Мне очень жаль, что вам пришлось это наблюдать. Кип, я не собираюсь тебя защищать только потому, что ты мне родня. Хотя свидетельства твоей вины далеко не исчерпывающи, они определенно вызывают сомнения. Кип, с этого момента ты исключен из Хромерии, равно как и из Черной гвардии, и изгнан с обеих Яшм. Если кто-либо из твоих
«Могучих» захочет отправиться с тобой – они тоже будут исключены и изгнаны. Прочь с глаз моих, внук!
– Я…
– Прочь! Прочь, пока я не передумал! – взревел Андросс. – Ступай вон!
Кипа трясло от ярости – не из-за себя, но из-за того, что он позволил командующему попасться в эту ловушку.
Внезапно Гилл Грейлинг и Калиф оказались прямо за его спиной – чтобы при необходимости защитить Андросса Гайла от него.
«Нет, нет… Этого я не хочу». Словно в тумане, Кип вышел из зала. Ребята, а с ними и Железный Кулак вышли следом. Створки дверей закрылись, но прежде, чем кто-либо успел вымолвить хоть слово, одна из них приоткрылась вновь, и Андросс высунул голову наружу.
– Командующий, – тихо сказал он, – я знаю, как Черные гвардейцы вас любят. Если вы поднимете мятеж, ручаюсь, что половина присоединится к вам. Так что вам решать: такой ли участи вы для них хотите – что для тех, что для других? Ведь впоследствии я буду вынужден распустить оставшихся, так что вы сами положите конец вашей драгоценной Черной гвардии!
И Андросс вновь исчез за дверьми. Кип взглянул в лицо командующего и испугался. Огромная фигура воина сотрясалась от бешенства, кулаки были крепко стиснуты у бедер. Кип, в общем-то, и так никогда не забывал, насколько Железный Кулак высок и огромен и что он, наверное, лучший боец из всех, кого ему доводилось встречать, однако такое напоминание вызывало особое чувство. Он слышал, как командующий дышит: на четыре счета вдох, на четыре задержка, на четыре выдох, на четыре задержка. Это был очень эффективный способ успокоиться, которому командующий сам учил их, чтобы усмирить боевую ярость или успокоить гнев.
Железный Кулак повернулся к Кипу.
– Так, значит, она мертва? – спросил он. Его голос звучал сдержанно. Он имел в виду Белую.
– Сейчас уже наверняка. Мы виделись с ней минут десять назад, но ей оставалось совсем недолго.
Кипу хотелось рассказать ему больше, но в коридоре было слишком много чужих ушей. Железный Кулак двинулся к лифту, и они привычно пристроились за ним.
– Ну-ка, ну-ка, что это за вид? – насмешливо сказал Арам, когда они проходили мимо поста Светлой гвардии. – Кажется, нашим щенкам надавали под зад?
Он громко расхохотался. Следуя примеру командующего, Кип не стал реагировать: мерзавец явно ждал нападения. Когда Кип молча прошел мимо, Арам повернулся, продолжая смеяться ему в лицо.
Уже миновав пост, Кип услышал за спиной звонкий удар металла о камень, и смех резко оборвался. Кип бросил взгляд назад – но отряд даже не сбился с шага. Арам с трудом удерживал равновесие, его взгляд был расфокусирован, шлем съехал на переносицу. На стене за его головой образовалась свежая царапина, как раз на уровне шлема. Арам тяжело опустился на стул под озадаченными взглядами своих друзей – Светлых гвардейцев. Кип перевел взгляд вперед, чтобы не привлекать к инциденту лишнего внимания.
Лишь когда они дошли до лифта, Железный Кулак, который за все это время даже не обернулся, буркнул вбок:
– Спасибо, Лео.
Кип взглянул на своего товарища: здоровяк смотрел прямо перед собой, но на его лице промелькнула довольная усмешка.
* * *
Им пришлось подождать, пока лифт прибудет на их уровень. Когда он наконец приехал, внутри оказалась Каррис в сопровождении двух рабынь. Она вытирала носовым платком разгоряченное лицо – похоже, тоже бежала, – одна из рабынь пыталась придать ее длинным темным волосам какое-то подобие порядка, а вторая, с шокированным видом, заканчивала шнуровать сзади ее платье. Лифт остановился, и они вышли.
– Что случилось? – спросила Каррис. – Они уже знают?
– Нет, – отозвался Железный Кулак. – Промахос только что лишил меня должности.
– Что?! – вскричала Каррис. – Мы расстались на какие-то…
– Вам необходимо пойти туда. Выясните все, что сможете, – сказал ей Железный Кулак. – Когда поймете, что пора, скажите им сама. Это то, чего хотела бы Белая.
– Так, значит, она мертва.
Лицо Каррис исказилось скорбью, которую она тут же подавила.
– Только не позволяйте этому лишить вас способности соображать. Идите. Мы встретимся позже, – сказал ей Железный Кулак.
Каррис огляделась вокруг, как будто хотела сказать что-то еще, но боялась, что ее могут подслушать шпионы.
– Передайте Кипу… – начала она.
Потом ее взгляд упал на Кипа, и она, кажется, забыла, что хотела сказать.
Она протянула к нему руку и неловко коснулась его плеча, словно пытаясь извиниться за их последнюю встречу. Однако на это не было времени. Одна из рабынь нанесла на ее лицо последние мазки пудры, и Каррис двинулась прочь.
Взмахом руки отпустив рабынь, она величественно заскользила к посту Светлой гвардии. Арам все еще сидел, держась за голову. Остальные Светлые беспомощно посмотрели на нее.
– Только посмейте до меня дотронуться, – надменно провозгласила Каррис, горделиво подняв голову и глядя мимо них. Ее маленькая фигура излучала силу, катившуюся впереди нее словно волна. – Посмейте сказать мне хоть слово!
Они не посмели.
Глава 91
Зимун сидел на возвышении рядом со своим дедом – где ему было самое место. Во всяком случае пока. Корона избранного Призмы приятно обременяла его лоб, но он рассчитывал на большее. Избранный Призма? Он должен быть полноправным Призмой!
«Все это, конечно, дедовские штучки – старик желает держать меня на привязи. Ну ничего, рано или поздно он у меня поплатится!» Зимун и так уже был раздражен тем, что вниманием собравшихся завладел верховный люксиат, который нудел и нудел без остановки. Какое-то время молодой цветомаг изображал почтительный трепет, но время шло и шло, а проповедующий все не желал затыкаться! Так что теперь Зимун занимался тем, что разглядывал собравшуюся знать и решал, с какой из женщин он желал бы переспать.
С женщинами всегда было столько драмы! Он это обожал. Сама охота за ними доставляла Зимуну огромное удовольствие. Для начала осыпать женщину словами, затопить вниманием, зорко следить, какая именно лесть приносит наибольшие плоды, выискивать слабые места и почаще к ним возвращаться. Женщине нужно уделять постоянное внимание, делать вид, будто она – центр твоего мира.
Затем любовные встречи, сперва нежные и пылкие, с животной страстью и полным сосредоточением. А потом, когда женщина уже у тебя в руках, – безразличие, перемежающееся моментами
