— Мы стесняться не будем, — заверила его Наташа.
Позади раздался крик:
— Дорогу! Дорогу!.. Посторонитесь!
Антон Яковлевич, Наташа и Петя отошли в сторону. Мимо них прошла целая процессия: девочки и мальчики несли столы, скамейки, лопаты, грабли, ломы…
— Вот здесь мы их и установим, — сказал Володя, опуская свой груз на землю. — Это для шахматно-шашечного клуба.
— Сюда тоже надо будет провести свет? — закричал откуда-то сверху, с лестницы, приставленной к дереву, Сережка. — Баскетбольную площадку я уже залил морем огня. А как шахматисты? Будут играть в темноте?
Володя посмотрел наверх:
— Лучше проведи и сюда лампочку. А то я могу съесть твоего ферзя вместо пешки.
— Хорошо! Да будет свет и над шахматами! — патетически воскликнул со своей лестницы Сережка.
Наташа и Маруся, высокая девочка в очках, расставили по своим местам столы и начали вытирать с них пыль.
Во двор вошла Лида. Сделала несколько шагов от ворот, оглянулась вокруг. Потом, заметив работающих у столов девочек, направилась прямо к ним:
— Работа кипит?.. Что это будет?
Наташа не очень дружелюбно посмотрела на незнакомую девушку.
— Столы будут.
Лида отошла от девочек, приблизилась к только что вкопанным в землю столбам и притоптала босоножками песок. Посмотрела вверх, на лестницу, где орудовал отвертками и молотком Сережка. Потом подошла к забору, где сушилась доска с девятью правилами футбольной игры, попробовала на доске краску. Снова оказалась возле девочек и спросила их:
— А вы кто такие?
— Мы — девочки, — не очень находчиво ответила Маруся.
— Я не об этом спрашиваю. Каким видом спорта занимаетесь?
— Пока что никаким, — ответила Наташа. — Я…
Она вдруг замолчала и уже более внимательно посмотрела на девушку. Потом нерешительно сказала:
— Вы — Лида… Нам о вас говорили. Людмила Александровна сказала, что вы носите челку.
Лида провела рукой по волосам и рассмеялась:
— Единственная челка на всю фабрику!
— Девочки, это наш тренер по баскетболу, — пояснила Наташа подругам.
— Что же ты говоришь — наш? — заметила Лида. — Ведь ты не спортсменка.
— Вы знаете… Мне нужно обязательно стать первоклассной баскетболисткой! Я должна доказать одному человеку, что я не хуже другого человека… Я готова что угодно сделать… Назло ему!
— Вот первый раз вижу, чтобы спортом занимались назло кому-нибудь, — удивилась Лида. И вдруг воскликнула: — Братцы мои, а мы отстаем…
— От кого мы отстаем? — удивленно спросила Наташа.
— Нам надо тоже доску сообразить. С правилами!
— Верно! — обрадовалась Наташа. — Только не меньше девяти правил нам нужно.
— Двадцать сочиним! — уверенно заявила Лида. — Мне тоже надо кое-кому назло сделать… А то кое-кто совсем зазнался… Где нам достать фанеру?
— Это проще простого! — сказала Наташа. — Иван Кузьмич для чего существует?
Они пошли по двору. Неожиданно Лида остановилась, взяла Наташу за руку и повернула с ней к цветнику.
Возле калитки, ведущей в цветник, в нерешительной позе стояли Ипполит и Тихон Максимович. В руках у обоих были лопаты. Тут же стояла тачка. А недалеко от них, на скамейке, с видом постороннего наблюдателя сидел Сергей Иванович.
Если бы скульптору надо было высечь из камня изваяние человека, оскорбленного в лучших своих чувствах и никем не понятого, более подходящего натурщика ему трудно было бы найти.
Лиде потребовалось немного времени, чтобы полностью оценить обстановку.
— Будете пересаживать? — тихо спросила она у Ипполита.
С опаской глядя на мрачную фигуру на скамейке, Ипполит шепотом ответил:
— Будем. Уже есть решение жэка.
— Здесь бумажка, — подтвердил дворник и хлопнул рукой по карману фартука.
— А он как? — Лида кивнула в сторону Сергея Ивановича.
— Сама видишь, — беспомощно протянул Ипполит.
Лида задумалась. Потом вдруг громко, так, чтобы слышно было на весь двор, заговорила:
— А вы советовались с настоящим садоводом?
Она оглянулась вокруг и, словно только сейчас увидела Сергея Ивановича, бросилась к нему и села рядом на скамейке.
— Сергей Иванович! Им же нельзя доверить такое тонкое дело, как пересадка цветов. Они все перепортят, переломают… Выручайте, Сергей Иванович!
