меня нет доказательств.
— Но можешь невзначай озвучить подозрения, — мгновенно вернувшийся к реальности Зейн снова повернулся к ней. — Спасать жалкие остатки репутации и чести тоже может быть интересно.
Не имея ментальной связи, они понимали друг друга настолько хорошо, что удовлетворение тут же сменилось желанием поежиться, сбросить с себя этот морок.
Эрика в очередной раз сдержалась, лишь тряхнула головой, отбрасывая волосы с лица.
— Это всего лишь авантюра. Не факт, что из нее что-нибудь получится.
На ней был светло-зеленый, удачно оттеняющий глаза джемпер с глубоким вырезом, на котором Зейн невольно задержался взглядом, прежде чем снова посмотреть Смотрящей в лицо. Теперь уже предельно серьезно.
— Ты ведь понимаешь, что как минимум треть Общества останется недовольна таким раскладом?
— Я в курсе, что у тебя остались ярые сторонники, — Эрика в очередной раз пожала плечами, то ли правда не почувствовав этого не в меру откровенного взгляда, то ли тактично его проигнорировав. — Каким-то образом.
— И понимаешь, какой опасности подвергнешь себя в случае, если кому-то придет в голову нечто радикальное?
— Не большей, чем ты, надо полагать?
Спрятать глаза, любуясь «Александрией» во всем ее блеске, было проще всего, и Зейн сделал шаг назад, отступая от окна, чтобы смотреть только на Эрику.
— Могу я внести корректировку в план?
Ответом ему стал короткий вопросительный, хотя и откровенно скептический кивок.
— По возможности я буду рядом. Тебе может понадобиться охрана…
— Исключено.
От благодушного настроения не осталось и следа, и Зейн с некоторым удовольствием отметил, что возражать Смотрящей, если та что-то решила, в самом деле непросто.
— Если кто-то рискнет…
Эрика опустила руки в карманы длинной тёмной юбки, прислонившись плечом к стеклу и разглядывая его под новым углом.
— Ты не слышал, как я сказала «нет»?
Разговор был окончен, и, поняв, что его больше не задерживают, Зейн коротко кивнул, что сошло за почтительный поклон, и направился к двери.
Оставшись в одиночестве, Эрика позволила себе на несколько секунд прикрыть глаза.
Все прошло не так, как она ожидала. Кратно лучше и непредсказуемо плохо одновременно.
Она не думала, что Зейн согласится.
Рискнет собой после случившегося. Своим щенком. Мердоками, к которым неизбежно возникнут вопросы в случае, если — чисто гипотетически! — выяснится, что зверствовал в Нью-Йорке никто иной, как действующий, а после низложенный Смотрящий, Безумный Зейн, которого подозрительно давно никто не видел в деле.
Настолько уверен, что сможет их защитить?
Заговаривает новой Смотрящей зубы?
От Зейна, безумного или не очень, можно было ожидать чего угодно. Точно так же, как можно было дойти до откровенной паранойи, пытаясь угадать, чего именно.
Паранойю, как и лишние мысли, Эрика прямо сейчас себе позволить не могла.
Лучшим способом отделаться от всего этого, а заодно и начать действовать в соответствии с оговоренным планом, было выйти в зал, но, едва взявшись за ручку двери, она буквально столкнулась с Джиной.
— Подожди, мой новый босс! Удели мне пару минут, — без намека на почтение или здоровый страх, девушка затолкала ее обратно в кабинет и закрыла за собой дверь, повернув замок.
Такая настойчивость умиляла, обескураживала и вызывала улыбку, которую Эрика не сочла нужным подавить.
— И о чем такой серьезный разговор?
— О моем старом боссе, разумеется. Хотя, черт, вы оба настолько старые, что могли бы быть моими предками!
Убедившись, что выставлять ее за такую бесцеремонность или прорываться к выходу с боем Смотрящая не собирается, Джина выдохнула, остановилась между ней и дверью, положив руку на бедро.
Эрика молчала, ожидая продолжения, и кивнув самой себе, она, наконец, решилась.
— Ты знаешь, что его травят в городе?
Эрика моргнула, предполагая, что смысл шутки она сейчас расшифрует, но Джина выглядела предельно серьезной.
— В каком смысле?
— В прямом. Ты слышала, что о нем говорят?
— Стоп, — сообразив, о чем идёт речь, она подняла руку, останавливая девушку не только словом или жестом. — У Туманных Земель свои законы, Джина. По ним я должна была бы упокоить его и не знать проблем. Тем не менее, твой старый босс, как видишь, пребывает в добром здравии, и если он хочет оставаться в городе, его разборки с местным Обществом — это его дело. Мне это неинтересно.
— Даже та часть, в которой говорится, что он теперь подкаблучник и воя персональная подстилка? — ничуть не смутившись, Джина склонила голову на бок, давая ей подумать еще.
Отозвалась Эрика после секундной паузы.
— Что?
— «Как же старательно надо стелиться под Смотрящую, чтобы оставаться при совсем. Кто бы мог подумать, что с такой заносчивой рожей он так умеет. Или просто лижет хорошо?», — Джина скривилась и заговорила низким противным голосом, явно кого-то изображая.
Эрика моргнула, осознавая услышанное.
— Что это за ёбань?
— Это не ёбань, а самая обсуждаемая тема месяца, — девушка бросила быстрый взгляд через стекло, проверяя, как Артур справляется за стойкой, а заодно и давая Смотрящей собраться с мыслями.
Она дышала поверхностно и часто, как будто пробежала стометровку, но заметно успокоилась.
Эрика посмотрела в потолок, потом поверх ее плеча на дверь.
— И что он?
Неожиданно для нее самой вопрос прозвучал едва ли не обреченно.
Вот, собственно, и первый подвох.
— При мне этого не было, но говорят, что ничего.
— Ничего?
— Он либо молча выслушивает, либо сразу уходит. Хотя, на мой скромный взгляд, первому же, кто позволил себе такую, как ты говоришь, ёбань, стоило бы вбить ее обратно в его поганый рот.
— Не ругайся, ты же леди, — Эрика ответила откровенной глупостью, хотя и способной сойти за шутку, просто чтобы что-нибудь сказать.
Поворот был неожиданный и откровенно малоприятный.
— Чертовски злая леди! — Джина резко развернулась к ней, наконец перестав сверлить взглядом Артура. — Не пойми меня превратно, Эрика, мне плевать на подробности. Лишь бы вам было хорошо. Но сделай с этим что-нибудь.
Будучи настолько приближенной, она не могла не знать обычаев и законов, в соответствии с которыми не имела права ничего от нее требовать. И всё же требовала отважно и яростно.
Радоваться после всего услышанного было нечему, и всё же Эрика поймала себя на попытке улыбнуться.
— Ты ведь сделаешь? — поняв, по всей видимости, свою оплошность, теперь Джина просила.
Приобнимая ее за плечи, чтобы увлечь за собой в зал, Эрика не удержался от того, чтобы ласково потрепать по огненным волосам.
Глава 12
Полоска теплого гостеприимного свет, пролившегося из открытой звери, легла на темный после короткого дождя асфальт, и тут же пропала.
В зеркало заднего вида Эрика наблюдала, как Лив сбежала по ступенькам, пересекла пустую проезжую часть,
