— Опять двадцать пять! — рассердился Санько. — Для чего, зачем, почему… Да спросите любого баскетболиста, можно ли играть на площадке, если ее не утрамбуют молотым кирпичом!
— Говорите, что нужно делать? — спросила Ася.
— Известно что — ответил Санько. — Кварталов шесть отсюда, возле пожарной каланчи, ломают дом. Шоферы из нашего гаража, дружки мои, вывозили битый кирпич на свалку. Я как узнал — к прорабу. А там осталось его уже кот наплакал — на одну машину. Надо сейчас же посылать за ним. Пусть ребята принесут.
— Теперь понятно, — сказала Ася и повернулась к мальчикам. — Вам ясно, что от вас требуется?
— Не совсем, — ответил за всех Вася. — При чем тут мы?
— Как при чем? — удивилась Ася.
— Мы играть в баскетбол не будем. Девчонки будут играть. Пусть они и носят.
— Только о себе думают, — возмутилась Наташа. — А мы разве для вас ничего никогда не делаем?
— Ну, братцы мои, — рассердился и Иван Кузьмич. — Так рассуждать нельзя! Отчего я тут бегаю, волнуюсь? Лежал бы лучше дома на печке… Ведь я не буду играть, а работаю…
— Ваша должность такая, — сказал Коля.
— Ну, это действительно никуда не годится, — сказала Лида. — Что за эгоизм такой! Все друг для друга делают. И вы должны сделать для девочек. Не будут же они таскать тяжести.
— Ладно, смилостивился Вася. — Что от нас требуется?
Иван Кузьмич засунул руку в карман, позвенел там ключами, потом вынул один и протянул Тихону Максимовичу.
— Пойдите, Тихон Максимович, дайте носилки, и побыстрее, тут время не терпит…
В это время с улицы во двор вошла Анастасия Ивановна. Она, конечно, остановила Колю, узнала, куда и по какому делу они идут всем скопом, и тут же отчитала всех:
— А стирать ваши костюмы кто будет? Бабушки?.. Сейчас же ступайте, чего-нибудь наденьте на себя… Ты, Колька, возьми в шкафу отцовские брюки, старые. С заплатой на левой коленке которые…
Но Коля уже не слышал ее. За ним побежали домой и другие ребята.
Санько с видом человека, совершившего необычайно благородный поступок, прислонился к дверце машины.
— Баскетбольная площадка без кирпича — все равно что пирог без начинки, — философски изрек он.
— Никуда не годится площадка без кирпича, — согласился с ним дворник и пошел за мешками.
Через открытые окна донеслись первые позывные звуки футбольного марша.
— Ого! Пять часов! — сказал Иван Кузьмич, — «Спартак» — «Динамо»… Спартак набьет им, это без сомненья! Хотя…
— Я не разбираюсь в этих командах. Не знаю даже, за кого болеть, — сказала Ася и посмотрела в сторону дома. — Что это ребята так долго возятся?
Санько вскочил.
— Какого черта они там! К теще в гости собираются или куда еще… И дел всего на три минуты!
Но прошли три минуты, потом еще три и еще пять… А ребят все не было.
Голос футбольного комментатора уже успел рассказать о переполненном стадионе, о составе команд, назвал фамилии судей. В репродукторы слышно было, как взволнованно шумит стадион.
Ася приложила руки ко рту в виде рупора и громко крикнула:
— Ребята!.. Мальчики!.. Что же вы!
Никто не откликнулся.
— Тогда я поеду, — раздраженно сказал Санько. — Нет их, ну и черт с ними!
Сверху, со столба, раздался голос Сережки:
— Не придут они. Ведь Цыбак и Валька расселись у телевизоров. Разве оторвешь их теперь?
И он спустился вниз.
— Что же это получается? — неожиданно возмутилась Анастасия Ивановна. — Вы для них стараетесь, печетесь о них. А сами они для себя ничего не хотят сделать! Им бы только удовольствие получать!.. Сейчас я их всех обойду и притащу сюда!
Ипполит стоял неподвижно. Потом глухо произнес:
— Да я бы их…
— Спокойствие! — сказал, улыбаясь, Сережка. — История рассудит этих бездельников. Но из всякого положения есть выход!
И, продолжая улыбаться, он подошел к Тихону Максимовичу, взял у него носилки.
— Девочки! Кто пойдет со мной? Не пропадать же драгоценному строительному материалу! Покажем этим лодырям!
Таня восхищенно воскликнула:
— Мы с тобой, Сережа!
И выразительно посмотрела на Наташу. Но та даже не повернула головы. Она, не отрываясь, смотрела на окна домов, откуда сейчас доносился гул стотысячного стадиона.
— Я думаю, и для меня работа найдется, — сказала Ася, подошла к машине и раскрыла дверцу. — Довезете нас?
