горел свет, но я, воодушевленная, что не придется всю ночь плутать по опасному темному лесу, даже начала пританцовывать. Может, это какая-то сторожка лесника? Тогда вообще хорошо, он выведет меня отсюда! Однако странное дело. Двери нигде я не видела. Обошла избу кругом, но нашла лишь голые стены, сложенные из потрескавшихся кое-где срубов.
М-да, задачка. Зачем вообще сооружать такое странное жилище? Через окно что ль туда залазить?
На всякий случай я поднялась на цыпочки и заглянула внутрь. Рама явно никогда не открывалась, а занавески не давали увидеть ничего, что творилось внутри. Я несколько раз постучала в стекло. Но ответом послужила тишина.
В расстроенных чувствах села на пень в нескольких метрах от домишки и, разочарованно глядя на него, с тяжелым вздохом пробормотала себе под нос:
— Избушка, избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом.
Все же придется провести ночь под открытым небом...
Раздавшийся на всю округу оглушительный треск заставил меня подскочить и отбежать от источника звука. Я с открытым ртом наблюдала, как изба приподнимается от земли на... Мамочки! В изумлении я даже подошла ближе, чтобы разглядеть настоящие куриные лапы! Только гигантского размера.
Хата принялась медленно поворачиваться с непрекращающимся треском, покачиваясь из стороны в сторону. До тех пор, пока не развернулась на сто восемьдесят градусов и «села» обратно на землю, явив мне крыльцо.
Я остолбенела. Так и застыла с открытым ртом, пока маленькая рассохшаяся дверь со скрипом давно не смазанных ржавых петель медленно не распахнулась, как бы приглашая меня внутрь.
***
Помните это чувство, когда смотришь фильм ужасов, где герой направляется в какое-то жуткое место по собственной воле? И ты кричишь ему в экран: «Ну что за идиот! Не сунься туда!» Знакомо, правда? Вот и мой внутренний голос орал, как сумасшедший, пока я медленно, словно во сне, подходила к крыльцу.
Любопытство, толпы комаров и еще какое-то необъяснимое странное чувство подталкивало меня к призывно распахнутой двери. Ну не злая же там ведьма, в самом деле? При этой мысли что-то внутри меня истерически захохотало. Я не смогла сдержать нервный смешок.
Ноги сами пошли внутрь. Пришлось пригнуться, чтобы войти, настолько низкий оказался дверной проем, хотя я девушка весьма невыдающегося роста. Скорее даже наоборот. Про таких, как я, говорят: метр с кепкой. Ладно-ладно, может, чуточку выше. Во мне ровно сто пятьдесят шесть сантиметров. Но даже с ними пришлось постараться, чтобы попасть в дом.
Как только я ступила на порог, внутренне убранство осветилось несколькими свечами. Я вздрогнула. Будто кто-то выключателем щелкнул, так слаженно возникли маленькие огоньки. Подумала бы, что это декоративные пластиковые светильники на батарейках, которые управляются пультом, но огонь выглядел до ужаса натурально. Очевидно, потому что и был настоящим.
— Добрый вечер, — несмело поздоровалась я. — Есть тут кто?
Никто не откликнулся. Я принялась осматриваться. Изба как изба. Русская печь почти на половину помещения, несколько широких лавок, стол, пара больших ларей, на стенах пучки трав сушатся. Кажется, нечто подобное я видела на экскурсии, когда нам рассказывали о деревенском быте прошлых столетий. В далеких от цивилизации деревеньках до сих пор можно встретить нечто подобное, поэтому сильно интерьер меня не удивил.
Но стоило сделать лишь шаг внутрь, как сзади с грохотом захлопнулась входная дверь. Я подпрыгнула и даже вскрикнула, испуганно зажав рукой рот.
На меня никто не кинулся и не напал. Просто дверь. Сквозняк, возможно. Снова нервно рассмеялась.
— Ничего себе избушка, — тихо присвистнула я и еле удержала равновесие, когда все вокруг пришло в движение.
Судя по скрипу, она снова поднялась на лапы и двигалась в обратном направлении. Заходили предметы, со стола чуть не упал глиняный горшочек, я стояла рядом и успела его схватить, чтобы не разбился.
Через пару минут качка прекратилась. Сознание вопило, что здесь может быть опасно и нужно бежать. Я даже, поддавшись паническим мыслям, выглянула за дверь, которая без проблем открылась, и выглянула за порог. Деревья стоят, темно и те же комары звенят. Нет уж, лучше пережидать ночь внутри.
А вот нечто, не поддающееся объяснению, возможно, мое бессознательное, оставалось вполне спокойно. Здесь было даже уютно. Как будто я приехала к любимой бабушке в деревню. Только вот в чем загвоздка: обе мои бабушки всегда жили в городе и о деревенской жизни сами имели весьма слабое представление.
Я сняла рюкзак и без сил упала на лавку. Все-таки стресс давал о себе знать. После переживаний я всегда хочу есть и спать.
Собрав мысли в кучку, все-таки решила остаться здесь и дождаться хозяина сего странного жилища. Еще раз проверила телефон и в расстройстве кинула его вглубь рюкзака. Сейчас это бесполезный кусок пластика и стекла. Ни позвонить, ни написать никому! Попыталась откопать хоть какую-то снедь, но внутри оказалась лишь сменная одежда и кое-что из средств гигиены.
Ну конечно! Всю еду же мы везли отдельно. Я недовольно отпихнула от себя вещи. Взгляд мимо воли упал на горшочек. Когда я его спасала от падения, заметила, что он тяжелый. Руки сами потянулись к крышке. Внутри вкусно пахла гречневая каша. И какая! На молоке да с маслом. От аромата свело желудок, рот тут же наполнился слюной. Я вообще-то не великий любитель гречки, но голод брал свое.
Окинула помещение взглядом в поисках столовых приборов, а когда снова глянула на стол, увидела там деревянную ложку.
— Как?! — мимо воли вырвалось у меня. — Ее здесь только что не было!
Да, я точно это помнила! На столе одиноко стоял лишь горшок. Но глаза меня не подводили. Взяла ложку и принялась за кашу, мыча от удовольствия. Кем бы ни являлся хозяин избушки, готовить он умел. Не хотелось нарушать приличия и без спросу есть, но почему-то складывалось впечатление, будто дом сам предложил мне трапезу.
Ну, Яся, скажешь тоже — дом. Наверняка не заметила сначала эту ложку, вот и напридумывала себе всякое.
Когда половина горшочка была опустошена, а я поняла, что больше не впихну в себя ни ложечки, удовлетворенно оперлась спиной о стену.
— Сейчас бы чайку, — широко зевнула, прикрыв на пару секунд глаза.
А когда с трудом распахнула веки, чуть не подпрыгнула. Передо мной стояла кружка с каким-то отваром, от которого поднимался ароматный пар.
— Эм-м-м… Спасибо, — несмело поблагодарила я неведомо кого и осторожно принюхалась. Напиток пах мятой и мелиссой. Ладно, аромат этих трав я знаю, кажется, можно спокойно пить.
Через минут десять
