встает рядом со мной, но я не отвожу глаз от вида внизу.
— Я даже думать не могу о том, чтобы потерять тебя. Ты стал моей жизнью. Ты — моя семья. Мысль о том, что я тебя потеряю... — Я не могу закончить, горло перехватывает. Делаю несколько глубоких вдохов и шепчу: — Это меня ужасает. Если я впущу Уиллоу, она станет еще одним человеком, которого я буду бояться потерять.
Мы долго стоим в тишине.
— Мысль о том, чтобы потерять меня, ужасает тебя, потому что я — все, что у тебя есть, — шепчет Джексон. — Ты боишься однажды проснуться, а меня не будет, потому что это значит проснуться в пустой комнате.
— Примерно так, — бормочу я.
— Я был прав, — говорит он. — Ты чертов идиот.
Я бросаю на него мрачный взгляд, не в настроении снова все это проходить.
— Если бы у тебя была Уиллоу, и я использую прошедшее время, потому что ты, скорее всего, уже все испортил до неузнаваемости, ты бы не просыпался один, случись что-то со мной. Если ты попробуешь с Уиллоу и случится худшее, я все равно буду рядом. Жить отшельником не спасет тебя от боли, это только усилит страх потерять единственного человека, которого ты пускаешь в свою жизнь.
— То есть ты говоришь, что чем больше людей я впущу в свою жизнь, тем меньше буду бояться их потерять? Как это вообще логично?
— Ты боишься не потерять их, Маркус. Ты боишься остаться один. И вот что паршиво — ты уже один. — Джексон поворачивается ко мне и кладет руку мне на плечо. — Перестань отталкивать людей. Впусти остальных ребят. Впусти Уиллоу. Обещаю, страх уйдет.
— Легко сказать. Я так долго отталкивал людей, это не изменится за одну ночь.
Черт, я даже не знаю, с чего начать.
— Это займет время. Можешь начать с того, что притащишь свою задницу к Уиллоу и скажешь ей, что ты идиот. Хотя бы верни вашу дружбу в нормальное русло. После этого — по одному дню за раз. Постепенно начни проводить больше времени с ребятами. Не нужно торопиться.
Я киваю, чтобы он видел, что я понял. Мне нужно сначала все обдумать.
— Мне пора работать.
Я хватаю его за руку, чтобы задержать.
— Спасибо, что был голосом разума, когда я все портил.
— Ты бы сделал для меня то же самое.
Я смотрю, как Джексон выходит из кабинета, а потом возвращаюсь к окну.
Броситься к Уиллоу и зацеловать ее до потери пульса только ее напугает. Нужно осторожно подвести ее к мысли об отношениях со мной.
Меня переполняют волнение и ужас от того, что я собираюсь сделать шаг. Слова Джексона имеют смысл, но я все еще до чертиков напуган.
— Соберись! — рявкаю я на себя.
***
УИЛЛОУ
— Я не думала, что будет так тяжело.
Я разговариваю с Иви каждый день с воскресенья. У нас обеих выдались тяжелые дни. Она не получила работу, а поскольку болела и пропустила смены на прошлых выходных, ее уволили из ресторана.
— Ты все делаешь правильно. Дай Маркусу время подумать. Пусть он придет к тебе.
— А если он не придет сегодня?
— Тогда хотя бы будешь знать, как обстоят дела. Знаю, звучит жестко, но если так случится — прими потери. Ты не можешь вечно надеяться.
Если он не придет на наш обычный ужин, мое сердце разобьется вдребезги.
— Как поиски работы? — Я меняю тему, потому что разговоры о Маркусе только усиливают тревогу.
— Нашла другую работу официанткой, но платят отстойно.
— Хотя бы что-то, — пытаюсь подбодрить ее.
— Да, но все равно паршиво. Почему так сложно найти нормальную работу? Нужен опыт, чтобы тебя взяли, но никто не готов дать шанс этот опыт получить.
— Поэтому я и не ухожу из своей компании. Знаю, ты не хочешь это слышать, но почему бы не позвонить Ретту? Он даст тебе работу мгновенно.
— А ты бы стала работать на Маркуса? — огрызается она.
— Ладно, плохая идея. Жаль, что не могу тебе помочь.
— Я найду что-нибудь. Не волнуйся за меня. — Она издает безнадежный вздох. — Мне пора собираться на смену.
— Скоро поговорим, — говорю я, и мы прощаемся.
Ненавижу, что Иви приходится так трудно, но я не в том положении, чтобы помочь. Черт, я сама еле свожу концы с концами. Но я понимаю, почему она не хочет обращаться к Ретту за помощью. Я бы скорее вернулась к родителям, чем попросила бы помощи у Маркуса.
Думая о Маркусе, бросаю взгляд на часы. Он должен быть здесь через час... если вообще придет.
Быстро принимаю душ и решаю надеть джинсы с белой футболкой. Похоже на то, что было на мне, когда мы впервые встретились.
Готовлю тако на ужин, потому что знаю, как он их любит.
Когда еда готова, смотрю на часы. Маркус должен появиться с минуты на минуту.
Оглядываю квартиру, проверяя, не оставила ли что-нибудь не на месте. Включаю телевизор и кладу пульт на подлокотник, где всегда сидит Маркус.
Шесть часов приходит и уходит, а моя тревога нарастает.
Я ничего не слышала от него всю неделю. Надеялась, что сегодня мы сможем преодолеть неловкость после того, что случилось.
— Ну и толку от надежд, — шепчу я, опускаясь на диван. Прячу лицо в ладони и пытаюсь задушить слезы прочь.
Не могу поверить, что наша дружба кончилась из-за того, что я заснула у него. Неужели мы так мало для него значили?
Когда проходит час без следа Маркуса, я выключаю телевизор. Сопротивляюсь желанию выбросить тако в мусорку и вместо этого запихиваю их в холодильник.
Чувствуя себя дурой с разбитым сердцем, иду в спальню. Стаскиваю джинсы и футболку, надеваю пижаму. Без сил падаю поперек кровати.
Теперь, когда хочу плакать, слезы не идут.
Когда раздается стук во входную дверь, у меня чуть не случается сердечный приступ. Я вскакиваю и, не желая заставлять Маркуса ждать, бегу к
