к ближайшей и выпустил Духовную Нить.
Белая линия легла между двумя тусклыми точками. От второй я протянул её к третьей, потом разветвил. Нить уходила всё дальше. Она пересекала небо и цеплялась за звёзды. Потом возвращалась назад.
Гримуар понял мой замысел.
Алые жилы покинули воду и метнулись вверх. Несколько ударили по Нити. Она прогнулась, но выдержала. Я добавил духовной силы. Линия стала жемчужной и разделилась на десятки отростков.
Книга поднялась с плиты.
Её страницы распахнулись, как крылья. Обложка выросла. Через пару вдохов гримуар заслонил половину неба, а его корешок превратился в чёрную скалу. С каждой страницы на меня смотрел один приказ.
ПОДЧИНИСЬ!!!
Сеть закончила первый ряд.
Я свёл пальцы.
Девяносто девять узлов разом затянулись вокруг гримуара.
Книга рванулась вверх.
Сеть натянулась. Несколько узлов вспыхнули и погасли. Белые линии затрещали, а огромный гримуар продолжил подниматься. За ним потянулось Кровавое Море. Вся его масса собралась над книгой в волну.
Я потянул сеть на себя.
Гримуар ответил новым рывком.
Нить впилась в обложку, но книга стала ещё больше. Корешок прорвал первый ряд. Следом лопнул второй. Алая волна поднялась над чёрным небом и приготовилась рухнуть на меня.
Силой такую добычу удержать было трудно.
Тянуть напролом тоже было глупо.
Рыбак, который спорит с крупной рыбой одной лишь силой, скоро остаётся с обрывком лески. Хороший рыбак даёт добыче ход и следит за натяжением. Потом ждёт нужного мгновения.
Я разжал пальцы.
Сеть ослабла.
Гримуар вырвался вверх. Алые жилы метнулись следом, а волна понесла книгу прямо к погасшим звёздам. На страницах вспыхнули новые приказы. Чужая, кровожадная, демоническая воля уже чувствовала победу.
Я сжал кулак и в этот момент свободные края сети сомкнулись у неё за спиной.
Белые линии обернулись вокруг книги в несколько слоёв. Каждый рывок гримуара затягивал узлы всё сильнее. Страницы путались в ячеях, а алые жилы хлестали по пустоте и сами попадали в петли.
Волна рухнула сверху.
Сеть прогнулась до первого Моря. Вода под ней разошлась от края до края. Серая плита ушла под поверхность, а жёлтый Глаз закрылся.
На берегу лагуны моё сердце пропустило удар. Из носа на губу скользнула тёплая капля. Дыхание сорвалось, и верхний слой снова пошёл трещинами.
Гримуар давил всем весом. В нём смешались поглощенная Багряным разломом сила девяти практиков и ярость угря. Над ними стоял голод техники. Книга обещала быстрый путь, от меня же требовалось всего лишь согласие.
Я уже видел людей, которые соглашались на такие сделки.
Сначала они брали силу ради защиты семьи. Потом семье требовалась защита от них самих.
Подо мной возник плот, и я упёрся ногами в доски.
Настоящий Экспедиционный плот остался на реке. Этот родился в море души из звёздного света и моей воли. В центре поднялся трон. Он выглядел грубо, словно его собрали на берегу из того, что нашлось под рукой. Такой подход мне нравился куда больше золота с бархатом.
Я сел.
В правую ладонь легла звёздная острога — внутренний образ моего оружия. Три центральных зубца горели ярче, и издали острога напоминала трезубец. В левой остался край сети. За спиной колыхалось первое Море, а над головой висела пойманная книга.
Гримуар раскрыл пасть из страниц.
ПОДЧИНИ…
Я прервал его, непреклонно потянув сеть вниз.
— Ты вошёл в моё море и решил стать его хозяином, — произнёс я. — Ты получил силу из моих побед и принял её за свою. Ты совершил ошибку, и поэтому последствия для тебя будут простыми.
Я ударил древком остроги в плот.
По доскам прошла волна света. Она поднялась по Нити и добралась до каждого узла. Сеть стала огромной. Теперь она закрывала всё небо и держала гримуар вместе с алой волной.
Я посмотрел на книгу сверху вниз.
— Подчинись.
Море души содрогнулось.
Приказ встретился с приказом. Один родился из голода, второй же шёл от моего Пути.
Гримуар продержался один вдох.
Потом его обложка треснула вдоль тиснёного названия.
Книга начала уменьшаться. Чёрная скала стала домом, потом сундуком. Ещё через пару мгновений в сети бился обычный гримуар. Алые жилы втянулись в корешок. Страницы закрылись одна за другой.
Последняя легла с таким хлопком, будто книга хотела оставить за собой право на последнее слово.
Я дёрнул сеть, не давая сказать ей даже этого. Гримуар ударился о край трона и затих.
— Вот теперь порядок.
Кровавая волна над ним лишилась опоры. Она рассыпалась дождём. Миллионы капель застыли над первым Морем и соединились. Затем они растеклись единым слоем.
Верхнее Море обрело край.
Оно оказалось шире нижнего. Багровая гладь выступала далеко за его границы, будто над обычным озером повесили второе, гораздо крупнее. Между слоями осталось пространство, заполненное алым туманом. В нём медленно плавали тяжёлые капли.
Первое Море отражало мой Путь.
Второе хранило силу, которую я отнял у тех, кто пришёл убивать моих людей. Теперь и эта сила получила место.
ВСПЫХ!
В чёрном небе зажглась первая звезда.
За ней загорелась вторая. Затем Кровавое Море ударило светом снизу, и все девяносто девять звёзд засияли разом.
Всё случилось так же, как и в прошлый раз: во время прорыва звёзды таланта зажглись вновь.
Я присмотрелся к созвездию, которое они образовывали. Рисунок будто бы оставался как раньше, но всё же он изменился, пусть и немного, но изменился.
Звёздный плот и трон остались прежними. Сидящая фигура монарха продолжала держать в одной руке острогу. Три её центральных зубца горели ярче, а вся острога издали напоминала трезубец. Из второй свисала сеть. Новым было другое: в её ячейках алой точкой горел пойманный гримуар.
Я уже догадался, что за странная штука был этот гримуар. Когда Багрот передавал мне технику, он вложил в неё крошечную демоническую волю. Та росла вместе с силой моего Багряного разлома. Она должна была навязать мне следование демоническому пути, фактически Багрот хотел создать себе союзника среди людей.
Но его план провалился. Мой путь оказался сильнее, воля гримуара больше не диктовала мне направление. Ей предстояло двигаться туда, куда укажу я.
Созвездие Монарха стало полнее.
Верхнее Море ответило ему волной. Нижнее поднялось навстречу. Два слоя столкнулись через разделявшее их пространство, и удар прошёл сквозь всё вместилище.
Сила хлынула в тело.
Она заполнила каналы и расширила их. Кости загудели. Связки и мышцы словно стянули невидимыми жгутами, а затем отпустили. Кожа покрылась жаром. Старые шрамы зачесались и побледнели.
Я сидел на песке, но чувствовал каждый
