в одиночестве.
– Так как? – Данте поймал мой взгляд. – Ты в деле?
Я протяжно выдохнула и кивнула.
– Иначе я сюда бы не пришла.
Глава 14
Как и в прошлый раз Данте провел меня почти до комнаты.
– Как мне связаться с тобой, если понадобится? – спросила я. – Сегодня просто измучилась в поисках тебя. Никто ничего про тебя не знает! Что ты за неуловимый человек? – Я нахмурилась, а Данте на это рассмеялся.
– На нашем курсе каждый сам за себя, – ответил он потом. – Те, кто перешли на вторую ступень и получили свое пламя, откровенно чураются таких, как я. Отстающих. Да и мозги у них уже знатно промыты. Половина делает вид, что не помнит таких, как я, половина, возможно, и правда уже забыла, – Данте усмехнулся. – Так что ничего удивительного.
– А как же те, кто не получил пламя? Вы с ними не общаетесь?
– Мало. – Данте пожал плечами. – Даже не знаю, как так вышло. Мы и с соседом по комнате едва общаемся.
– Действительно, странно. – Я вздохнула. – У нас группа более дружная, что ли…
– Повезло. – Данте развел руками. И вернулся к изначальной теме: – Если захочешь связаться со мной, оставь записку под лестницей на первом этаже. Там стоит ящик с песком, вот под него и подсунь, только аккуратно, чтобы никто не заметил. Разберешься?
– Конечно, – я хмыкнула, – видела я этот ящик.
– Вот и договорились. – Данте протянул мне руку, и я осторожно вложила в нее свою. Он пожал мне ее и снова заулыбался. – Я буду проверять его при каждой возможности.
– А если я тебе понадоблюсь?
– Тебя уж точно проще найти, чем меня, – заверил Данте. – Но ты тоже на всякий случай заглядывай под наш ящик.
– При каждой возможности. – Я тряхнула головой, и теперь мы засмеялись вместе.
– Где ты была? – встретила меня взволнованная Вайолетт. – Заходила миссис Харт, принесла свежее белье и заметила, что тебя нет. Пришлось соврать, что ты побежала к лекарю, потому что у тебя разболелась голова. Вроде бы поверила.
– Спасибо, – я поблагодарила подругу улыбкой. – У меня были неотложные дела. Очень важные.
– Ты ведь встречалась с тем парнем, да? – понизив голос, поинтересовалась Вайолетт.
– О ком ты? – Сердце испуганно дернулось.
– Тот, кто тебя ждал у трапезной. И уже не первый раз. Прости, но я видела вас – случайно. Точнее, случайно в прошлый раз, а сегодня уже… Нет. – Вайолетт посмотрела на меня виновато. – Но я никому не сказала и не скажу, клянусь! – тут же с жаром пообещала она.
Я кивнула:
– Это мой… друг.
– Эмми… – Вайолетт все не отрывала от меня взволнованного взгляда. – Ты ведь помнишь о запрете на романтические отношения? Просто если кто-то узнает… Не будет разбираться, друзья вы или нет.
Я протяжно вздохнула:
– Знаю. Но я постараюсь быть осторожной.
– Обещаешь? – Вайолетт крепко сжала мою руку.
– Обещаю. – Я слабо улыбнулась.
Соседка тоже просияла, явно успокоенная моим завершением.
– Я, пока тебя не было, решила задачи для Лойда. Если хочешь, можешь списать, – предложила она после.
– Знаешь, не откажусь, – тихо засмеялась я. – Но в следующий раз задачки за мной!
Вайолетт бросилась за тетрадью, а я вдруг поняла, что солгала: следующего раза могло и не быть. И неожиданно испытала горечь. Кажется, мне будет не хватать Вайолетт, если побег удастся…
Мы с Данте пока не пришли к решению, кто должен покинуть Академию первым. Именно об этом я размышляла ночь напролет, взвешивая все за и против, и все же пришла к выводу, что должна уйти первой я. Утром перед завтраком я быстро написала записку и украдкой занесла ее под лестницу. Ответно я ничего не нашла, впрочем, и не ожидала так скоро.
Данте нашел меня у амфитеатра, когда мы покидали раздевалку после занятия у Рица Кроуэлла. Я замедлила шаг, пока не отстала от ребят своей группы. Заметила это лишь Вайолетт и сразу все поняла.
– Будь осторожна, – шепнула она мне в который раз, и я кивнула.
– Что-то случилось? – спросил меня Данте.
Мы с ним скрылись за широким стволом старого дерева, и он по привычке привалился к нему спиной.
– Я долго думала и решила, что пойду первой, – выпалила я.
Данте усмехнулся:
– А я только собрался сказать тебе, что первым решил пойти я. – И тут же стал серьезным. – Так безопаснее для тебя. Если что-то пойдет не так, у тебя будет шанс скрыться. Сделать вид, что никуда не собиралась…
– Нет, послушай меня, – перебила я, коснувшись его руки. Мне показалось, что от этого прикосновения он вздрогнул, но я не стала сосредоточивать на этом внимания. – То, что ты говоришь, имеет смысл. Однако…
– Никакого однако. – Данте смотрел на меня со всей серьезностью. – Первым пойду я, как мужчина, я просто обязан поступить именно так. Я проложу тебе путь, оставлю ориентиры, чтобы было проще найти дорогу. Неужели ты считаешь, мне будет спокойно думать о том, как ты там пробираешься по горам, не зная, что ждет тебя впереди? А если ты заблудишься? Не дойдешь до места? Как я себя буду чувствовать? Нет, так не пойдет…
– Мы в любом случае рискуем, – заметила я тихо. – Ты ведь сам так говорил.
– Ну да… – Данте тяжело вздохнул и отвел глаза.
– Эй, что-то приуныл! – Я глянула на него с прищуром. – Может, уже передумал? Или пожалел, что поделился планом со мной? – На мгновение мне действительно так показалось, и от этого все в груди предательски сжалось. – Если так, то можем все забыть….
– Нет! – Данте встрепенулся. – Конечно же, нет! Дело в другом, но это и неважно. – Он слабо улыбнулся. И уже бодрее произнес: – Тогда готовься осуществить наш план завтра.
– Уже завтра? – Сердце пропустило удар.
– Ну да. Или ты не готова?
– Готова, конечно! – с жаром отозвалась я. – Чем быстрее, тем лучше.
– И первым иду я. Это не обсуждается.
– Ладно, – сдалась я. – Уговорил.
И вот еще одна бессонная ночь в ожидании. Я уже слабо представляла, когда смогу нормально поспать. Наверное, только на воле. Скорей бы… Скорей бы!
Лишь бы все получилось.
В течение дня мои мысли снова были далеки от учебы и однокурсников. Вайолетт и Мэриан постоянно пытались меня вовлечь в разговоры, но я лишь невпопад отвечала или просто кивала. Наверное, мне следовало быть более сосредоточенной, потому что Мэриан в конце концов забеспокоилась и решила отвести меня к лекарю, но на выручку пришла Вайолетт:
– Ей просто надо немного полежать. – И утащила меня в нашу комнату.
Я уже всполошилась было, что она
