— Дугин — учитель, — назидательным тоном заметила Таня, — а учителей нельзя обманывать.
— Танька, какая же ты правильная! — вдруг рассердилась Наташа. — Ваське же играть хочется! И ребятам хочется, чтобы Васька играл! Как ты этого не поймешь!
Дверь открылась, и в гараж вошел Тихон Максимович, неся небольшой старенький канцелярский столик. Следом появился Иван Кузьмич.
— Куда ставить, Иван Кузьмич? — спросил дворник, опуская свою ношу на землю.
Иван Кузьмич осмотрелся:
— Ставь посредине. А всю эту дребедень надо выкинуть. Здесь будет штаб-квартира футбольной команды.
Он подошел к наваленным в углу ящикам и мешкам, поправил один из них, потом сказал:
— Вы, ребята, следите, чтобы ничего не растаскали. А то покупать вам больше ничего не будем.
Вася порылся в кармане, вытащил оттуда новенький блестящий ключ, затем снова запустил руку в карман, вынул несколько монет.
— Вот, Иван Кузьмич, второй ключ. Сразу после школы зашел в мастерскую, при мне и сделали. Возьмите сдачу.
— Видите, захотели второй ключ, пожалуйста, — второй ключ, — благодушным тоном проговорил Иван Кузьмич, беря у Васи ключ и деньги и передавая их дворнику.
— Конечно, им без своего ключа совсем неудобно было, — сказал Тихон Максимович. — Просто надоели! Ведь каждую минуту бегали ко мне за ним…
Иван Кузьмич направился к выходу, но, заметив старую банку, на которой только что сидел Петя, остановился и, обращаясь к дворнику, распорядился:
— Сегодня же надо будет убрать всю эту дребедень!
Тихон Максимович взял с земли бочонок с остатками извести и вышел из гаража. Покряхтывая, Иван Кузьмич последовал за ним.
Вася по-хозяйски сдунул со стола известковую пыль, высыпавшуюся из бочки при неловком движении дворника, так же по-хозяйски отставил в сторону банку из-под бензина. Потом подошел к ящикам в углу и таким же движением, как делал это Иван Кузьмич, переставил один из них. И озабоченно сказал:
— Надо, чтобы здесь был полный порядок. Слыхали, как он сказал? Штаб-квартира!.. А вы тут хотите, чтобы я рассказал про тройку! Да плевать мне на эту тройку, если уж на то пошло!
— Ты не на отметку, ты на данное тобой слово плюешь! — возмущенно сказала Таня. — Ведь это же просто некрасиво…
Вася подлетел к ней:
— Знаешь что… Не рассуждай здесь… А то вылетишь как пуля отсюда… К своему Сережке.
— Ну и что же? Ну и вылечу! А Сергей в тысячу раз и лучше и умнее тебя! Ведь вы все разбежались по телевизорам, а он один…
Она не договорила, круто повернулась и, ни на кого не глядя, вышла из гаража.
— Ребята, половина шестого! — вдруг воскликнула Наташа, посмотрев на наручные часики. — Вы тут расселись, а, может, Дугин пришел уже и ждет вас.
— Аккуратные люди приходят всегда точно в срок, — заметил Петя. — На железной дороге даже есть такое правило, если машинист приведет поезд раньше расписания, ему попадает.
— Все равно. Надо выходить, — согласился с Наташей Вася.
Наташа и мальчики выбежали из гаража. Вася закрыл дверь на замок, для верности несколько раз дернул его и только тогда побежал за всеми.
У ворот уже собрались все ребята и с нескрываемым волнением смотрели в конец переулка, где стояла желтая повозка с большой надписью «Хлебный квас» и откуда должен был появиться Дугин.
— Не пришел еще? — спросила Наташа.
— Вон идет, — указал Саша на полного пожилого мужчину, который шел по противоположному тротуару.
Девочка сначала с любопытством посмотрела в указанном направлении, потом обиженно сказала:
— Не остроумно! Просто даже глупо!
Вася подошел к Агею:
— Иди на угол, как увидишь его, сейчас же дай знать.
— Там очень солнце печет, на углу, — заскулил мальчик. — Мне нельзя долго быть на солнце. Веснушки…
— Встанешь в тени, — прервал его жалобы Вася. — А против веснушек есть крем, спроси у Таньки, как он называется.
Агей нехотя отправился на свой пост.
Наташа снова посмотрела на часики.
— Уже без четверти, — сообщила она Васе. И тут же добавила: — Вообще, ребята, до его прихода осталось полчаса. На пятнадцать минут разрешается запаздывать. Это даже не считается опозданием.
— Это где, в английском парламенте такие законы? — рассмеялся Гриша. — Дай мне записку, что есть такое правило. А каждый день в школу буду приходить на полчаса позже…
Вася снова посмотрел на угол, затем пошел во двор.
