высокое звание, ни на императорское признание. Для нее это все так, шелуха.
— Что ж ты за фея такая, Тася? — бросил он в никуда раздраженно.
Он знал, что другую кандидатуру совет одобрит вряд ли. Да и кого она найдет за три дня? Но хотелось проучить Тейселен. Хоть как-то отомстить за ее строптивость.
Ладони Эйдана мерцали красным.
Огонь рвался наружу. Тек по венам, которые обозначились уже под кожей алым.
Зрелище жутковатое, хорошо, что рядом нет никого.
Посетила мысль: а что бы теперь сказала дерзкая фея? Ощутила бы хоть какой-никакой трепет?
— С ума сошел, — раздраженно сказал Эйдан сам себе, — думаю как произвести впечатление на женщину с крыльями стрекозы. Да и тьма бы с ней!
Впрочем, он тут же сам усомнился в собственных словах, потому что отдавать привлекательную фею с хорошей грудью тьме не хотелось.
Раскинув руки в стороны, Эйдан выгнулся в пояснице чуть ли не дугой, встав на цыпочки так, словно его что-то поднимало, потянув за привязанную к торсу невидимую веревку.
Одежда вдруг начала таять, становясь прозрачной, а потом и вовсе исчезла, но генерал к тому моменту уже мало напоминал человека. Его тело покрылось черной чешуей, а грудь выглядела как жерло вулкана, из которого рвется лава.
С диким ревом дракон принял угрожающие размеры, а за его спиной с хлопком выросли огромные перепончатые крылья.
Гигантская голова, увенчанная серебристыми рогами, совершенно не имела общих черт с Эйданом Брелентером. Вытянутая зубастая пасть, раздутые ноздри, в каждую из которых можно сунуть руку до локтя. Пожалуй, единственное сходство — цвет глаз. Зеленые, но с вытянутыми вертикально зрачками.
Мощное тело не выглядело грузным, поскольку состояло из сплошных мышц.
Черный дракон легко оторвался от крыши, сконструированной как взлетная площадка, и спустя несколько мгновений уже парил над замком.
Сделав полный круг, он полетел туда, куда стремились его мысли. В зачарованный лес, где заведовала своей волшебной школой фея Тейселен.
С его размерами и скоростями расстояние до леса было преодолено за считанные минуты.
Вскоре тень черного дракона накрыла лесную лужайку, на которой мирно паслись оленята и антилопы.
Между ними порхало что-то лиловенькое, возможно, феечка.
Очень захотелось спуститься ниже, проверить, не она ли это. Тейселен Амилейни.
Ее загадочная несговорчивость и равнодушие к мирским благам, которые мог предложить ей дракон, поистине сводили с ума.
Эйдан, сидевший внутри великолепного ящера, продолжал думать о тайне, которую ему так хочется разгадать. А ведь решил полетать, чтобы отвлечься и развеяться!
Фигурки внизу были слишком мелкими, чтобы разобрать какие-то подробности.
Он даже не уверен, что верно определил род живности, хотя драконье зрение и безупречно точное.
Покружив немного над лесом, Эйдан полетел обратно к своему замку.
А когда превратился уже в человека и подошел к краю крыши, полюбоваться видом, понял, что прогулка не прошла даром.
Спасительная мысль мелькнула в мозгу ярче молнии.
Он понял, как досадить вредной фее и вывести ее на чистую воду. Он докажет, что она не так уж и равнодушна к привилегиям, которые дает ей брак с герцогом.
7.3
Личный экипаж Тейселен похож на ракушку. А запряжен он… нет, не единорогами. Говорят, они тут и правда есть, но жутко капризные животинки себе на уме. Только жрут целыми днями и музыкально ржут. Жрут и ржут. Лучшая скороговорка про единорогов.
В упряжке моей было двое белых коней, не хватало третьего, чтоб как в песне, декабрь, январь и февраль.
— Меня не будет два дня, — строго сообщила я своим подчиненным, — исполнять мои обязанности будет не кто-то один, а вот вы трое.
Указала на Гринельму, куда уж без нее. Личность она зеленая и скользкая, но кроме Грини о тонкостях происходящего в школе никого и нет.
Следом выбрала в свои замы наставницу общежития Зелетию и старейшую (после Тейселен) преподавательницу магической теории и практики.
Мне нужно было сопровождение, поэтому со мной отправилась целительница Арсельма. Маленько боязно конечно лишать главной лекарки свой приход. Но уроженка Ителении мне в попутчиках была как нельзя кстати. К тому же, вместо Арсельмы остались две ее практикантки, выпускницы школы прошлых лет.
— Я так давно не была на родине! — вздохнула Арсельма, когда мы загрузились в ракушку. — Примерно двадцать лет. Но не думаю, что там что-то поменялось за это время.
Целительница выглядела чуть постарше меня. Я знала, что это значит — она родилась естественным путем от феечки. Такие феи живут значительно дольше обычных людей, но все равно стареют и умирают раньше, чем чуть ли не вечные высшие типа меня. То есть, Тейселен.
Внутри кареты-ракушки было розово.
Два диванчика, обитые бархатом друг напротив друга, были снабжены системой ремней. То ли тут дороги плохие, то ли кони быстрые. Увидев, что Арсельма без раздумий пристегнулась, я сделала то же самое.
И очень не зря. Потому что карета наша тронулась, чуть разогналась и… взлетела.
— Мать перемать! — закричала я от неожиданности.
— Я тоже всегда нервничаю, когда они взлетают, — сообщила взбледнувшая Арсельма, — меня еще и укачивает, если честно.
Было до чертиков любопытно посмотреть, чем же они там летают. Когда мы были на твердой поверхности, я не углядела у лошадок крыльев или реактивных ранцев. Обычные коняшки, только красивые. Может, это их розовые попоны, которые мне показались неуместными, в крылья превратились? Быстрее всего так.
Лететь скорой каретой было не так чтобы шибко комфортно. Я быстро начала понимать Арсельму, у самой тошнотики к горлу приперли.
— А чего ты из своей Ителении к нам переехала? — спросила я, чтобы отвлечься от дурноты. — Там ведь все свои. Феюшки.
— В самой Митерии не особенно нас любят, — вздохнула Арсельма, — правящая фамилия считает, будто феи, если их подпустить близко ко двору, тут же попытаются захватить власть. Мы ведь больше с магией, живем долго. А нынешняя королевская семья из людей, хоть и магов. Но одно дело ей обучаться и быть проводником, другое — родиться волшебной. Поэтому Ителения такая обособленная. Это не привилегия, а изгнание.
— Но не обижают, хотя бы? — сердобольно спросила я.
— Как Митерия в состав Антурии вступила, так оставили в покое, — охотно ответила Арсельма, — потому что империя хорошо относится к феям. Так что семейству Родбенгов деваться некуда. Не любят, но терпят. Однако те, у кого есть возможность, стараются, как на крыло встанут, упорхнуть подальше от Ителении. Рассеиваются по всей империи, благо сейчас это проще стало.
Я призадумалась. С одной стороны, в этом фейском городке вряд ли осталась какая-то крылатая элита. С другой — если мне удастся найти
