послал к Пауку за баблом?
— Не юродствуй ты! — осадил его Парус и повернулся ко мне. — Паук под Давидом ходил. Ты чё, не знал?
— Доходился, на… — ударил по рулю Кутя.
В этот момент зазвонил телефон, Кутя достал его из кармана и посмотрел на экран.
— Кто там? — спросил Парус, наклоняясь к нему. — Твою мать!
Все замолчали. А тревожный и въедливый зуммер дребезжал и дребезжал, буквально сверлил мозг. На экране телефона подрагивала надпись: «Давид Георгиевич»…
ОТ АВТОРА:
* * *
1993-й. Детдом. День, когда в прошлой жизни я не успел спасти друга. У ворот нашего детдома уже стоит чёрная бэха братков. Тогда я опоздал. Теперь опоздают они.
https://author.today/reader/561320
5. Дела пацанские
Телефон звонил и звонил, а Кутя не двигался, полностью оцепенев.
— Ну чё ты, отвечать-то будешь? — спросил его Парус.
— Возьми да ответь раз такой умный, — огрызнулся тот.
— Так тебе же звонит.
— Да ты чё? — удивлённо воскликнул Кутя. — Правда? Спасибо, что разъяснил.
Он глянул через плечо в мою сторону, ощерился и нажал зелёную кнопку.
— Алло? — растерянно-преданным тоном произнёс он.
— Ты чё не отвечаешь? — недовольно воскликнул Давид.
— Как не отвечаю? Мы же разговариваем сейчас… Да, ребят?..
— Где вы находитесь? Какие ещё ребята?
— Ну это… Андрюха, то есть.
— Кто там ещё с вами⁈
— Нет никого…
— Короче, дуйте за Красновым, берите его и приезжайте все втроём в офис.
— Когда? — спросил Толян.
— Прямо сейчас! Тебе каждое слово разжёвывать надо?
— Нет, всё я понял.
— Понял он, — недовольно буркнул Давид и отключился.
В машине повисла тишина.
— Ну и чё? — наконец сказал Парус, массируя ладонью шею.
— Чё «чё»?
— Как думаешь, знает уже или нет?
— Я его пасу что ли? — рассердился Кутя.
— Думаю, не знает пока. Судя по базару…
Парус покрутил головой и сделал несколько круговых движений плечами, разминая тело.
— Он знает даже то, что мы сами ещё не знаем, — огрызнулся Толян.
— Поехали, кофейку жахнем, — предложил я спокойно. — Подумаем, обмозгуем.
— Какой нахрен, кофеёк? — воскликнул Кутя. — Погнали прямиком к Давиду.
— Ну вы же должны меня ещё найти, дозвониться, встретить, забрать. А если поедем сейчас это будет подозрительно.
— Сука, а если он знает, что мы втроём уже? — покачал головой Парус. — Не, никакого кофе. Давайте прямо сейчас решать. Нахера ты со своими «ребятами» влез⁈
— Тебя не спросил — обозлился Толян. — Нечего решать! Бабки себе оставим и точка. И ничего про них не скажем. Ни слова.
— Мы так-то за бабками вообще-то и ехали, — напомнил Парус. — Забыл зачем он нас к Пауку послал?
— Ты чё такой сложный! Зачем ехали, это одно, а что из сейфа взяли — совсем другое. И это по праву наше!
— По римскому? — хмыкнул я.
— А? — сдвинул брови Кутя.
— Значит… — призадумался Парус, — надо отдать Давиду то, что ему Паук обещал!
— Отдать? А сколько, ты знаешь? Сколько отдавать будем?
— Откуда я-то знаю?
— А он тебе что, не сказал, сколько надо бабок взять? — спросил Кутя.
— Он никогда не говорит. Там же у них всё чики-пики между собой.
— Блин… Сука…
Пока парни перебрасывались словами, я открыл тетрадь и начал листать.
— Пять лямов, пацаны, — сказал я, открыв сразу последнюю страницу.
— Ты-то откуда знаешь? — нахмурился Парус.
— А вот тут написано: «ДГ4975. 30.12. К выдаче 5млн».
— Ну-ка… Где ты это взял?
— Тетрадь паучью прихватил, — ответил я.
— Нормально, — радостно осклабился Кутя. — Щенок-то матёрый, а?
— Нихера себе, пять лямов! — возмутился Парус. — А нам тогда что останется? Хер в сумку?
— Да хорош, не кипишуй, там больше тридцати, — хохотнул Толян. — Полный сейф был. Школяр вообще тему замутил. В натуре, Бонни и Клайд. Две минуты работы, и весь год можно нихера не делать.
— Можно и дольше нихера не делать, — поддакнул Парус.
— Я вам, пацаны, скажу, что нихера неделание не от денег зависит, а от желания.
— В смысле? — удивился Парус.
— Знаешь сколько я видел тех, кто и денег не имеет, и всю жизнь ничего не делает?
Они заражали.
— Философ в натуре! И стрелок! Ворошиловский.
— Кто стрелок? — спросил я.
— Да ты, кто ж ещё? — ухмыльнулся Толян и глянул на меня в зеркало.
— Схера ли это? Разве ты видел, как я стрелял?
— Я видел два трупака, — кивнул он. — И ствол у тебя в руках тоже видел. А ещё я видел, как ты Семёна уработал.
— Не-е-ет, не я, — помотал я головой. — Это Юрик его уработал.
— Чё? — отвесил челюсть Толян.
— Стопудово Юрик, — усмехнулся я. — Они с Семёном схлестнулись из-за девчонки.
— Чё ты гонишь⁈ — воскликнул Парус и повернулся ко мне.
— Я не понял, вы моему слову пацанскому не верите?
— А?..
— Юрик схлестнулся с Семёном. Когда они бились, кто-то из них выронил ствол. А я взял. Думаю, ну нахрен, сейчас поубивают друг друга. Пусть лучше у меня побудет. И я, короче, сразу выбежал из помещения. Спрятался в пустой комнате. Стрельбу не видел только звуки слышал. Кто в кого стрелял, я вообще не знаю. Когда вышел, все уже были мёртвые.
Парни переглянулись и задумались.
— Так-то, в принципе, правдоподобно, — кивнул Парус. — А мы, Толян, вообще не при делах. Мы в это время за столом сидели. За карточным.
— Правдоподобно, — согласился Толян, — Только нахер Юрику Паука мочить?
— А мы-то чё? Мы откуда знаем? У них заднеприводных свои разборки.
— Алё! — заржал Толян. — Ты видел этого Юрика? Какой он, нахрен, заднеприводный?
— Я со свечой, конечно, не стоял, но допускаю, что Паук по себе команду подбирал специфическую.
Они захохотали.
— Херня, — махнул рукой Толян. — Не поверит, выкупит нас. Может, про школяра вообще не говорить?
— Не, — покачал я головой. — Если сказать, что меня там не было, а потом выяснится, что я