Сергей Иванович смотрел безразличным взглядом куда-то вдаль, потом, не поворачивая головы, жестко сказал:
— Я не смирился! Я покорился силе — и только!
И он вынул из бокового кармана пиджака почтовую квитанцию:
— Вот расписка в сдаче почтового отправления. На имя председателя Всесоюзного общества по охране природы. Я еще воевать буду! И никого выручать не собираюсь!
И снова отвернулся в сторону.
Но от Лиды не так-то легко было отделаться:
— Но до чего же, Сергей Иванович, удачное вы выбрали новое место для цветов! Куда лучше, чем здесь! А главное — от этого отвратительного мяча подальше…
Старый садовод удивленно посмотрел на девушку. Потом пробурчал:
— Место нашли без меня… Оно, конечно, не такое плохое…
— Замечательное! И каждый сможет подойти к клумбе, полюбоваться ею, понюхать цветы… И скажет вам спасибо, Сергей Иванович…
— Чего вы от меня хотите? — сердито спросил Сергей Иванович.
— Посмотрите, чтобы они не испортили такие чудесные цветы… А без вас они натворят всяких бед… Только и всего что требуется от вас.
— Лопата есть? — вставая, спросил Сергей Иванович.
— Есть лопата! — тоже вставая, отрапортовала Лида.
Она подбежала к Ипполиту, выхватила у него лопату и, сделав ему рукой огромный нос, бросила на ходу:
— Учись, Поленька, как надо разговаривать со взрослыми!
Ипполит успел только раскрыть рот, но Лида уже убежала.
За воротами послышалось гудение автомобильного мотора, потом во двор, тяжело пыхтя, въехал грузовик.
В его кузове лежали столбы, доски, листы фанеры, какие-то ящики. К спинке кабины был прислонен большой книжный шкаф, тут же стояли стол, стулья, несколько соломенных кресел. А в креслах важно восседали Вася и Коля. Завидев Петю, они что-то ему закричали, потом начали делать знаки, которые могли означать только одно: привезли — во!
Машина остановилась посреди двора, дверца кабины открылась, и оттуда высунулась Ася.
— Иван Кузьмич! — крикнула она. — Куда все везти?
Подошел Кузьмич, встал на подножку машины, отчего кузов сразу наклонился в его сторону, и молча показал в глубь двора. Ася что-то сказала шоферу и вышла из кабины. Вслед за ней показалась Таня, в руках у нее были две большие, перевязанные бечевками пачки книг.
Автомашину со всех сторон обступили ребята, подошли взрослые.
— Для чего нам нужны кресла? — поинтересовался Агей. — А, понятно! После каждого гола будем отдыхать в них!
— Кресла мои! В читальне их поставим, — ответила Таня. — И, пожалуйста, никуда их не носите.
— Не бойся, никто их не тронет, — заверил ее Гриша. — А вот футбольных ворот я что-то не вижу.
— Есть, все есть, — успокоила его Ася.
Худощавый мужчина в очках подошел к грузовику, вытянул длинную шею и заглянул в кузов.
— Гамаков я действительно не вижу.
Затем повернулся к Асе и торжественно провозгласил:
— У вас будет гамак! Я отдам вам свой.
Окинул всех взглядом, проверяя произведенное впечатление, и добавил:
— Могу дать и детские качели! Нужно?
— Все нужно! — ответила Ася. — Все берем охотно и с большой благодарностью.
Неожиданно над площадкой зажглись электрические лампочки. Их свет в блеске яркого полуденного солнца казался совсем желтым. Горели они недолго и, раза два мигнув, погасли.
— Есть контакт! — раздался сверху довольный голос Сережки.
— Какой молодец Сергей! — тихо сказала Наташа Тане.
— Он мастер на все руки, — с гордостью ответила Таня.
Во двор стремительно въехала «Волга». Машина развернулась, потом пронзительно завизжали тормоза, и, еще не успела она остановиться, как из кабины высунулась голова Санько.
— Кто здесь старший? — крикнул он и, не дождавшись ответа, быстро выскочил из машины. — Чего вы все плачете — никто вам не помогает, никто для вас ничего не делает? Будет у вас кирпич!..
— Какой кирпич? — спросил Иван Кузьмич.
— Битый кирпич! Дом ломают!..
— Ну и пусть себе ломают на здоровье.
Санько в нетерпении снял с головы кепку, почесал взлохмаченные волосы и снова нахлобучил ее на затылок.
— А для чего нам кирпич нужен? — спросила Наташа.
— Опять двадцать пять! — рассердился Санько. — Для чего, зачем, почему… Да спросите любого баскетболиста, можно ли играть на площадке, если ее не утрамбуют молотым кирпичом!
