
Мюрр старался как можно реже общаться со вторым предтечи, помня слово, данное Творцу. Но и сообщать своему наставнику о том, что Темьян жив, не спешил.
– Я расскажу, обязательно расскажу все Творцу, но чуть позже. Всему свое время, – уговаривал себя Мюрр, обходя стороной малинник.
Ягоды еще не созрели, но какой-нибудь нетерпеливый медведь запросто мог забрести сюда. Повелитель Холода, конечно, не боялся такой встречи, но и дразнить зверя понапрасну не хотелось.
Внезапно возле ног произошло какое-то движение, словно из-под земли прямо на тропу пробивался крот. Мюрр отскочил в сторону и настороженно уставился на странное место. А земля и трава вдруг взметнулись вихрем, разлетелись в стороны, оставляя небольшую воронку, в которой лежал какой-то предмет.
Мюрр пригляделся внимательнее. Похоже на книгу, только необычную – страницы сделаны в виде глиняных табличек, схваченных с одного бока медными колечками. На верхней табличке стояла надпись: «Мюрр».
– «Скрижали пророчеств», – вслух сказал Повелитель Холода.
Сердце внезапно забилось, как кролик в силках, а потом застряло где-то в районе горла. Во рту пересохло, а ладони, напротив, стали влажными. Мюрр вытер их о штаны и опустился на землю возле книги.
В свое время Творец-Разрушитель подробно и честно рассказал своему воспитаннику, что же такое на самом деле – «Скрижали пророчеств». Поведал, что это своеобразный голос истинного Создателя, единственная возможность для того хоть как-то повлиять на события в сотворенной им Вселенной.
Носитель Жизни – истинный Создатель – в отличие от Разрушителя не имел возможности материализоваться в каком-либо конкретном теле. Создатель не просто сотворил мироздание, а по сути сам являлся им – был воздухом и землей, водой и травой, снегом и огнем. Он создал и запустил механизм жизни, но управлять им мог лишь опосредованно – через разумных существ, которым давал не приказы, а советы. Каждый, к кому через «Скрижали» обращался Создатель, сам принимал решение: послушаться или нет. Изменить такое положение вещей Носитель Жизни был не в состоянии.
…И вот теперь «Скрижали пророчеств» лежали на земле прямо перед Мюрром, а на первой странице значилось его имя.
– Создатель… Вы хотите говорить со мной? – Повелитель Холода инстинктивно отодвинулся подальше от необычной книги. – Не надо… Я уже сделал свой выбор, и теперь даже вам не удастся переубедить меня. Да, именно вы наделили меня своей искрой, подарили способность создавать и защищать Жизнь. Но так получилось, что я принял сторону Смерти и не отступлюсь. Вы же не можете не знать об этом, не правда ли?
«Я знаю, – пробежала надпись на странице. – Открой и прочитай».
– Хорошо… Но предупреждаю, я расскажу о прочитанном Твор… э… Разрушителю.
«Открой и прочитай!»
Мюрр инстинктивно задержал дыхание, словно собирался прыгнуть с обрыва в глубокий омут, и решительно перевернул страницу. Прочитал вслух:
– «Ищи ту, чье имя как облака, в глазах плещется небо, а волосы подобны золоту.