В стороне, возле водопроводного крана, стоял Андрюша и бил головой по мячу: подбросит его вверх, ударит головой, а мяч летит не в ту сторону, куда Андрею хотелось. И всякий раз мальчик бежал за ним, снова подбрасывал вверх, снова ударял — и опять неудачно.
Вася остановился невдалеке, некоторое время понаблюдал за неуклюжими движениями товарища, затем рассмеялся:
— Все равно у тебя ничего не получится, Андрей. Сколько ни бей — не будешь футболистом. Нет у тебя футбольной жилки.
Андрюша повернул к Васе покрасневшее от натуги лицо, хотел что-то ответить, но вместо этого молча взял мяч с земли, снова подбросил вверх и ударил по нему головой.
Подошел Валя, поставил на скамейку ногу и, завязывая шнурки на ботинке, сказал:
— Не все же такие талантливые, как ты, Васька?
Вася самодовольно улыбнулся:
— Таланта у меня, конечно нет, но способности футбольные имеются.
Затем выхватил у Андрюши мяч, подбросил его вверх и крикнул:
— Бью в это дерево.
Он ударил. Но Валя перехватил обеими руками мяч на лету и вернул его Андрюше. Потом повернулся к Васе.
— Ну и что ты хотел этим доказать?
— Хочу доказать, что мяч может летать.
Андрюша положил мяч на скамейку, направился к водопроводному крану и подставил под него голову.
Валя тихо сказал Васе:
— Видишь, парень хочет научиться играть, а ты над ним все подсмеиваешься.
— А какое тебе, собственно говоря, до этого дело? — начал сердиться Вася.
Подошли другие ребята.
— Ты думаешь, Васька, что, кроме тебя, никто у нас не умеет играть. И вообще, по-моему, ты порядочный хвастун, — вызывающе сказал Саша.
— Что ты сказал! Повтори-ка! — надвинулся на него Вася.
Саша на всякий случай снял с рук кожаные перчатки и протянул их Вале:
— На, подержи.
Валя сразу положил перчатки на скамейку и стал в боевую позицию рядом с Сашей.
— Повтори, что ты сказал, — продолжал наступать Вася.
— Пусть только повторит! — угрожающе заявил Петя и для большего устрашения поплевал на ладони.
— Он сейчас забудет, что хотел сказать, — крикнул Юрка, вразвалочку подходя к спорящим.
Выразительно глядя на Сашу, вышел на линию боя и Коля.
— Повторю, если захочу, — произнес Саша, но своей угрозы в исполнение не привел, понимая, что численный перевес пока на стороне противника.
Стряхивая воду с мокрой головы, Андрюша посоветовал:
— Пойдите лучше под кран, смочите себе головы.
Но его благоразумный совет запоздал — быстрым движением Вася схватил Сашу за шею и стал пригибать вниз.
Во двор вошли никем не замеченные Ипполит и Агей. Ипполит приблизился и схватил сзади Васю за руку.
— Кто там еще лезет? — крикнул, не оглядываясь, Вася.
Ипполит с силой рванул его руку и отвел ее в сторону.
— Что это, разминка?
— Не разминка, а заминка, — ответил, посмеиваясь, Юрка.
— Это Васька все задирается, — стал пояснять Валя. — И над Андрюшей все смеется.
Ипполит повернулся к Васе.
— Что это, правду про тебя говорят?
Вася ничего не ответил.
— Хвастун он, этот Васька, — немного осмелев, сказал Саша, поглаживая рукой шею.
— Ладно, ребята, пока все, — сказал Ипполит, направляясь к скамейке. — Потом разберемся.
Он сел на скамейку. Его со всех сторон окружили ребята, стали с шумом рассаживаться на скамейке, на траве под деревом, прямо на земле.
— Мы мяч зашнуровали по вашему способу, — сообщил Агей.
Вася ткнул с силой его в спину и зло прошептал:
— Растяпа!.. Не предупредил!..
Коля подошел ближе к Ипполиту и сказал:
— Андрюша даже тетрадку принес, будет записывать все. Покажи, Лимон!
Андрюша вынул из-за пояса толстую тетрадь в черном коленкоровом переплете.
— К нам пришли еще двое ребят, из дома тринадцать, — сказал Петя. — Они тоже хотят играть. Вот они…
Ипполит смотрел на ребят и ничего не говорил. Ему вспомнились все те полезные и умные книги, которые перечитал он в течение последних вечеров. В них было много ценных советов — как вести занятия, чтобы не перегружать школьника, как сочетать успехи в спорте с успеваемостью в школе и другие. А сколько за эти вечера было продумано вариантов первого занятия! Какие только ни приходили в голову первые фразы, проверялись интонации, какими они должны быть сказаны, жесты, их сопровождающие… Сейчас все это показалось ему ненужным. И он просто спросил:
