— Как быстро они готовят погребальный костёр, — сказала Адель внешне спокойно, но сердце её трепетало от ужаса.
— Голод подогревает их религиозный пыл, — невесело пошутил Иван. — Пожалуй, еда — самый сильный стимул к вере.
— Что же нам делать?
Иван попробовал как-нибудь выкрутиться из верёвок, но без толку. Ни сам освободиться, ни освободить девушку он не смог, лишь потерял силы. Им оставалось лежать на земле и ждать конца.
Между тем людоеды стали подкладывать охапки хвороста под брюхо крокодилольва.
— Не используют ли они это страшилище вместо печи? — предположил Иван.
— Вон ведут Милку! — воскликнула Адель.
Бедное животное упиралось, но его толкали и тащили восемь человек, поэтому лошадь неуклонно приближалась к каменному чудовищу.
— Что-то я не понял, — сказал Иван, — что они собираются сделать?
Из леса выкатили длинную широкую лестницу, установленную на площадке и прочно подпёртую вертикальными жердями. Лошадь связали и по ступеням втянули наверх прямо в разинутую крокодилью пасть. И все эти действия сопровождались громкими выкриками и вздеванием рук оставшихся на земле людей. Когда животное исчезло в пасти, людоеды упали на колени и трижды поклонились.
— Бедная Милка, — прошептала девушка.
Иван ничего не ответил.
— Адель, — помолчав, обратился он к ней. — Надейся до последнего на избавление, хотя и кажется, что помочь нам некому. Уж сколько раз мы выпутывались из очень опасных положений, причём нам казалось, что выхода нет. Сейчас за нами придут, но ты не умирай от страха заранее, ведь, пока не придёт смерть, всё ещё может измениться. И вообще смерть не так страшна, как приготовления к ней.
— Я надеюсь на лучшее, Иван, — ответила девушка, хотя ни на что уже не надеялась.
Адель поняла, что погибнет в пасти чудовища, и ничто её уже не спасёт. У неё было кольцо колдуна Жана, до которого она не могла и не хотела дотянуться. Спастись может только она, а Иван всё равно погибнет, и Франк навсегда останется у колдуньи Маргариты. Его тело будет в их мире, а душа — в этом, так что для всех, его знавших, он будет сумасшедшим. Как же ей жить после всего этого? Пусть она погибнет сейчас, чем жить с мыслью о предательстве.
— Не бойся, Адель, идут за нами, — предупредил Иван.
— Я не боюсь, — откликнулась Адель, зубы которой выбивали дробь.
Уже темнело, и при последних лучах солнца совершавшееся с ними казалось девушке ещё трагичнее.
Их подняли на руки, понесли к лестнице, втащили в каменную пасть и положили возле связанной лошади на ровную плоскость, испачканную жирной сажей. Проделав над ними ритуальные жесты, людоеды спустились вниз и отвезли площадку с лестницей в сторону.
— Милка, ты жива? — спросил Иван.
— Жива, — печально ответила лошадь. — Сейчас нас убьют.
Адель резанула мысль, что их не убьют, а изжарят живыми, недаром было принесено столько хвороста. Умирать на костре! Даже ведьм лишь сжигали, а их троих изжарят и съедят. Тут не поможет и пример Жанны д'Арк. Пламя не охватит их, иначе они сгорят без пользы для людоедов, а будет нагревать камень, и они погибнут медленной, мучительной смертью.
— А ведь мне было обещано, что я месяц не буду работать, — вспомнила Милка. — И никто не узнает, что со мной произошло. Хозяин решит, что меня задрали волки.
— Плохо, что нельзя предупредить сельчан, какая опасность здесь таится, — проговорил Иван. — Они знают лишь, что лес опасен и люди в нём пропадают, а правды не подозревают. Собраться бы всем миром да уничтожить этих изуверов.
Им ничего не было видно со своих мест, их окружала темнота, но они слышали внизу ритмичные выкрики многих голосов, удары в бубны или барабаны и даже дикое пение. Потом всё смолкло, далеко внизу раздалось потрескивание, и на каменной стене над головой путешественников заалели отблески пламени. Потянуло дымом и горячим воздухом. Постепенно камень под ними стал нагреваться, и Милка издала жалобное ржание. Внизу послышались крики.
— Там что-то происходит, — проговорил Иван, напряжённо прислушиваясь.
Между тем, лежать на нагретом камне стало уже мучительно. Иван безмолвствовал, Адель заставляла себя молча терпеть пытку огнём, а лошадь жалобно кричала и билась.
— Наверное, надо попрощаться, — сказала Адель, стараясь говорить спокойно.
Ей очень хотелось принять смерть достойно, однако шутить, как это делали герои многих книг, у неё не было сил.
— Ещё рано, — остановил её Иван.
Он подкатился поближе к краю площадки, на которой лежал, и закричал:
— Эй там, внизу! Потушите огонь! Залейте его водой или забросайте землёй! Подкатите лестницу к пасти чудовища!..
Он кричал, а Адель не верила в спасение. Не верила, пока не услышала приближающийся скрип колёс. К ним явно придвинули лестницу. Девушка ожидала, что сейчас появятся люди, но в отверстии показались громадные муравьи. Один из них подхватил Адель, другой — Ивана, спустили их по лестнице на землю и вновь поднялись наверх. Тем временем третий муравей подтащил лошадь поближе к выходу и, когда подоспели товарищи, помог им спустить её вниз. Мгновенно верёвки были перекушены мощными челюстями, и жертвы получили свободу.
— Хорошо, что успел, — порадовался Красавчик, бурно приветствуя и Ивана, и Адель, и Милку.
— Это ты привёл помощь? — спросил молодой человек.
— Я сразу понял, что самим нам не справиться, и убежал. Думал звать людей из села, но встретил трёх муравьёв. Они согласились помочь.
— Люди бы не успели нас спасти, — сказала Адель. — Село слишком далеко. Спасибо вам, муравьи.
Муравьи скромно молчали, покачивая головами.
— Видели бы вы, как они набросились на этих богоотступников! — с восхищением вспоминал волк. — Те попытались было защищаться, но где им устоять против муравьёв! Вмиг разбежались. А вас мы нашли только по воплям Милки. Разве догадаешься, что вы на такой вышине? А тут ещё Иван крикнул, что делать. Муравьи сразу же притащили лестницу. Мы ведь можем поделиться с ними сахаром? Я пообещал сахар за ваше освобождение.
— Конечно! — Адель обрадовалась, что может хоть такой малостью выразить свою признательность спасителям.
— Мой сахар? — спросила Милка.
— Укушу! — рыкнул на неё волк.
— Где же нам найти наши мешки? — растерялась девушка.
— Это я быстро устрою, — пообещал Красавчик и принялся бегать по поляне кругами, принюхиваясь.
— Нашёл! — крикнул он. — Идите сюда!
Адель собиралась выгрести из мешка весь сахар, но Иван её остановил и сам принялся осторожно выкладывать часть сахара. Когда набралась порядочная куча, он увязал его в платок и отдал муравьям. Членистые конечности жадно схватили подарок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
