империи. Это слишком интригующая новость, чтобы просто проигнорировать.
— Выходит, только любопытство? — я приподнял бровь. — Никаких личных мотивов?
Её глаза загадочно блеснули.
— А что, если и так?
Я хотел ответить, но заметил фигуру, входящую в зал. Варвара. В тёмно-зелёном платье, подчёркивающем цвет её глаз, с волосами, уложенными в сложную, но элегантную причёску, она выглядела сногсшибательно. И абсолютно неуместно среди придворных павлинов.
Карина проследила за моим взглядом.
— О, так вот где оставлено ваше сердце, Ваше Высочество, — в её голосе я различил то ли вызов, то ли язвительную усмешку. — Должна признать, она красива. Кто она?
— Варвара Марковна Чернова, — я не видел смысла скрывать. — Талантливый артефактор и… очень важный для меня человек.
— Понимаю, — Карина кивнула. — Что ж, я не намерена становиться между вами, во всяком случае, если найду ее достойной. Но, надеюсь, мы всё же сможем быть друзьями? Я всё ещё ценю наше прошлое сотрудничество. Было весело.
Ну да, дворцовый переворот в понимании моей знакомой — это очень веселое занятие.
— Разумеется, — я улыбнулся с облегчением. — И я уверен, Варвара будет рада познакомиться с тобой.
Словно услышав своё имя, Варвара повернула голову в нашу сторону. Я едва заметно кивнул ей, приглашая подойти.
Когда она приблизилась, я представил их друг другу:
— Варвара Чернова, необычайно талантливый артефактор Российской Империи. Её Высочество Карина Лещинская, сестра императрицы Польской.
— Наслышана о ваших талантах, госпожа Чернова, — Карина на удивление тепло улыбнулась. — Максим рассказывал о ваших невероятных изобретениях ещё во время нашей первой встречи.
— Благодарю, Ваше Высочество, — Варвара сдержанно поклонилась. — Надеюсь, мои скромные творения оправдывают его похвалы.
Между ними сразу возникло едва уловимое напряжение, хоть они и старались быть вежливыми. Две сильные женщины, каждая из которых была исключительна по-своему: Карина — с её магическим даром и горячей кровью, Варвара — с её гениальным умом и решительностью. В другой ситуации они могли бы стать союзницами, но сейчас между ними стоял я, и это создавало определённые сложности.
Ситуацию разрядил неожиданный звук фанфар. Церемониймейстер объявил:
— Дамы и господа! Его Императорское Величество желает сделать особое объявление!
Все взгляды обратились к трону, где стоял император. Рядом с ним я заметил человека, держащего что-то в руках.
— В честь приезда наших польских друзей, — объявил отец, — я хотел бы представить вам новое творение моего сына, принца Максима Алексеевича — сборник стихов «Отблески истины».
Я замер. Этот сборник был подготовлен ещё до моего признания, и я планировал издать его анонимно. Но теперь, похоже, он стал частью моего официального образа. Вот незадача…
— Позвольте зачитать одно из стихотворений, — продолжил император, и чтец развернул тонкую книгу.
Все были очарованы. Так или иначе, никто не смог бы игнорировать русских классиков из моего мира.
Когда чтение завершилось, по залу прокатились аплодисменты. Я заметил, как Карина смотрит на меня с прищуром.
— Мне нужен экземпляр, — решительно заявила польская принцесса. — С личной подписью автора.
— Разве я отказывал тебе когда-либо, — согласился я.
— Ну, — выдохнула она с легкой нотой грусти. — В чем-то все же отказал.
Бал продолжался, и я заметил, что Варвара и Карина, оставшись наедине, о чём-то оживлённо беседуют. Это заставило меня напрячься — о чём они могли говорить? Конечно, я подошёл ближе, делая вид, что интересуюсь угощениями на ближайшем столе.
— … совершенно не опасна, — услышал я голос Карины. — Наше прошлое осталось в прошлом. Хотя, признаюсь, я бы забрала его у вас, будь у меня такая возможность. Хороших мужчин мало, а Максим слишком хорош, чтобы присваивать его только себе.
Варвара усмехнулась, и в её глазах мелькнул опасный огонёк.
— При всём уважении, Ваше Высочество, вам бы пришлось очень постараться.
К моему удивлению, Карина рассмеялась и доброжелательно похлопала Варвару по плечу.
— Я рада, что рядом с ним такая боевая девушка. Он этого заслуживает.
Она заметила меня и подмигнула, давая понять, что знала о моём подслушивании.
— А вот и наш поэт! Я как раз получала одобрение вашей избранницы на экземпляр книги с автографом.
— Он уже ваш, — я склонил голову. — Хотя, должен признать, я удивлён таким интересом.
— Максим довольно популярен в Варшаве, — делая страшные глаза, сообщила Карина Варваре. — Его стихи, опубликованные в прошлом году, вызвали настоящий фурор среди нашей молодёжи. Никто не знал, кто этот таинственный русский поэт, подписывавшийся инициалами М. Т.
Варвара с интересом посмотрела на меня.
— Вот как? А мне ты никогда не читал своих стихов.
— Потому что я сомневался в их качестве, — честно признался я. — К тому же, это просто хобби, не более.
— Хобби, которое заставляет сердца биться чаще, — Карина театрально приложила руку к груди. — Не скромничайте, Ваше Высочество. Вы истинный поэт.
Вот же любительница паясничать. В этот момент к нам подошёл второй принц, Михаил Алексеевич. Строгий военный мундир делал его похожим на статую — твердую, непоколебимую.
— Прошу прощения за вторжение, — он церемонно поклонился дамам. — Но отец просил представить Её Высочество Карину членам военного комитета. Если вы не возражаете?
— Нисколько, — Карина грациозно приняла предложенную руку. — Господа, дамы, надеюсь, мы ещё увидимся сегодня.
Любая ее официальная фраза, казалось, была сказана с долей усмешки и сарказма. Кажется, зная ее настоящую, я никогда не отделаюсь от мысли, что вот таким поведением она просто передразнивала весь мир аристократов.
Когда они отошли, я заметил, что Михаил Алексеевич был чуть менее скован, чем обычно. Что-то в польской принцессе явно привлекло его внимание. Только не говорите, что мой брат…
* * *
На следующий день Карина, к моему удивлению, появилась в мастерской Варвары, куда я зашёл, чтобы обсудить усовершенствования защитных амулетов для Бюро. Её присутствие здесь, вдали от дипломатических приёмов и дворцовых церемоний, было той переменной, которую предсказать было попросту невозможно.
— Неожиданный визит. Что привело тебя сюда?
— Любопытство, — просто ответила она, рассматривая разложенные на столе чертежи. — Госпожа Чернова любезно согласилась показать мне свои последние разработки. Признаюсь, я впечатлена. Ничего подобного нет даже в королевских лабораториях Варшавы. Есть о чем задуматься.
Варвара, к моему облегчению, не выглядела недовольной присутствием польской принцессы. Напротив, её глаза горели тем особым огнём, который появлялся всегда, когда она говорила