— Обязательно. Вас и еще троих девчонок возьму. А остальные дойдут.
— И я пойду с вами! — неожиданно решила Анастасия Ивановна. — Пускай Колька видит! А то ему все удовольствия подавай! Только сбегаю, переоденусь.
— Я бы тоже с вами, но одышка, — развел руками Иван Кузьмич.
Наташа подбежала к Ипполиту:
— Товарищ Дугин!.. Надо свистать всех вниз!
— Как это свистать вниз? — удивился Ипполит.
— Вот так.
Наташа вставила два пальца в рот и с силой подула. Но ничего, кроме негромкого шипения, у нее не получилось.
— Вот так. Свистите, только сильнее, как можно сильнее.
Ипполит протяжно свистнул, заглушая доносившиеся из репродуктора крики зрителей.
— Еще раз!
Дугин свистнул еще раз.
Прошла одна-две минуты. Из всех дверей начали выскакивать мальчики.
— Очень интересная игра, — сказал Вася. — Оторваться трудно… Ну, куда нужно идти?
Никто ему не ответил.
Наташа молча переводила взгляд с одного мальчика на другого. На Вале были огромные резиновые сапоги, какие носят обычно строители, на Васе топорщился большой отцовский комбинезон. Петя был в кожаной, тоже не по росту, куртке, Андрюша — в старой ватной стеганке.
— Петька! — крикнула вдруг Наташа. — Снимай куртку! Быстро!.. Валька, давай свои сапоги! Васька, давай комбинезон. Он подойдет…
— Кому подойдет? — недоуменно спросил Вася.
— Колиной бабушке! Она идет вместо него за кирпичами!.. Быстрей снимай!
— Уж и посмотреть футбол нельзя, — хмуро сказал Вася. — Разоралась тут!
— Бабушка и все взрослые идут за кирпичами… Для нас, понимаете! А вы можете смотреть на свой футбол!.. Никому вы не нужны.
Ребята стояли молча, некоторые уставились глазами в землю, а кое-кто вдруг заинтересовался тем, что происходит на крыше.
— Мы думали… — начал Коля. — Мы думали, за полтора часа кирпич никуда не денется…
— Плохо думали… — сказал Ипполит.
— Ну ладно, — вмешалась в разговор Ася. — Что было, то было. Теперь надо быстро все исправить.
— Одним словом, ребята, слушай мой приказ! — скомандовал Вася. — Налидоли илидтили!
— И без вашего «ли» понятно, что все вы лодыри и… — голос Наташи оборвался, и она отвернулась в сторону.
Вася подошел к Санько:
— Езжайте. Только медленнее. Покажете нам, где этот кирпич!.. Ребята, айда!
— И Вася, схватившись обеими руками за борт, легко, по-спортивному, перемахнул через него. Забрались в кузов и остальные ребята.
Мотор загудел, машина развернулась и медленно поехала к воротам.
«Тройка с тройкой»
Когда на сердце тяжело, где можно успокоиться, как не в душной тесноте заброшенного гаража! Здесь можно обсудить любое, самое безвыходное положение, собраться с мыслями, обдумать план действий.
Наташа сидела на досках, положив на них носовой платок. Таня стояла рядом. Петя устроился на банке из-под бензина. Неудобно, конечно, банка все время шаталась, ноги приходилось поджимать под себя, но разве сейчас до удобств. Коля прислонился к косяку открытой двери. Вася ходил по гаражу, — сделает шаг туда, шаг обратно, потом два шага в сторону.
— Надо, ребята, как-нибудь договориться. Дугин ведь скоро придет, — напомнил Петя.
Вася остановился и решительно произнес:
— Что тут договариваться. Идти на тренировку — и все!
— У тебя, Вася, все в повелительном наклонении, — сказала, едва сдерживая себя, Наташа. — Поймал тройку и в ус не дует. И даже не хочет понять, как все это серьезно.
— Серьезно! — презрительно скривил губы Вася. — Наобещали сгоряча — и только! Из-за этого отказаться от тренировок просто глупо.
— Раз ты дал слово, Вася, — наставительно проговорила Таня, — надо его держать. Это не по-комсомольски…
— Вася у нас лучший игрок, — прервал ее Петя и качнулся на своей банке в сторону Наташи.
— Ой, не пачкай меня! — в испуге вскрикнула девочка.
Но Петя даже не повернул головы в ее сторону и продолжал:
— Надо взвесить, что лучше для нас — чтобы Вася из-за какой-то бессмысленной тройки не играл в футбол или не обращать на нее никакого внимания…
— Ведь Дугин о ней не знает, и если мы не скажем ему, то все обойдется, — нашел выход Коля.
— Дугин — учитель, — назидательным тоном заметила Таня, — а учителей нельзя обманывать.
