Повисла долгая пауза. — Ваша родственница.
— Сара, — сказал Тиллинхэст.
— Да! — Женщина теперь кричала. Её голос и, возможно, дыхание создавали искажения на линии, которые звучали как ветер в деревьях. — Пожалуйста, приезжайте срочно.
— Почему вы не вызвали врача или скорую? — спросил Тиллинхэст.
— Она сказала не надо. Она сказала только позвонить вам. Она всё время спрашивала вас. Пожалуйста, приезжайте и заберите её немедленно.
Первым инстинктом Тиллинхэста было отказаться, но он знал, что это только создаст больше проблем позже. Он снова прижал руку к верхней части деревянного буфета. Какие у него были варианты? Забрать девушку, а потом что — отвезти в больницу? Привести сюда, заботиться о ней? Положить в подвал? Поправится ли она быстро? Будет ли она достаточно здорова, чтобы уехать к тому времени, когда он захочет привести свой план в действие? Другие варианты: уехать немедленно, уйти куда-то ещё, сделать так, чтобы его нельзя было найти? Тогда ему пришлось бы начинать свой план заново как-то иначе, придумывать новый способ всё осуществить. Подвал остался бы скрытым, дом бы стоял. Был большой риск, он знал, что он потеряет мужество, снова скатится в тупое бродяжничество, в котором уже провёл большую часть своей жизни. Это было бы несправедливо, это было бы нечестно. Он был на пороге того, что должно было быть сделано уже давно. Третий вариант: сжечь дом прямо сейчас. Вылить канистры на пол, зажечь спичку. Это было правильным решением. Он скажет нет. Он откажется, а затем повесит трубку и покончит с этим.
— Да, — сказал Тиллинхэст. — Да, я приеду немедленно.
• • •
Когда он прибыл в гостиницу, на фронтоне над крыльцом сидел ворон. Он каркнул, когда Тиллинхэст приблизился, и хлопнул крыльями, но не улетел. Тиллинхэст вошёл внутрь и осмотрел холл — пусто. Он поднялся по лестнице через две ступеньки и, когда достиг второй площадки на верхнем этаже, увидел женщину, которую предположил миссис Уилкокс, стоящую перед открытой дверью комнаты слева. Она повернулась и посмотрела на него. Её рука была у рта, глаза широко раскрыты за очками. Не говоря ни слова, она указала на дверной проём. Тиллинхэст прошёл мимо неё в спальню.
Девушка лежала на пороге между спальней и ванной. Пахло сырыми слоями гнили лесной подстилки. Запах был очень слабым — возможно, он доносился через открытое окно? Тиллинхэст увидел черноватые пятна, теперь высохшие, на кровати и по ковру, куда она ползла или тащилась. Он прошёл дальше в комнату, пока не смог увидеть всё её тело. Она изогнулась вокруг дверной рамы, и та вдавилась ей в талию. Она лежала лицом вниз, верхняя часть тела на плитке ванной. Голова была на коврике, который был испачкан всё теми же тёмными пятнами. Она дышала, но не двигалась.
Тиллинхэст подошёл к кровати и взял покрывало, чтобы укрыть девушку. Что-то хрустнуло у него под ногой. Он посмотрел вниз и увидел зелёный стебель растения длиной примерно с его предплечье. Срезы на обоих концах были чистыми и угловатыми, как будто сделаны острыми садовыми ножницами. Вдоль стебля были крупные шипы. Тиллинхэст поднял его и заглянул под кровать. Ещё куски колючего стебля. Аккуратно, чтобы не уколоться, он вымел их. Там было ещё кое-что. Тиллинхэст засунул руку и достал большую белую керамическую миску, наполовину полную воды. Он встал и посмотрел на миссис Уилкокс.
— Это вы сделали? — сказал он.
Она, казалось, съёжилась перед ним. — Это частное заведение, — сказала она.
Тиллинхэст поднял стебли и бросил их в мусорную корзину у подножия кровати. Он взял миску и отнёс её в ванную, вылив содержимое в раковину и оставив её на сосновой тумбе под окном. Он вернулся к кровати и взял стёганое одеяло, затем накрыл им девушку, отчасти чтобы согреть её, но в основном чтобы сохранить её скромность. На ней были чёрные хлопковые трусы. Он проверил ванную. Внутри ванны и в унитазе была тёмная жидкость. Он чувствовал её запах, и запах был знакомым — гнилостный, странно сладкий. Он спустил воду в унитазе и включил воду в ванне, чтобы смыть всё это. Затем он осторожно перевернул девушку на спину.
Её лицо было очень бледным, и она была холодна на ощупь. Дыхание было поверхностным и частым, и он видел, как её глаза двигались под закрытыми веками. Ей казалось, что её избили, подумал он, но он не мог быть уверен, что это не просто чёрная субстанция, покрывшая её лицо, особенно кожу вокруг рта. Одной рукой поддерживая её за верхнюю часть спины, а другой под колени, Тиллинхэст поднял её и вынес из комнаты.
— Соберите её вещи и отнесите вниз, — сказал он.
Миссис Уилкокс ещё не пришла в себя. Она стояла в дверях, загораживая ему путь. Она оглядела его с ног до головы. Её лицо было расслабленным, глаза широкими. Она молчала.
Тиллинхэст вынес Сару вниз и к своей машине. Когда они вышли на серый полуденный свет, она открыла глаза. Её радужки были такими тёмными, что было трудно отличить их от зрачков. Тиллинхэст покачал головой, словно отгоняя муху. Губы Сары шевельнулись, и выглядело так, будто она пытается что-то сказать. Тиллинхэст наклонил голову ближе к ней, чтобы лучше слышать. — Я опоздала, — спросила она, — или я пришла рано? — Её голос был шёпотом, полным воздуха. Её глаза закрылись снова, прежде чем он успел ответить.
Он усадил её на пассажирское сиденье и пристегнул ремень. Она всё ещё была укутана в одеяло, и он подоткнул его вокруг её плеч. Её голова свесилась набок, глаза были закрыты. Что
