чесались – вор знал, что где-то здесь спрятаны несметные богатства. Предположительно.
– Тут наши пути расходятся, сэр, – пробормотал он с блеском в глазах.
Жители проходили мимо напарников, общались, смеялись, глядели на наглых гусей, которые заняли все место для голосований, но никто даже не взглянул на рыцаря и вора, смотревшихся посреди площади более чем необычно. Жители просто обходили их стороной.
– Погоди! – крикнул вслед Счастливчику дворянин. – Не теряй голову! Знаешь, как выбраться назад?
– Нет, – бросил вор через плечо. – А мне и все равно!
Левентье хотел еще что-то сказать, поднял палец, но передумал и махнул рукой. Рыцарь внимательно оглядел гуляющих деревенских обитателей. Он старался запомнить каждую деталь, чтобы потом написать трактат о магических диковинках страны Шести Цариц. Организация бесконечных турниров могла и подождать; прежде всего – задание мага, потому что свои обещания нужно держать. Потом – найти выход, написать трактат и как следует подготовиться к следующему визиту. В конце концов, книга ведь никуда не денется… Если получится, ее и назад можно отвезти, в поместье. Едва Левентье крепко задумался о деревне, затерянной во времени и пространстве, как жители стали обращать на него внимание.
– Доброго вам вечера, господин! – громко, почти в самое ухо рыцаря, прокричал какой-то бородатый мужчина, с виду кузнец.
Мельник с женой прошествовали мимо, поклонившись. Поежившись, дворянин двинулся к домикам, все еще осматриваясь по сторонам. Что-то казалось ему неправильным. Неестественным… Ощущение только подкреплялось тем, что он знал – деревня-то ненастоящая. Грюнвеля и след простыл; впрочем, рыцарь скоро выбросил его из головы. Пусть гоняется за сказками, Левентье пришел сюда с совершенно определенной целью.
Чем ближе к домам, тем больше народа. Домики стояли плотно, сверкая пестрыми фасадами и ухоженными лужайками перед ними. Яркие цветы, ленты и гирлянды, резные ставни, счастливые детские лица… все такое ненастоящее, такое выдуманное! Ни тучки на небе! Левентье начинала раздражать эта идиллическая картина. Наконец он поднял глаза и буквально впился взглядом в деревянный шар над одним из домов. «Дом старейшины! – вспомнил рыцарь, – что ж, пора заняться делом». Дворянин осторожно подошел к группе стариков, толкующих о чем-то возле самого дома. В одном из них Левентье заподозрил старейшину: самый старый и самый седой, хорошо одетый и, судя по разговору, знающий все о пшенице. Рыцарь, недолго думая, прочистил горло и встрял в разговор:
– Простите, вы здесь старейшина?
Старик улыбнулся в усы и осмотрел сэра Левентье.
– Я, благородный сэр. А вы по какому ко мне делу?
– Видите ли, я у вас заметил вот этот шар… ну, на крыше.
– Верно, урожай притягивает в нашу деревню. Священный талисман, если хотите, милорд.
– Я бы хотел у вас его забрать на время. Видите ли… – Левентье снова прочистил горло. – Местная… царица желает осмотреть такой могущественный артефакт. Вам его сразу же вернут.
– Я, благородный сэр. А вы по какому ко мне делу?
Левентье сощурился и замолчал. У старика что, старческая потеря памяти?
– Говорю, шар ваш на крыше мне приглянулся.
– Верно, урожай притягивает…
Остальные старики деревни наблюдали совершенно безразлично, глядя выцветшими глазами то на старейшину, то на незваного гостя. Левентье стремительно терял терпение.
– Ваш шар. На крыше. Он мне нужен! Понимаете?
– Я, благородный сэр. А вы по какому ко мне делу?
Дворянин призадумался. Что же такое скрывается внутри шара, что это заставляет весь выдуманный мир так заедать? Пожав плечами и засопев, Левентье отодвинул старейшину в сторону взмахом руки и приблизился к дому.
– Лучше не делайте этого, сэр.
Левентье обернулся. Старейшина кивал с милейшей улыбкой.
– А не то что? – рыцарь положил ладонь на рукоять меча.
Старики как будто дернулись; Левентье даже показалось, что они решили на него наброситься, но нет – лишь обман зрения, иллюзия. Старейшина и остальные остались на своих местах. Мило улыбались, шептались, кивали… Дворянин засомневался. Вдалеке внезапно раздался крик:
– А ну вернись, подлый ворюга! Хватайте его, братцы!
Грюнвель с набитым всяким добром мешком несся что было мочи по деревенским улочкам, лихо уворачиваясь от цепких лап толпы. Левентье нахмурился так сильно, что начало сводить лоб – раз жители вполне обычно реагируют на вора-простака, тогда почему старейшина так странно себя ведет? В чем причина? В шаре? Или тот маг что-то вытворяет, который послал их сюда? Азарт дворянина все разгорался, как и любопытство; шар не давал ему покоя, занял всю голову от края до края, вытеснил мысли и самолично уселся в черепе. Как на крыше богатой избы, шар красовался в разуме Левентье. Было в нем что-то колдовское, чуждое, даже нечто от другого мира! Что-то сочилось изнутри, как будто сила, окутавшая дремотой этот мир, превращенный из настоящего в выдуманный.
Левентье пришлось на своем веку повидать немало странностей, необъяснимых вещей, а также чудаков, которые находили им невероятные объяснения. Встречал он и драконов, и вервольфов, да и другой нечисти покрошил немало, так что страх у него остался только в качестве шутки. Упрямо хмыкнув, рыцарь изо всех сил дернул дверь дома старейшины, надеясь найти внутри лестницу. Несмотря на хлипкость, дверь не поддалась, а Левентье повалился на землю и тупо уставился на оторванную ручку, зажатую в кулаке. Краем глаза он заметил движение; старики снова дернулись, как будто от спазма. Впервые за много лет у Левентье поползли мурашки по затылку – в лицах и телах собравшихся появились бреши и прорехи, через которые виднелись чернота космоса и звезды. Яркие точки светили противно, грязно, как будто все разом заболели неизлечимой хворью. Проломы в телах стариков как будто покрывала призматическая пленка, отражавшая мягкий свет солнца Деревенской истории.
Удар ноги не заставил дверь даже треснуть. Поплевав на руки, Левентье подпрыгнул и уцепился за оконную раму. Сжав зубы, он полез наверх, на крышу, хватаясь за все, до чего только мог дотянуться. Образы стариков заморгали и замерцали, прорех стало все больше, а звезды в них разгорались все ярче.
– Лучше не делайте этого, сэр.
Рыцарь пропустил угрозу мимо ушей. Жители стали останавливаться на улицах и поворачиваться в сторону дома старейшины. Погоня за Счастливчиком прекратилась, и обитатели деревни, сверкая проломами в космос к злым звездам, медленно приближались к карабкающемуся Левентье. Грюнвель совсем потерял голову от жадности и, заметив, что его больше не гонят разъяренные жители, стал ломиться в пустующий дом.
Дворянин наконец залез на крышу. Снизу раздался неожиданно громкий голос, который не мог принадлежать человеку:
– Лучше не делайте этого, сэр.
Левентье осмотрел собравшуюся внизу толпу. Люди уступили место неясным блестящим силуэтам, внутренностями которым служила часть Вселенной. Две яркие звезды служили существам глазами. Они бормотали и перешептывались, тянули
