– Прости меня, Тирен, если бы я не отвлекла тебя…
Он сунул нож за голенище сапога и, не глядя на нее, сказал:
– У меня притупилась осторожность, когда мы увидели опушку. Эту западню Фирокс предназначил для меня, ибо знает человеческую натуру.
– Ты говоришь так, словно знаком с ним.
– Знаком, вернее, был знаком. Хотя он родом с другой планеты, мы в течение многих циклов вместе учились на Беллаторе. Потом наши пути разошлись. – Он мрачно добавил: – Хотя все идет к тому, что они вновь пересекутся.
– Вы были друзьями?
– Нет, никогда. Горький опыт учит, что не следует проявлять излишнюю доверчивость. Ладно, нам пора убираться с этого зловещего места.
«Ясно, что он имел в виду не только Фирокса, но и меня, когда говорил о доверчивости. О, хоть бы скорее завершить нашу миссию! Хоть бы не видеть его укоризненный взгляд!»
Девушка молча пошла к экусу и вскочила на него.
Тирен смотал веревку, подвязал ее к седлу, уселся на вьючного экуса и поехал к опушке леса.
Скоро лес остался позади, и тропа пошла вверх, к новой гряде гор. День был ветреным и облачным.
«Показывается ли солнце в горах Мэйсер?» – подумала Элайя.
Они с трудом пробирались по горным тропам, но Элайя интуитивно чувствовала, куда им следует ехать.
Однако бессонница начала сказываться. Девушка то и дело погружалась в дремоту. Она мечтала о ночлеге и затуманенными, воспаленными глазами смотрела, как пробивающееся сквозь тучи солнце медленно плывет к тающим в дымке далеким горным вершинам.
Наконец Тирен сказал, что пора сделать привал.
– Пожалуй, возле этих скал будет относительно безопасно. – Он спешился. – Однако в эту ночь я буду дежурить в первую смену.
Элайя разложила постель под выступом скалы и хотела заняться экусами, но сильная рука удержала ее.
– Я сам займусь ими, – ласково сказал Тирен.
– Ложись отдыхать.
Элайя накрылась с головой одеялом, и сон тут же сморил ее.
Вокруг не было видно ни зги, когда Тирен разбудил ее. Девушка протерла глаза.
– Долго я спала?
– Часов семь или восемь. Но поскольку ты легла очень рано, то вовсе не просрочила свое время.
Вот, возьми мясо и сушеные фрукты. Время ужина давно прошло.
Она взяла еду, задев в темноте Тирена. От этого прикосновения оба вздрогнули. Сердце девушки учащенно забилось. Стоило Тирену обнять ее, и Элайя забыла бы обо всем.
Но он отступил, улегся на свое место, завернулся в одеяло и тут же заснул.
Утром, наскоро перекусив, они тронулись в путь. Они поднимались все выше и выше, пока не почувствовали стеснение в груди и боль в ушах.
Хотя солнца не было, Элайя интуитивно поняла, когда наступил полдень. Но Тирен не останавливался, пока они не добрались до горного перевала, зажатого между утесами и продуваемого всеми ветрами. Там они долго стояли, глядя вперед. Перед ними простиралось плоскогорье, на котором возвышались мрачные зубчатые стены крепости.
– Фирокс! – задыхаясь, прошептала Элайя. – Наконец-то!
«Да, Фирокс, – злобно думал Тирен. – Скоро мы с тобой встретимся, и я отомщу за Дарлу». Образ прелестной голубоглазой блондинки возник перед его мысленным взором. Как долго он запрещал себе вспоминать о ней! Он сжал кулак при мысли о ее гибели.
– Фирокс! – Это имя звучало в его устах, как проклятие.
«Почему между ними такая вражда?» – размышляла Элайя. Она никогда не видела на его лице выражение такой ненависти и боли, и это напугало ее.
Девушка осторожно коснулась руки Тирена, желая отвлечь его от тяжелых мыслей.
– Тирен, нам пора в путь.
Еще с минуту Тирен взирал на замок. Затем, передернув плечами, пришпорил экуса.
С приближением к крепости, где Фирокс прятал украденный Магический кристалл, они поехали быстрее, спускаясь по крутым склонам. Вскоре им пришлось спешиться и повести экусов на поводу, ибо путь преграждали каменистые завалы. Через два часа они увидели крепость с более близкого расстояния. Она высилась на огромном утесе.
– Вот он, уже совсем близко, – выдохнула Элайя дрожащим от триумфа голосом, когда они лежали на земле и впивались глазами в открывшийся вид.
– Кристалл почти в наших руках! Как я мечтала об этом дне, но даже не смела надеяться, что увижу волшебный камень! Идем, нельзя терять ни минуты.
Тирен удивленно посмотрел на нее.
– Неужели ты собираешься спускаться, не рассмотрев хорошенько подступы к крепости?
– Именно так. Меня поведет кристалл.
– Ты обезумела? – разозлился он. – Мы едва избежали ловушек в проклятущем лесу. Уж не считаешь ли ты, что Фирокс меньше охраняет свое главное убежище? Позволь мне рассмотреть все пути, ведущие в крепость и из нее. Здесь должны быть безопасные подходы.
Элайя решительно покачала головой.
– Нет, Тирен. Надо идти именно сейчас, пока нас не заметили. Внезапность – наше преимущество. Кристалл зовет меня.
– Но ты ничего не понимаешь в военном деле! Как же ты смеешь брать на себя ответственность?
– Это моя миссия, а ты поклялся подчиняться мне!
В его глазах вспыхнул гнев:
– Но я уверен, что это безумие!
– И все же тебе придется подчиниться мне! Он холодно усмехнулся:
– Тогда поступай как знаешь. Я отказываюсь выполнять нелепые приказы.
– У тебя нет выбора – и ты знаешь об этом! Я могу заставить тебя идти.
– Попробуй, если у тебя хватит смелости.
И, повернувшись, он пошел прочь.
Девушка пришла в ярость. Как смеет Тирен бросать ей вызов? Он поклялся помогать ей, а теперь, когда крепость рядом, отказывается! Ведь ей не обойтись без Тирена – умелого и сильного.
Ее рука невольно потянулась к ключам, висевшим на шее. Может, воспользоваться ими? Но что, если это причинит ему боль или даже убьет его? Нет, это невозможно. Ошейник предназначен для управления ценным рабом, а не для его ликвидации.
Элайя сняла ключи с цепочки.
– В последний раз предупреждаю тебя, Тирен, – крикнула она. – Подчинись или вини себя за последствия.
Он даже не остановился.
– Тирен! – В ее вопле соединились злость и мольба.
Помедлив еще минуту, Элайя охваченная яростью и отчаянием, соединила ключи.
Глава 9
Сначала ей показалось, что ничего не изменилось. Но внезапно Тирен обернулся, и его лицо выразило удивление и боль. Небольшое подрагивание пальцев перешло в конвульсии, от которых содрогалось его тело. Тирен с глухим стоном упал на землю.
Элайю охватил ужас. Она не ожидала, что это вызовет такие мучения. Девушка попыталась разнять ключи, но у нее ничего не получалось.
Она внезапно поняла, что действие ошейника рассчитано на определенный период и произвольно прервать его ей не удастся. Осознав тщетность своих усилий, Элайя выронила ключи и бросилась к Тирену.
