движения. Касаясь правым локтем его левого, я делаю полукруг, затем меняю руки и двигаюсь в противоположном направлении. Есть несколько непростых шагов, но освоить их несложно.
Вскоре мы танцуем как единое целое, каждый раз меняя позицию по часовой стрелке. Мы повторяем фигуры, пока не возвращаемся на то же место, с которого начали.
Когда всё заканчивается, я хлопаю в ладоши — и остальные подхватывают.
— Вот и всё. Кто ещё хочет попробовать?
Желающих оказывается много, и я решаю уступить им танцевальный зал. Мы с Керитом возвращаемся на свои места, и он одобрительно подмигивает мне.
По крайней мере, теперь мне улыбаются. Я чувствую, что стала на шаг ближе к сердцам этих людей.
Пока мы сидим, Сайлас наклоняется к Кериту и тихо говорит:
— Ты всё ещё не рассказал мне, что произошло. Мне нужно знать.
— Любимая, — Керит притягивает меня к себе и целует в висок. — Мне жаль так скоро тебя покидать, но он прав. Нам нужно поговорить наедине. Я оставлю тебя в компании Тейи.
Тейя подходит и тепло улыбается мне, когда мужчины уходят. Они исчезают за дверью под лестницей — я понятия не имею, куда она ведёт. Вероятно, туда, где никто не сможет подслушать.
— Похоже, теперь мы сёстры, — говорю я, ощущая укол тоски по дому при мысли о Зефине.
— Верно, — соглашается Тейя. — У меня никогда не было сестры. Я единственный ребёнок.
Неплохое начало.
Я всегда считала себя неплохим собеседником, поэтому решаю затронуть тему, которая, вероятно, интересует её больше всего.
— Итак… как вы познакомились с Сайласом?
— Случайно, — пожимает она плечами. — Он был в Царстве Снов — оттуда я родом — и увидел меня идущей по дороге. Я была простолюдинкой. Крестьянкой. Но наши взгляды встретились, и остальное стало историей.
— Этого вполне достаточно, — улыбаюсь я, вспоминая собственный момент любви с первого взгляда.
— Вы когда-нибудь пробовали вино из жимолости? — спрашивает Тейя, когда мимо проходит официант с подносом.
Я оживляюсь.
— Да. Много раз.
— Тогда вы обязаны попробовать последнюю партию. — Она показывает мужчине два пальца, и прежде чем я успеваю что-либо сказать, у нас уже по бокалу того, что здесь считается запрещённым.
— А откуда у вас ингредиенты? — спрашиваю я. — Жимолость растёт только на землях Рассвета и Заката. Она принадлежит Царству Дня.
— Эти цветы не с Валоры, — понижает она голос. — Они растут в другом мире. Он называется Земля.
— Мир людей, — говорю я, и она кивает.
— У нас есть человек, который путешествует через порталы и приносит жимолость. Но пейте сегодня, сколько сможете. Запасы очень малы.
Я знаю Тейю совсем недолго, но она мне уже нравится.
Делаю глоток и довольно вздыхаю.
— Он гораздо слаще, чем тот, к которому я привыкла.
Она гордо улыбается.
— Наша винодельня потрясающая. Я с радостью показала бы её вам однажды.
— С удовольствием приму приглашение. — Чувствуя себя непринуждённо, я смотрю на окна вдоль стен. Ночное небо усыпано звёздами, а один из полумесяцев висит над чем-то похожим на сад. — Мне нравится, как здесь много света, несмотря на темноту снаружи. — Я обвожу рукой белые стены и полы. — В Царстве Дня мы предпочитаем тёмные интерьеры. Это даёт глазам отдых от постоянного сияния.
Тейя кивает.
— Мраморные колонны — моя идея. Их добывают в горах Царства Снов. Если присмотритесь, заметите кристаллизацию звёздной пыли в узорах.
— Они прекрасны, — искренне отвечаю я.
Между нами воцаряется короткая пауза, пока мы наблюдаем за танцующими. Немного неловко, но красота вокруг настолько завораживает, что мне не приходит в голову ни одной шутки.
К счастью, Тейя продолжает:
— Вы, наверное, задаётесь вопросом, почему у нас с Сайласом до сих пор нет детей.
В её голосе слышится грусть и — если я не ошибаюсь — стыд.
— Мы надеялись, что к этому времени станем родителями. Возможно, было наивно ожидать этого так быстро.
Меня огорчает, что она чувствует необходимость объясняться. Плодовитость — слишком деликатная тема.
Я протягиваю руку и мягко касаюсь её запястья.
— Всё обязательно случится. Вы суженные. Я редко слышала о предназначенных парах, которым судьба отказала в детях.
— Спасибо, — она тяжело вздыхает, словно долго носила это в себе, и теперь ей стало легче.
— В любое время, — добавляю я. — Если захотите поговорить, я рядом.
— Я воспользуюсь этим предложением, — улыбается она. — Сайлас ошибался на ваш счёт. Он бывает резким, но у него доброе сердце. — В её тоне звучит нежность. — Он скептик и долго помнит обиды. Прошу прощения, если он был с вами холоден.
— Напряжение между нашими королевствами слишком велико, — дипломатично отвечаю я. — Естественно, что он сомневается в моих намерениях.
— И всё же я считаю, что ваш союз с Керитом — это прекрасно. Есть ли лучший способ искупить прошлые ошибки, чем объединить два королевства? — Она обводит зал бокалом. — Со временем они простят вас.
Что?
— Простят? — я наклоняю голову. — За что? О каких ошибках вы говорите?
— Нападение на короля Каллума и королеву Вину. Вы тогда были младенцем. Вы не имеете к этому никакого отношения.
На мгновение мне кажется, что сердце останавливается, а затем начинает биться с удвоенной силой. Кровь приливает к голове.
— Вы хотите сказать… — мой голос дрожит, — что Царство Дня приказало их убить?
Тейя смотрит на меня в замешательстве.
— Вы… не знали?
Конечно, не знала. Если бы знала, я бы никогда не согласилась на торговые переговоры. Я была бы слишком напугана, решив, что это смертельно опасно.
— Мои родители убили родителей Керита?
Голова идёт кругом. Комната словно накреняется, а осуждающие лица расплываются в мутное пятно.
Неудивительно, что меня здесь ненавидят.
А я-то думала, что это всего лишь соперничество. Но всё гораздо глубже.
Всему виной — убийство.
Тейя, мягко поддерживая меня за локоть, извиняющимся тоном говорит:
— Мне очень жаль. Я была уверена, что вы знаете.
— Вы… вы уверены? — хрипло выдавливаю я.
Она тяжело сглатывает.
— После этого ходили слухи… будто шпион видел письмо с приказом об устроенной засаде. Но он так и не вернулся, чтобы донести это до короля Керита. Вместо него он сумел отправить фея-вестника, однако того жестоко замучили, и его
