гусары, но они шли пешком и только пятеро. Хелдор, окликнув нескольких незанятых бойцов, выдвинулся навстречу.
Две группы бойцов смотрели друг на друга - арн-дейлцы — с некоторой долей презрения, а гусары — с испугом и недоумением от всего, что произошло этим утром.
Старый гусар с длинными седыми усами взял слово:
- Мы пришли... За павшими... Ой.... - наемник посмотрел вдаль, за спину Хелдора. Тот встал боком, ожидая какой-то уловки, но там была всего лишь полная идиллии: Халдык срезал самые мясистые части коня, закидывая их расстеленный обрывок шкуры, что-то рассказывая про то, какую колбасу они скоро все попробуют. Трубадур в это время разводил костер из всего, что нашел на поле брани, а Мишель, склонившись над орком и опершись на пику, внимательно наблюдал за процессом разделки, предлагая «не страдать ерундой, а просто пожрать свежей конины»
- Что — ой?
-Кони... Это лучшие... - гусар растерялся — лучшие скакуны... вы... они столько стоили... столько лет тренировок... а вы... а вы их. – Для них, кажется, съесть боевого коня считалось святотатством.
- Ну не пропадать же добру — пожал плечами Хелдор.
- Хкхм... - не найдя чего сказать, выдал бывалый наемник. Его, кажется, подташнивало.
- Так зачем вы пришли? -Напомнил Хелдор.
- Мы... Нам нужно забрать тела своих павших товарищей.
- А... Ну... Не понял сути проблемы капитан пикинеров — мы их туточки рядком сложим, как трофейная команда закончит, и забирайте. Мы ж не звери какие. Каждый должен вознестись в огне.
- Нет... Нет... Не так... снаряжение погибших должно возвращать семье погибшего, в качестве ком... кон... компенсации!
- Компенсации? - глаза Хелдора потемнели — вы платили компенсацию кому-то на этой войне? Женщинам и детям, которых вы убили? А сейчас? Истреби вы нас всех, подумали бы о том, что делать тем, кто остался за городскими стенами? Да вы бы через пару дней просто убили бы их, и дело с концом.
- Мы... Но.. Кодекс.
- Слушай сюда. Война тут, имперские вы крысы, не высокооплачиваемое ремесло с.… компенсациями. Мы здесь деремся только для того, чтобы вы и ваши наниматели убрались прочь. Тебе повезло, что ты пришел сюда с белым флагом, иначе бы твои сапоги уже носил бы тот паренек — Хелдор указал рукой куда-то в сторону. - а то у него прохудились. Поэтому если не хочешь этого, засунь свой наемничий кодекс в задницу и уходи по добру-поздорову, пока мои бойцы не убедили меня в обратном.
- Но это не непреложный закон войны… - Что-то неуверенно воскликнул молодой гусар, стоявший рядом с усатым.
- Ну на вот тебе, дровишек погреться – гневно рявкнул Хелдор, поднимая с земли обломок массивной кавалерийской пики – забирай – с этими словами он кинул в говорившего деревяшкой.
Не сказав ни единого слова, парламентеры удалились, испуганно озираясь. Хелдор долго смотрел им вслед, после чего зло сплюнул развернулся к кострам, на которых жарилась конина. По своей привычке он пошел в бой на пустой желудок.
В наступающих сумерках сводный отряд храбрецов в полном составе отступил в город. Каждого из них, само собой, освободили от дозоров, караулов, равно как и прочих повинностей. На командиров это, конечно же, не распространялось — вечером Хелдор, позаботившись и о погибших, и о раненых, отправился к Майсфельду с докладом. На душе было неспокойно — он мог его и поблагодарить, и отчитать за самонадеянность.
Когда он, кивнув часовым, зашел в приемную, там кроме Майсфельда с Лексом был и Карви — что не могло не радовать, ведь шанс получить при нем нагоняй резко уменьшался.
Тем не менее, маркграф выглядел не просто спокойным — он улыбался:
- Хелдор! Заходи скорее.
Командир пикинеров аккуратно сел на краешек скамьи.
- Ах, я знаю, о чем ты думаешь... Прозвучит глупо, но я, хоть и был обеспокоен, всегда верил в тебя. Ты... это, наверное, раньше считалось невозможным. Кавалерия противника, которая могла навредить нам в решающий момент, сократилась почти вполовину, насколько могу я судить, а уцелевшие наверняка не горят желанием воевать дальше. Смелое решение, что ни говори.
- Мне открылось, как раньше бывало… То, что может произойти, если оставить все, как есть. Такое со мной уже… В третий раз.
- Что ты видел?
- Это… Это был буквально кошмар. Гусары неслись по горящему городу.
- Неприятно – хмыкнул казначей, которого Хелдор только что заметил возле сундука.
- Ваш храбрый поступок - Начал маркграф - несколько склонил весы в нашу пользу. Наемники, особенно пострадавшие в боях, начали уходить за реку. Будем надеяться, что крупные отряды поступят также.
- Припасов у нас много, скорее всего они голодать начнут намного раньше нас- посему мы может немного потянуть время- осторожно предложил казначей. Часть может быть отправлена фуражироваться, что еще сильнее ослабит их.
- По-моему, мы одной конины сегодня припасли на неделю — Халдык бесцеремонно вошел в залу, занимая место возле Хелодора.
Граф смог лишь улыбнуться:
- Людям прибавилось работы, теперь это мясо было бы неплохо сохранить... Но помните, что за припасами они пойдут к нашим людям, от которых мы теперь отделены осадой.
- Предлагаете…. Ударить? – Осторожно спросил Карви. У нас есть свои драккары на плаву, да и те, что торчат у берега, тоже можно привести в порядок… -Окрыленный сегодняшним успехом лейтенант, кажется, уже набросал у себя в голове новый дерзкий план.
- Не думаю — покачал головой маркграф. – посылать на таких новобранцев я не стану, а обученных воинов терять в вылазках я тоже не желаю. Лучше заняться баррикадами на улицах, ремонтом осадных машин. Кузнецам тоже бы понадобились свободные руки.
- Принято — без особого энтузиазма признал Карви.
-Ожидание для противника более опасно, чем для нас — посчитал нужным пояснить Маркграф — скоро морозы будут постоянными. У нас есть какой-никакой запас топлива, провианта нам хватит до весны. Воины Свена и Теодорика этим похвастаться не смогут. Поэтому - будем готовиться — думаю не далее, чем через несколько дней они ударят вновь. Будем наблюдать.
Пара дней затишья – осаждающие зашли в тупик. Машины были разрушены,
