ты бы кого хотел? Братишку или сестренку? Только никому, тсссс… Даже Захарушке. Хочу сделать ему сюрприз на юбилей. Вот он обрадуется!
Глава 18. Он
— Поедем завтра смотреть объекты недвижимости? — интересуется Ника, прижавшись к моей груди.
Пальчики красавицы крадутся по плечам, спускаются к прессу. Она тянется за поцелуем — гибкая и манкая, как танцовщица…
Позволяю себе забыться в ее ласках, они дарят мне чувство, что я еще ого-го, как силен, потому что каждый раз она так закатывает глаза от удовольствия и долго-долго лежит, радостно улыбаясь. Словом, я ее точно осчастливил, и еще Ника постоянно твердит, что ей раньше не попадались настоящие мужчины, одни сосунки и маменькины сынки, которые ничегошеньки не умеют и не способны нести ответственность за свои поступки.
«Мне не хочется сравнивать, Захар, но на их фоне… Ты выглядишь, как какой-то древнегреческий бог. Зевс… Сильный, мужественный, зрелый… Ты видел статуи Зевса? У него была густая, длинная борода… Тебе бы было к лицу…»
Поглаживаю бороду.
Неужели правда похож на Зевса?
Лицо у меня вроде с правильными чертами… И борода, действительно, придает солидности.
Червоточинкой проносится мысль о том, что Нине моя борода не зашла… Посмеивалась надо мной, говоря, что я на деда похож стал.
Вот что за баба такая?!
Зараза!
Ехидна!
Даже на расстоянии мозг выносит!
Портит настроение.
— Что-то не так? — интересуется Ника, чутко уловив изменения моего настроения.
Моя же ты чувствительная, умиляюсь ее эмпатии и способности ощутить малейшие колебания погоды, так сказать.
— Все в порядке, Ника. Просто кое о чем задумался…
Квартира покоя не дает.
Реально, что ли, с видом на кладбище? Или Нина, как обычно, утрирует? Вредничает…
Знаю я ее требовательный характер. Она же плешь способна проесть…
Ника выбирала квартиру с риелтором, она сама вызвалась помочь мне с этим вопросом, я был приятно удивлен тем, как она с заботой и пониманием отнеслась к моему желанию отдать должное той женщине, с которой я провел в браке ни много, ни мало, но целых двадцать пять лет!
Считай, половина моей жизни… в браке с Ниной.
Дети, имущество, бизнес, падения и взлеты…
Вот черт, сердце, паршивое, заныло.
И снова слова Нины ехидные в голове проносятся.
Про мою медицинскую карту и угрозы послать ее моей новой девочке.
Бравирует, ведьма… Просто бравирует!
Номера телефона Ники она не знает… Не захотела же знакомиться!
Почему?
Между прочим, Ника эту идею предложила сама…
Деликатно подошла к решению вопроса.
Я с этой стороны даже не думал. Просто потому что не заглядывал так далеко… Чем черт не шутит, тем более, в моем случае.
Но Ника… она настолько светлый и добрый человечек, что подумала о комфорте и душевном удобстве для меня.
«Захар, у тебя семья. Взрослые дети… И у нас с тобой… все серьезно. Я понимаю, что ты будешь видеться с детьми, дети будут видеться с мамой. Ты же не станешь прятать меня ото всех, как грязный секретик?»
Разумеется, я не собирался прятать ее долго и, выполнив все обязательства перед Ниной, планировал познакомить с детьми.
Не в моих правилах быть трусливым ссыклом или прятаться по съемным хатам!
Я хотел жить открыто столько, сколько еще мне было отведено.
Именно тогда Ника и озвучила идею, познакомиться с моей нынешней женой, просто потому что Нина будет видеться с детьми, дети будут видеться со мной, а я собирался связать свою жизнь с Никой, и все это одно большое полотно, состоящее из разноцветных лоскутков.
«Мы будем как одна большая семья… И было бы здорово нас всех познакомить… Надеюсь, Нина поймет. Если любила тебя все эти годы, она поведет себя достойно и примет твое стремление быть счастливым…»
Признаюсь, я не сразу проникся этой идеей.
Но потом, черт побери…
Да, Ника права!
Ее энтузиазм и вера в лучшее и меня заразили позитивным настроем.
Вот только Нина…
Ни в какую.
Рогом уперлась.
И годовщине уже не рада, коза такая!
И на детей губы свои надула, и даже квартиру смотреть отказывается.
Документы ей подавай…
Нет, не быть нам с Ниной такими, как Ника. Другое поколение. Они растут из понимания, что в жизни необязательно страдать, добиваться успеха, ломая стены своим лбом. Они верят, что все вопросы можно решить мирно, а не войной…
То самое солнце, которое, наконец, осветило небосклон моих лет…
И, может быть, врачи ошибаются…
— Ты не ответил, — с мягким укором произносит Ника, возвращая меня из мечтаний на землю. — Завтра все в силе? Ты же мечтал о большом, светлом доме. О доме, где будут собираться все члены твоей семьи за одним столом…
— Да. Все в силе. Не отменяй, — целую Нику в щечку.
Так, стоп… Если завтра я с Никой к риелтору поеду…
Не могу отменить, итак несколько раз переносил.
Значит, придется Нине подождать, а я обещал ей документы завезти. Нужно сначала их забрать из ячейки.
Ну, подождет немного. Верно?
Никуда эти документы не убегут, и потом, я ее обманывать не собираюсь, моему слову можно верить, просто предупрежу…
Придется все-таки позвонить.
Час поздний…
Ладно, мы тоже не дети.
Давно не дети!
Хотя… Нина, может быть, уже ко сну укладывается, и меня со всего размаху припечатывает воспоминаниями об увиденном.
Как моя знакомая, вдоль и поперек изученная, до самой последей буковки прочитанная жена, спит ночью голой. Разметав длинные волосы во сне, как Русалка.
Пах неожиданно потяжелел, и, когда я слышу, что она отвечает:
— Чего тебе надо, Захар? Звонишь так поздно!
Я не могу удержаться.
Просто меня какой-то бес заносит:
— Звоню напомнить, чтобы ты голой не спала. Не то свистульку простудишь…
— Свистулька — у твоей свиристелки. А у меня… С каких пор тебя интересует то, в каком виде спит твоя бесполая жена и что у нее между ног — простужено или нет… Не твоя забота!
Вот так всегда.
Скажешь ей слово, она тебе — десять слов в ответ.
Хоть бы раз промолчала!
И я вместо того, чтобы быть умнее, тоже ввязываюсь в спор.
И когда Нина услышала, что я переношу на день попозже обещание привезти документы, она начинает меня костерить:
— Подлец! Мерзавец… Я так и знала, что у тебя куча отговорок. Хочешь меня из дома с голым задом выставить? И детей подкупил… Я на тебя куда надо, донесу… О мошеннических схемах, так и знай!
У меня аж пар из ушей валит… Вот взял бы и встряхнул хорошенько!
— Захар, все
