слова было трудно разобрать.
Внезапно утратив всякий интерес к вину, я подхожу к ближайшему столику и ставлю бокал.
Все разговоры Керита — о том, как он скучал по своей семье, как сильно скорбел, — сливаются в моей голове в одну болезненную нить. Всё это время он знал. Знал о моей вине.
Я чувствую себя глупой… и преданной.
Керит скрыл это от меня. Намеренно. Он ни разу не упомянул о причастности Царства Дня.
И всё же позволил мне войти в этот бальный зал — неподготовленной. Не зная, какую ненависть питают ко мне эти люди.
Желудок сжимается, к горлу подкатывает тошнота. Я прижимаю ладонь к животу, вспоминая родителей. В детстве я знала, что отец был жестоким человеком. Но мать… она была его полной противоположностью. Нежная. Мягкая. Она уравновешивала его.
Мне трудно представить, что она могла спокойно одобрить засаду на короля и королеву. Но отец не сделал бы этого без её согласия.
Я потираю висок. Эта мысль заставляет меня усомниться во всём, что я когда-либо знала: в своём счастливом детстве, в образе родителей, который хранила в сердце. В маминой колыбельной перед сном. В утрах, когда я тренировалась с отцом в стрельбе из лука.
Тогда я верила, что они не способны на зло. Считала их источниками мудрости, терпения и любви.
Теперь я сомневаюсь в их честности.
Хуже всего — я сомневаюсь в Керите.
Как он вообще мог полюбить меня, зная, что моя семья отняла у него всё?
Я поднимаю взгляд и замечаю группу женщин в другом конце зала. Их глаза холодны и устремлены на меня. Одна из них что-то шепчет, прикрывая рот ладонью, и остальные торжественно кивают.
Они действительно ненавидят меня.
И я не могу их винить. Никакие танцы Царства Дня не изменят их мнения.
Я никогда ещё не чувствовала себя настолько чужой.
— Мне нужно уйти отсюда, — говорю я, отчасти себе, отчасти Тейе.
— Подождите, — окликает она меня. — Керит против того, чтобы вы гуляли одна.
— Очень жаль, — резко отвечаю я.
Пройдя через распахнутые двойные двери, я делаю глубокий вдох.
Свежий ночной воздух ласкает кожу. Я вдыхаю аромат полуночных роз — чистый, пьянящий. Спускаюсь по ступеням и направляюсь во внутренний дворик и сады. Там журчит фонтан, тянутся бесчисленные розовые кусты и раскинулся лабиринт из живых изгородей, увитых плющом.
Желая потеряться, я вхожу в лабиринт.
— Здесь небезопасно, — догнав меня, Тейя бросает обеспокоенный взгляд назад, в сторону зала, оставшегося далеко позади.
Вероятно, она пытается понять, следит ли за нами кто-нибудь.
Мне всё равно.
Мне нужно время. Пространство. Возможность осмыслить услышанное, не ощущая на себе осуждающих взглядов.
А если кто-то решит напасть на меня… что ж. Благодаря новой связи моя огневая мощь всё ещё при мне.
Я сумею защитить себя.
Глава 13
~ Кирит ~
Что-то не так.
Я обрываю себя на полуслове, когда меня внезапно захлёстывают гнев и смятение.
Зелла.
Оттолкнув Сайласа, я вырываюсь из секретного кабинета и бегу по коридору.
— Э-э, ты ещё не закончил, — протестует он, устремляясь за мной следом.
— Ты услышал достаточно.
И это правда. Он знает подробности смерти короля Зеда — как Зарид убил его, чтобы захватить трон. Я рассказал ему и о просьбе Зарида не вмешиваться. Сайлас не согласился с тем, чтобы похищения продолжались, но единственная альтернатива — война, а её мы не хотим.
Единственное, о чём я умолчал, — это о том, насколько сильно Зелла была расстроена по дороге обратно. Но её горе — личное дело. И брата оно не касается.
Сайлас по-прежнему ей не доверяет, но ему придётся с этим смириться. Со временем. Он узнает её лучше.
Добравшись до большого зала, я окидываю взглядом бальный зал в поисках светлых волос и фиолетовых глаз, которые знаю и люблю.
Но я её не вижу. Тейи тоже нигде нет.
— Где моя суженая? — тихо рычит Сайлас, нагоняя меня, когда мы выходим наружу. — Если Зелла что-нибудь с ней сделала…
— Заткнись уже! — резко обрываю я. — Ты ведёшь себя нелепо.
Скинув пиджак, я расправляю крылья. Так будет легче найти её сверху. Я чувствую её приближение — тело отзывается лёгким покалыванием, и я следую за этим ощущением, пока оно не становится сильнее.
Сайлас поднимается в воздух вслед за мной, когда мы пролетаем над садами.
Звёзды заливают всё вокруг серебристым светом, и сердце радостно подпрыгивает, когда я замечаю светловолосую макушку в центре лабиринта. Я стремительно снижаюсь и приземляюсь на вымощенную булыжником поляну.
Зелла и Тейя сидят на скамье у большого фонтана. Хотя они рядом, кажется, между ними повисла тишина.
Сначала я думаю, что они просто вышли прогуляться. Но потом вижу слёзы на щеках моей суженой.
— Что случилось? — спрашиваю я, едва коснувшись земли ногами.
Зелла поднимает на меня взгляд. В её глазах — раскаяние. И почему-то я сразу понимаю: она знает. Я вижу её вину — безмолвное извинение и настойчивый вопрос.
— Кто тебе сказал? — гнев вскипает во мне. Кто-то сделал это, чтобы причинить ей боль. — Скажи мне, кто это, и я…
— Это была я! — восклицает Тейя, прежде чем я успеваю договорить.
Я прищуриваюсь.
— Ты пытаешься настроить мою пару против меня?
— Нет, — она качает головой. — Я случайно коснулась этой темы.
— Случайно? — вспыхиваю я. — И как в обычном разговоре дошло до этого?
Сайлас встаёт перед ней, загораживая Тейю собой.
— Не смей на неё кричать. Она сказала Зелле правду. Ту, которую ты, судя по всему, решил утаить.
Он прав. И это бесит меня сильнее всего.
Я перевожу взгляд на любимую.
— Зелла, я…
— Ты собирался мне об этом рассказать? — перебивает она.
— Нет, — тихо признаюсь я.
Глупо было думать, что она никогда не узнает. Пусть факты и не были обнародованы, слухов хватало. Если бы не Тейя — это сделал бы кто-нибудь другой.
Я просто хотел избежать того, что происходит сейчас. Я почти физически вижу, как в хорошенькой голове Зеллы вращаются шестерёнки. Она переосмысливает своё детство. Видит родителей иначе. Такими, какими они были на самом деле.
— Это ничего не меняет, — говорю я горячо, взмахнув рукой. — Не в том, как ты их любила. Ты всё ещё можешь любить память
