помогая ей встать. В этот момент на помощь гусарам подоспели наемники, и вся торговая площадь в мгновение ока заполнилась яркими, кричащими одеждами, так, словно на площади, как в мирные времена, начался праздник.
Сопротивление было сломлено. Доспехи продлили жизнь Хелдора, но лишь для того, чтобы он, сотрясаясь в рыданиях, ползал на коленях по опустевшей площади, закрывая глаза тем, кто сражался рядом с ним до конца...
Хелдор вырвался из кошмара, вдруг снизошедшего на него. Растерянность сменилась решимостью, глаза, словно пытаясь удержать в нем клокочущую ярость, сдвинулись в две узкие щелки.
Пикинеры уже перестраивались, готовясь так же, колонной вернуться в город.
Перед глазами снова встала разгромленная рыночная площадь, залитая остывающими лужами крови....
- СТОЯ-ЯЯЯЯЯЯТЬ! СТОЯЯЯЯЯТЬ!!!! РАЗВЕРНУТЬ СТРОЙ! - закричал он с таким диким надрывом, который от него никто еще не слышал. Проходящему мимо Клаттеру он это, как вышло, прокричал прямо в ухо, и тот, испуганный, присел на корточки, сжимая голову руками.
- Командир? - почти хором обратились к нему вопросом сотники, оказывавшиеся тут как тут. Вид у них был озабоченный.
- Мы... Ммыы... - Капитан все еще не мог прийти в себя, а горло от такого резкого вопля саднило. - Мы должны встретить гусар сейчас... Иначе.
- Иначе? - стараясь помочь Хелдору не потерять нить повествования, уточнил Халдык.
- Иначе нас ждет смерть... Да, с запозданием, но смерть.
Бойцы прекратили перестроение, возбужденно гомоня. Конница уже въезжала в ворота, везя с собой раненых и павших. Собираясь с силами, Хелдор стянул с головы шлем, осматриваясь вокруг. Бойцы, сжимая в руках оружие, были готовы выслушать своего командира.
- Вы все видели, как гусары старательно избегают открытого боя, стараясь наносить быстрые, точные и болезненные удары. Сегодня они решили, что быстро отправят нас в историю — да не на тех напоролись. Их бойцы не бессмертны – и сейчас их богато украшенные доспехи не спасли их, а перья хищных птиц, гордо реявшие на ветру, втоптаны в грязь и кровь. И если мы воспользуемся шансом и не покинем сейчас поле битвы – мы сломим их. А если нет — помяните мое слово -эта угроза не пропадет втуне, более полутора сотен лучших имперских всадников будут кружить над нами, словно хищные птицы — и в конце концов ударят тогда, когда это нужно им — когда мы будем изранены, обессилены, сломлены смертями своих товарищей!
Воцарилось молчание. Лишь едва слышно позвякивал металл и скрипели ремешки.
- Где мой рог? Пора подать сигнал, кому следует! Пик много не бывает!
- Вот, ваше благородие — Мишель, алебардист, чуть прихрамывая, подошел ближе и протянул рог, чуть запорошенный ледяной водой пополам с ледяной крошкой. Наверное, ремешок лопнул, слетел с перевязи.
- А выйдут ли они? - с сомнением спросил Жастин — не у каждого есть яйц... кхм … не у всех достанет храбрости — вот так вот, выйти в поле.
- Варро мне обещал, что если я обучу пикинеров, то я смогу на них рассчитывать. Время пришло.
Хелдор подал в сторону города условленный сигнал, дважды коротко и резко подав сигнал.
Ответа не было. Забыв о перестраивающихся в лагере противниках, все смотрели на стены. Прошла лишь минута, но Хелдору они изрядно подпортили нервы — сжатая добела рука была готова, пожалуй, сплющить у сигнального рожка медный мундштук.
Наконец, решетка вновь поднялась, оттуда выдвинулась колонна пикинеров — впереди них угадывалась мощная фигура Варро. Рядом с ним шел капеллан, подбадривая бойцов.
В ответ пропел рог Арн-Дейла — с надвратной башни за ними наблюдал Майсфельд.
- Отряд! Стройся! Выдвигаемся к камнеметам, шагом, марш!
- Вперед! Принимаем бой!!! -вторили ему.
- Не спать! Шире шаг! Шире шаг!
Хелдор, чуть замедлившись, подобрал с земли гусарскую хорувгь. Он развернул сложенное вдвое полотнище. На зеленом фоне был изображен Верховный Отец. На бога-покровителя воинов он похож не был — это был белобородый старец с аскетичными чертами лица — смотрел он строго, испытующе. Хелдор ощутил от чего-то в душе странный укол ревности — какой-то необъяснимый, поднимающийся из самых глубин подсознания. Причину он нашел довольно быстро, и на его лица на мгновение отпечаталась злая ухмылка.
- Да пожалеют те враги, что ищут защиты у тебя, старик. – после этого он нашел в выстраивающихся порядках Одо и, многозначительно хмыкнув, протянул ему трофейное полотнище.
Наконец они приблизились к еще теплым головешкам, оставшихся от камнеметов, куски металла лежали тут и там, а камни, приготовленные для обстрела, были довольно массивными, чтобы...
- У гусар есть их слуги… И есть дворянская конница. На этот хлам гусары могут не полезть, но нам стоит прикрыть фланги… Чем есть. – предложил Ивви
Хелдор посмотрел вдаль, поднеся ладонь ко лбу. - их пока не видно, готовятся. Время есть. - Приготовить укрепления! Балки кладем крест-накрест, живо, живо!
Обугленные рамы и поперечины рубили топорами и алебардами, укладывая между нагретыми жаром валунами. Получалось просто, примитивно — но должно было сработать.
Ополченцев вышло за ворота довольно много. Варро, помахав рукой в латной перчатке арбалетчикам из береговой охраны, коротко кивнул Хелдору, указывая на приведенных с собой бойцов. Лицо у него было довольно мрачным, и он, помявшись, все же решил перекинуться парой слов:
- Я сделал то, что обещал, но я надеюсь, ты знаешь, что делаешь...
- Вместе мы справимся, Варро, больше некому. Любую другую пехоту они раскатают - а вот нам судьба остановить их сегодня.
Начальник ополчения улыбнулся:
- Мне нравится твоя уверенность, и она тут же передается мне. Я знаю... Ты видишь больше, чем дано обычным людям. Мои люди в твоем распоряжении.
- Хорошо, Варро. Пришли мне своих сотников, я скажу им, что от них требуется.
На слово «сотник» один из бойцов рядом с Варро вздохнул. Лицо его выглядело изуродованным, были видны швы на щеке. Баркли.
- О! - Не удержался Хелдор. Да это у нас тот самый герой левого фланга, не так ли?
Пикинер открыл рот, зло
