выдал несколько гласных звуков, после чего с досадой плюнул Хелдору под ноги.
- Хорошо, что я не понял, о чем ты. Если бы мог говорить нормально, то языка ты бы лишился конкретно сейчас.
- Ыыыгы! - мрачно ответил Баркли.
- Я надеялся, что его казнят - мы потеряли по его мне много хороших, но слишком горячих парней. - с неподдельной горечью произнес командир пикинеров.
- Это было бы слишком просто — на полном серьезе сказал Варро. - Пусть сражается. Если боги решат прервать его муки совести — то пусть погибнет в бою.
- Что ж, хорошо. По крайней мере, какую-нибудь глупость он больше не сморозит.
Чувствуя испепеляющий взгляд Баркли, Хелдор отвернулся, и только для того, чтобы нос к носу столкнуться с Карви- он вышел в поле сам, да еще и взял с собой сотню парней покрепче, которые, как знал Хелдор, виртуозно владели алебардами.
- Остальные ждут у ворот — виновато сказал Карви. Против конницы остальные сражаться уж точно не обучены, да и нельзя всех сейчас в поле выводить. Но если что — остальные начеку.
- Майсфельд долго ругался? – С понимаем улыбнулся Хелдор.
- Поругается и перестанет. Мое место тут, рядом с тобой.
-Спасибо, Лейтенант, я рад тебя здесь видеть. Стройтесь к ополчению поближе, если они смогут прорваться, то с вами им дело и иметь.
- Будь-сделано — быстро согласился Карви. - Так понимаю, главное удержать первый натиск, а там...
- Мы смогли тут кой-как закрепиться — показал рукой Хелдор — так что строй бойцов, скоро начнется.
В нескольких сотнях шагов от них строились гусары — и не они одни. Было множество всадников в разноцветных пестрых накидках или без оных — отряд рыцарей и оруженосцев тоже желал поквитаться с мужичьем, нанесшим им обидное поражение у ложного брода.
Больше двух сотен гусар, больше или столько же их слуг, а рыцарей с оруженосцами было под пять сотен — если, конечно, в поле вышли все. Все равно что пытаться остановить снежную лавину или штормовую волну, но уходить теперь поздно.
Халдык отвлек Хелдора от размышлений, с грохотом перекатив камень на пару шагов — так, как ему казалось, будет лучше. Утерев пот с лица, он поднял с земли шлем, посмотрев вдаль.
- Много их.
- В самый раз — упрямо ответил Хелдор.
Халдык зацепил за ремешок шлем так, чтобы он висел на поясе.
- Я подсоблю – оставив шлем на месте, он взялся за бубен и искусно выделанную костяную палочку.
- А успеешь?
Халдык внимательно осмотрел кисточку из беличьего хвоста, которая свисала с бубна. После потер ее, перебирая подшерсток, словно там содержался ответ.
- Успею — кивнул он, удовлетворенный осмотром. Говори с людьми, заставь их думать, как ты - это важно — бросил он через плечо, ища подходящую площадку для обряда.
- Что говорить?
- Слушай... - добавил он, уходя.
- Что слушай?
- Бубен слушай.
В рядах противника выдалась, судя по всему, заминка, наверняка дворяне устроили очередную свару, споря, кому как атаковать, и кто из них имеет больше прав командовать. Гусары, стоя о тридцати в ряд строго по центру, терпеливо ждали.
Халдык, расставив пошире ноги и глубоко вздохнул, ударив в бубен. Тихий звук разнесся по округе. Затем он ударил еще и еще. Занеся палочку, он замер, прислушиваясь, после чего, что-то решив для себя, повернул инструмент горизонтально и стал мелко-мелко им трясти, крутясь на месте. Вырезанные из косточек фигурки застучали, словно на ветру, хотя сейчас был полный штиль. Мелкая костяная дробь резко прекратилась и он, размахнувшись, ударил о край бубна. Хелдор вздрогнул от этого удара, словно он отдался у него в сердце.
Халдык, мельком глянув на командира, ударил еще раз, теперь уже задержав на нем взгляд, словно настраиваясь на него. Орк кивнул капитану, после чего, закрыв глаза, всецело отдался ритму.
Сердцебиение Хелдора участилось и усилилось, разгоняя кровь по жилам. Сознание прояснилось, в голове всплывали неясные образы, которые стали чуть отчетливей.
Начинается охота.
- Бойцы, в три шеренги становись! Эльфы на фланг, бей по готовности, арбалетчики по команде Ядвиги.
Строй ожил, расширяя фронт, дружинники строились, подбадривая и похлопывая по плечам стушевавшихся было ополченцев. Заскрипели взводимые арбалеты.
Цепью, цепью, никто не должен пройти мимо нас.
Воины замерли, ожидая приказа, Халдык набирал темп, пританцовывая на месте.
Вместе, все вместе.
- Первый ряд — на колено! Второй ряд, от бедра, третий ряд — от плеча! - Выполнять!
Никогда еще строй не выглядел столь монолитно и угрожающе. Всадники у переднего края лагеря пошли шагом, принимая вызов.
Клювы, клыки и когти... клювы, клыки и когти... Неведомые звери несутся во весь опор.
В груди стало больно и холодно, Хелдор съежился, показалось на миг, что сердце остановилось, после чего, гулко ухнув, заходило ходуном так, будто ребра бились о сталь его кирасы.
Рычание, свист и клекот, твари рядом. Покажи, покажи свой оскал. Встреть их, останови их.
Что-то странное показалось Хелдору в вязи движений орка — и озарение снизошло на него. Он стучал по бубну в такт его сердцебиению. В груди разгоралась ярость, требующая выхода!
Хелдора словно бросило в пучину воспоминаний – приглушился скрип металла, потускнел его блеск… Он снова был дикарем. Шея и руки были украшены татуировками, что ныли и зудели, напоминая о себе, ветер холодил обнаженную, покрытую одной лишь синей глиной кожу. В руках у него было костяная дубина. Рядом с ним - такие же, дикие, косматые, свирепые… Все так, как было в начале времен. Звери чувствовали – человек набирает силу. Умеет вырезать и тесать, умеет приручить огонь… Идут убивать.
