надеяться? Ленн сразу начал обдумывать план действий, в каком из вариантов хотя бы одному из них получится выжить.
– Нет, – сказал Тоби. – Не волки. Становится холодно.
Ленн и сам только это осознал. К вечеру температура всегда опускалась, однако сейчас близилось к заморозкам. В конце концов, на днях должна наступить календарная зима.
Тобиас достал из кармана свой камень, стиснул его в ладони и настороженно посмотрел на Ленни.
– Я попытаюсь найти нам хижину, но не уверен, что она будет… как пятизвездочный номер отеля, – сказал он так серьезно, что Ленни захотелось рассмеяться от последних слов, – Тоби будто извинялся.
– Что-нибудь в стиле комнаты из мотеля тоже подойдет, – улыбнулся Ленн.
Они отправились дальше. Леннарт уже ничего не спрашивал, только с интересом наблюдал, как Тоби то и дело вскидывал свой камень и смотрел на лес. Что он там мог видеть, для Ленни оставалось загадкой. Он через этот камень так ничего и не рассмотрел тогда.
По щелчку хижина, конечно, не появилась. Они блуждали до самых сумерек и первых откликов кусающегося мороза, прежде чем впереди в тумане проступили знакомые очертания домика. В этом варианте их однодневной обители не было возможности растопить камин, зато нашлась кое-какая еда: пресные галеты (наверняка с огромным сроком годности, иначе откуда их здесь так много?) и кое-какая овощная консервация. А из дельного – керосиновая лампа, правда, спички пришлось брать из своих запасов.
Тобиас снова в основном только наблюдал за тем, как ел Ленн, а сам к еде притронулся лишь слегка. Птицы и то больше ели, чем он.
– Почему… почему ты так мало ешь? – не выдержал Леннарт.
– У меня плохой аппетит.
– Да, я это уже заметил, – цокнул Ленн. Они сидели за крохотным кухонным столом бок о бок. От керосиновой лампы веяло теплом, а за окошком уже была темная-темная ночь. – Ты очень бледный. Вид нездоровый.
– Да, так и есть, – ответил Тоби. – Я нездоров. У меня анемия. Ничего особенного. – Он небрежно махнул рукой.
Пристально смотря на него, Леннарт протяжно выдохнул, совершенно не зная, что на это ответить, кроме «сочувствую». Слабый и болезненный вид странноватого парня это объясняло, но дальше-то что?
«Хороший вопрос» – пронеслось в мыслях недавнее.
То, что в хижине была всего одна кровать, уже не удивляло. Все лучше, чем спать под кустом или около камня в лесу. Так что после условного и скромного ужина они отправились в комнату. Два пледа, найденных в шкафу, давали надежду, что удастся пережить эту ночь и не замерзнуть.
Тобиас уселся на край кровати и принялся развязывать шнурки на ботинках. Леннарт решил перебрать свой рюкзак. Ему очень хотелось найти в нем упаковку обезболивающего. Даже случайно выпавшей из блистера таблетки было бы достаточно, чтобы чувствовать себя спокойнее, когда подкрадется очередной приступ. Но нет, никакого лекарства не появилось.
Зато Ленн нашел свежую футболку. Перед самым выходом вместе с зубной щеткой он закинул и это, на всякий случай, если вдруг его вещи, отправленные транспортной компанией, задержатся в пути. Кто бы знал, что в пути задержится он сам.
Он поднес к лицу футболку. Пахло свежестью кондиционера для белья. Так странно. Этот запах теперь ассоциировался с городом и прежней жизнью. Жизнью до того, как Ленн решил идти через лес. Теперь каждую минуту, каждую секунду приходилось выживать, искать ночлег и хоть какие-нибудь крохи еды и питья. Сперва он хотел убрать футболку обратно в рюкзак, но так и застыл с ней в руках. На контрасте с этим запахом свежести он ощутил, как пахнет сам – как человек, несколько дней блуждающий по лесу, то есть далеко не свежо. Футболка, которая сейчас была на нем под толстовкой, стала особенно неприятной. Это, наверное, было больше что-то психологическое. Может быть, так в нем играло и проецировалось непринятие ситуации, однако Ленн снял свою толстовку и подцепил края грязной футболки.
– Я бы не советовал спать в нижнем белье, – сказал Тоби. – Тут слишком холодно. Или, может, ты из тех, кто любит спать голышом? Долго держался, но больше нет сил терпеть?
– И как ты только до этого додумался? – пробурчал Леннарт. – Я просто захотел переодеться. Смотреть необязательно.
– Необязательно, но я посмотрю.
– Сообщать о своем решении тоже необязательно.
– Необязательно, но я сообщил.
Леннарт усмехнулся. Его искренне позабавил этой глупый короткий диалог. Он снял футболку и кинул ее на рюкзак, кожу сразу обдало холодным воздухом, побежали мурашки. Кровать скрипнула.
– Такой шрам… – вымолвил Тоби, подавшись корпусом вперед.
Леннарт промолчал, скосив взгляд на рваное розовое пятно на своем левом боку, чуть выше косой мышцы живота.
– Откуда? – спросил Тоби.
Ленн молчал несколько секунд, затем постарался сделать невозмутимый вид и подобрал свежую футболку.
– В аварию попал.
Тобиас выдохнул и вытянул руку. Пальцы его коснулись кожи над шрамом. Леннарт поежился и отдалился.
– У тебя руки как лед.
– Да, – просто согласился Тобиас, посмотрев снизу вверх на Ленни, тот поспешил надеть свежую футболку, сильно жалея, что не закинул в рюкзак еще какой-нибудь одежды.
– Так значит, авария привела тебя сюда? – склонив голову, тихо спросил Тоби будто у самого себя.
Ленн нахмурился и подхватил толстовку. Та тоже была грязной, но тут выбор отсутствовал.
– Нет. Ты перепутал. Я попал в аварию около года назад. А авария, из-за которой я оказался здесь, произошла на днях, и ко мне никакого отношения не имеет. Рана не могла же затянуться так быстро.
– Ты такой… – протянул Тоби, изучающим взглядом осматривая Леннарта, – крепкий.
Ленн посмотрел на свои плечи и оголенные предплечья. На руках местами тоже были мелкие шрамы, некоторые едва заметные. Авария оставила на нем нестирающийся след. Много следов.
– Я бы так не сказал, но все равно… спасибо? Или к чему ты клонишь?
Тобиас заглянул Ленни в глаза и улыбнулся.
– Должен признать, ты вовсе не плотный в боках.
– Спасибо, что теперь не считаешь меня толстым, – усмехнувшись, съязвил Ленн и надел наконец толстовку. Растер плечи, пытаясь согреться. Камина очень не хватало. Весь дом свистел от сквозняков, даже изо рта валил слабый пар.
– Ты занимаешься каким-то спортом, да? – поинтересовался Тобиас.
Ленн посмотрел на него. Тот невозмутимо захлопал глазами.
– Еще со школы играл в бейсбол, на соревнования ездил и даже выигрывал, – сказал Ленн и коснулся шеи, разминая мышцу и обдумывая, стоит ли рассказывать. – После аварии хотел вернуться в команду, но сложно, пришлось восстанавливаться плаванием.
– Завидую немного.
– Почему?
– Почему «немного»? – усмехнулся Тобиас.
– Почему вообще завидуешь?
Тобиас вскинул руки.
– Я не могу ничем заниматься из-за своей болезни.
– Из-за анемии?
– Нет. Анемия –
