Хартинг и Мангкубуми подписали договор, по которому последний получал половину Матарама и становился правителем (султаном) Хаменгкубувоно I. Матарам был разделен на два вассальных государства — Суракарту и Джокьякарту. Раздел Матарама означал окончательное утверждение НОИК на центральной Яве, где не осталось сколько-нибудь значительной силы, способной реально противостоять колонизаторам.
Подчинение Мангкубуми голландцам подорвало силы сопротивления. В течение 1755 г. войска НОИК и государств Центральной Явы разгромили несколько повстанческих отрядов, возглавлявшихся феодалами и мусульманскими проповедниками. Но Мае Сайд, ненавидевший голландцев и бывшего соратника — Мангкубуми, продолжал борьбу еще в течение двух с лишним лет. Укрывшись в горах южной части Матарама, он совершал оттуда непрерывные набеги и держал в постоянном напряжении голландские гарнизоны и войска сусухунана и султана. Лишь в начале 1757 г. Хартингу удалось склонить Мае Сайда к прекращению сопротивления. 17 марта было заключено соглашение между НОИК, сусухунаном и султаном, с одной стороны, и Мае Саидом — с другой. Мае Сайд получил территорию в четыре тысячи дворов во владениях сусухунана, образовавшую в дальнейшем наследственное княжество Мангкунегаран. Таким образом, Матарам подвергся дальнейшему дроблению, что, несомненно, играло на руку колонизаторам, получившим возможность использовать для поддержания своего господства соперничество между правящими домами центральной Явы.
Одновременно с «третьей яванской войной за престолонаследие» голландцам пришлось столкнуться с серьезными осложнениями на западной Яве — в Бантене, который с конца XVII в. находился в сфере влияния НОИК.
В 50-е годы XVIII в. НОИК поставила под более жесткий контроль также Чиребон — владение султанов из боковой ветви правившего дома Матарама, завершив тем самым покорение западной Явы.
НОИК, которая по договору с Матарамом от 1743 г. получила права на восточную Яву, приступила к утверждению своей власти в этом районе только в 60-х годах XVIII в. В марте 1767 г. голландская экспедиция двинулась вдоль восточного побережья острова и разгромила балийские укрепления. В последующие годы голландские власти подавили еще несколько восстаний на Яве.
Политика Компании по отношению к островным государствам вне Явы в XVIII в. характеризовалась двумя особенностями. Во-первых, превращение НОИК в территориальную державу на Яве и Мадуре привело к тому, что главным в ее деятельности (и основным источником доходов) стала не торговля, а отправление управленческо-фискальных функций. Соответственно значимость Внешних островов с точки зрения экономических интересов Компании уменьшилась, тем более, что торговля пряностями перестала играть в жизни Европы и Ближнего Востока ту роль, которую она играла в начальный период колониальной экспансии. Но, с другой стороны, ослабление островных государств, мощь которых была подорвана голландцами еще в XVII в., и страх перед европейскими (в первую очередь английскими) конкурентами содействовали продолжению экспансионистской политики НОИК вне Явы. Как и прежде, эта экспансия затрагивала приморские районы, в глубь островов колонизаторы еще не проникали. К концу XVIII в. Нидерландская Ост-Индская компания в той или иной мере распространяла свое влияние на все основные острова Архипелага. Исключением были лишь Бали и Ломбок, которые хотя и находились в непосредственной близости от центра голландского владычества — Явы, тем не менее, вследствие воинственности жителей и скудости экспортных товаров оставались вне сферы интересов компании.
В XVIII в. голландцы продолжали экспансию в прибрежных районах восточной и южной Суматры. В 1719–1722 гг. компания приняла активное участие в междоусобицах, разгоревшихся в Палембанге, в результате чего получила монополию на покупку олова на о-ве Банка, входившем во владения Палембанга. На южной Суматре НОИК после подавления бантенского восстания 1752 г. поставила Лампунг, вассальное владение Бантена, под свое прямое управление.
Из прибрежных государств северной Суматры полную независимость продолжал сохранять Аче, который в XVIII в. не мог, правда, активно участвовать в суматранских делах, так как находился в состоянии упадка.
На западном побережье Суматры серьезными конкурентами НОИК выступали англичане, обосновавшиеся в конце XVII в. в Бенкулене. Помимо форта в Бенкулене на Суматре существовало несколько английских торговых факторий, важнейшими из которых были Тапанули и Наталь в районе, населенном батаками. В 1760 г. небольшая французская эскадра под командованием графа д’Эстена захватила английские фактории на Суматре и передала их голландцам. Но по Парижскому договору 1763 г., завершившему Семилетнюю войну, Тапанули и Наталь были возвращены Английской Ост-Индской компании.
На Калимантане основное внимание НОИК сосредоточила на западном и южном побережье острова. В самом конце XVII в. НОИК вмешалась в междоусобную войну между Сукаданой и Ландаком на стороне последнего. Голландцев толкали на вмешательство в дела Западного Калимантана два обстоятельства: стремление заполучить только что открытые здесь месторождения алмазов и желание ликвидировать английскую факторию, появившуюся в Сукадане. В 1699 г. совместная голландско-бантенская экспедиция с помощью Ландака сокрушила Сукадану — формально вассала Бантена. Англичане были изгнаны, НОИК получила половину ежегодно добываемых на Западном Калимантане алмазов. С начала XVIII в. заметную роль в этом районе стали играть бугские поселенцы, с помощью которых султан Сукаданы сумел вернуть власть над своим владением.
В середине XVIII в. богатый арабский купец Хуссейн обосновался в Мампаве, бугском княжестве на западном Калимантане. Его сын Абдур-Рахман основал на одном из притоков р. Ландак торговый центр Понтианак. Новый порт привлек внимание торговцев (местных и иноземных), стремившихся избежать голландских ограничений, и Понтианак за короткое время стал процветающим городом. В 1772 г. Абдур-Рахман провозгласил себя султаном. Обеспокоенная возникновением нового торгового центра на Архипелаге, НОИК в 1779 г. навязала Понтианаку договор, по которому султан обязался платить Компании ежегодную дань, запретить разведение пряностей и кофе в своих владениях и позволить голландцам соорудить форт. Однако находившаяся накануне краха НОИК в 1791 г. была вынуждена покинуть Понтианак.
На южном Калимантане основным государственным образованием был султанат Банджармасин. На протяжении XVII — первой половины XVIII в. НОИК заключила с Банджармасином, который стал заметным центром торговли, несколько договоров о монополии на торговлю перцем, о военной помощи и сооружении фортов во владениях султаната. Несмотря на эти договоры, голландцы не добились реальных успехов на южном Калимантане: султаны Банджармасина не были склонны ни поступаться своими доходами, ни изгонять в угоду НОИК англичан, на протяжении всего периода сохранявших свои фактории в этом районе.
В 80-х годах XVIII в. Компания получила долгожданную возможность вмешаться в дела Банджармасина. В 1785 г. здесь вспыхнула междоусобица, в которой НОИК поддержала одного из претендентов на трон — принца Нату. Ната, став султаном Банджармасина, подписал с Компанией договор, по которому признавал последнюю своим сюзереном, а также предоставлял НОИК монополию на закупку перца и право на сбор торговых пошлин. Но колонизаторам не удалось воспользоваться плодами неравноправного договора. В 1797 г. они были вынуждены эвакуировать свой пост в Банджармасине, подвергавшийся постоянным нападкам со стороны местного населения.
Постоянным источником беспокойства для НОИК оставался южный Сулавеси. Свободолюбивое и воинственное население острова не прекращало борьбу
