делая шаг назад. – Ты что, хочешь сказать, что…
– Человеческая кровь. – Голос Морены был всё так же ровен, но в нём чувствовалась настороженность. – Его может спасти только человеческая кровь.
Я перевела взгляд на Арфея. На его тяжёлое дыхание, на его закрытые глаза, на дрожащие лапы, которые ещё немного – и совсем перестанут двигаться.
А потом посмотрела на свои руки.
– Ладно, – выдохнула я, прежде чем могла передумать. – Давай.
Морена чуть заметно прищурилась, будто не ожидала.
Но ничего не сказала.
Она просто потянулась ко мне, острые ногти скользнули по моей коже, и я почувствовала, как моя кровь стекает в чашу.
Я не вздрогнула.
Я не отступила.
Я смотрела, как она подымает чашу к губам драковолка и по капле вливает мою кровь ему в пасть.
Секунда.
Две.
Три.
А потом что-то изменилось. Чёрный зверь вздрогнул. Его тело напряглось. Лапы снова наполнились силой. Он резко поднял голову, а его глаза вспыхнули алым светом. И его раны начали заживать.
Быстро. Слишком быстро.
Я сделала шаг назад, чувствуя, как голова немного кружится.
Морена пристально смотрела на меня.
– Я не знаю, что теперь будет, – наконец произнесла она. – Драковолк раньше никогда не пил кровь чужака.
А потом перевела взгляд на Арфея, который смотрел не на неё.
Арфей смотрел прямо на меня.
Не на Морену.
Не на Морока.
На меня.
Интересно, а не захочет ли он еще? Ему ж наверняка было вкусно. О Божечки! В его больших, пылающих алым глазах, не было больше боли. Только что-то странное, что я не могла объяснить.
Воздух в зале был тяжёлым. Все молчали. Даже советники, даже мой кот Мрак, который обычно влезал с язвительными комментариями в любой неудобный момент.
Я не знала, что делать.
Что, в таких случаях, положено делать, если ты только что напоил своей кровью громадного волка, а он теперь смотрит на тебя так, будто ты его спаситель, мать и самая любимая подушка в мире одновременно?
Я пошарила в кармане.
И вытащила конфету.
Что?!
Ладно, ладно, это просто инстинкт самосохранения. Раз уж мне удалось в прошлый раз, почему бы не попробовать сейчас? Я развернула сладость, вытянула руку и, не отрывая взгляда от огромного зверя, протянула ему угощение.
Морена ахнула.
Советники замерли.
Морок неизвестно что подумал, но его глаза стали ещё ярче.
А Арфей…
Взял. Осторожно. Аккуратно. Зубами подцепил конфету, немного пожевал, а потом…
Лизнул мою руку. Я вздёрнула брови. Все остальные, кажется, перестали дышать.
– Ты конечно герой, – съязвила дракониха, – но впереди огенные топи и кто-то точно вылетит. Я даже кажется знаю кто…
– Ты? – съязвила я и она перестала улыбаться.
– Я сожгу тебя до этого испытания, смертная.
– Если мне не изменяет память, то драки, членовредительства и так далее запрещены во время отбора. Да, я сделала домашнее задание.
Отвернувшись от нее я показала ей язык. Дура зубастая!
***
Огненные Топи. Прекрасное название для места, где тебя либо зажарят заживо, либо ты сам свалишься в кипящую лаву. Воздух здесь густой, как проклятие ведьмы, пахнет серой и палёным камнем, а каждый вдох – это новая пытка для лёгких. Магия здесь бесполезна, её буквально высасывает из тела, превращая силу в пищу для огня.
Я стою на краю испепелённой земли и смотрю вперёд. Ничего хорошего там не вижу. Вместо привычных троп – узкие, тонкие мостики из застывшего пепла, нависающие над кипящей бездной. Они трещат, даже когда на них просто смотрят, а если сделать шаг – ну, будет шанс проверить, как быстро пепел превращается в пыль.
– Отлично, – выдыхаю я, смахивая пот со лба. – Просто идеально.
Претендентки вокруг выглядят так, словно их сейчас вырвет от стресса. Русалка Ариэль бледная, будто её только что вытащили из пересохшего колодца. Ведьма Ингрит сжимает руки в кулаки, явно мысленно ругаясь на всю Вселенную за своё участие в этом "замечательном" конкурсе. Драконица Фейра пытается выглядеть невозмутимой, но я вижу, как дрожит её правая рука.
– Магия здесь не действует, – раздаётся голос одного из наблюдателей. – Полагайтесь только на себя.
Претендентки замерли.
– Простите, что?! – выдыхает кто-то с истеричным смехом.
Магия не работает? Вот это новость.
Я краем глаза замечаю, как некоторые начинают пробовать свои силы – у одной вспыхивают ладони, но огонь тут же гаснет, втягиваясь в раскалённый воздух. Другая вызывает защитный купол – и он тут же рассыпается пеплом, даже не успев окрепнуть.
Паника начинается моментально.
– Это нечестно!
– Так невозможно пройти!
– Кто вообще придумал это испытание?!
Я молча смотрю на всё это представление, потом перевожу взгляд на Мрака, который уверенно идёт вперёд.
Да-да, именно этот пушистый комок наглости вполне спокоен. Он прыгает с одной кочки на другую, абсолютно уверенно выбирая, куда ступать.
Я прищуриваюсь.
– Подожди-ка… Ты что, знаешь, куда идти?
Кот небрежно оглядывается на меня через плечо.
– Конечно знаю, кожаная. В отличие от некоторых, я умный.
– Ты издеваешься?
– Не в этот раз. Идёшь или останешься тут, дышать серой?
Вот мерзавец.
Но выбора у меня нет.
Я сжимаю кулаки, выдыхаю, делаю шаг вперёд – и чувствую, как под ногами что-то трескается.
Ну и денёк.
Мрак всю дорогу жался ко мне, словно я единственное, что защищает его от этого огненного ада. Он раздражённо шипел, фыркал, пытался стряхнуть с лап прилипшую пыль и вообще выглядел так, будто его кто-то силой затащил в это испытание (что, кстати, было чистой правдой). Но в какой-то момент он резко замирает, прижимает уши и пристально смотрит на землю.
– Что? – шепчу я, замирая на месте.
Мрак щурится, мотает хвостом и медленно поднимает голову.
– Смотри внимательно, кожаная. Видишь пузыри в лаве?
Я прищуриваюсь. Вижу. Маленькие, почти незаметные, но всё же – пузырьки всплывают точно в тех местах, где земля уже начинает трескаться.
– Ну офигеть теперь…
Значит, если не хочешь свариться заживо, надо избегать мест, где появляются пузыри. Отлично. Логично. Практично. Только вот есть одна проблема: все остальные девушки этого не заметили.
И в следующий миг раздаётся крик.
Резкий, полный ужаса, пробирающий до костей.
Я дёргаюсь, разворачиваюсь и вижу, как ведьма Ингрит, которая ещё секунду назад уверенно шла впереди, внезапно падает. Камень под её ногами осыпается, и она срывается вниз, прямо в пылающий котёл из лавы.
Я не думаю.
Плевать на трещащие камни. Плевать на страх.
Я бросаюсь вперёд.
Горячий воздух обжигает лицо, жар давит, сдавливая грудь, но я хватаю её за руку, в последнюю секунду цепляясь за её запястье. Её тело тяжёлое, но я не отпускаю.
– Держись!
