Владислав подмигнул. — Я ещё вчера Бориса отправил по окрестным деревням. С деньгами и с наказом брать всё, что дают: мясо, крупу, овощи, птицу. Скоро вернётся с обозом.
Я с удивлением поглядел на Владислава.
Такого я точно не ожидал.
— Спасибо!
— Ты главное готовь и не останавливайся. Ну и идеи рассказывай, — подбодрил Владислав.
— Слушайте… А ведь если дорога станет главной, то здесь надо делать торговый узел. Ну, место, где купцы будут не просто ночевать, а останавливаться по делу. Склады, весы, загоны для скота. Люди, которые знают цены и могут свести одного с другим.
— Зачем? — прищурился Георгий.
— Затем, что если сюда будет свозиться товар со всех сторон, то у нас всегда будет доступ к лучшему. Продовольствие, специи, посуда — что угодно, и не надо гонять за этим купцов за три дня пути. И вам хорошо. Вот ты, Георгий, идёшь в Гуй Ин с полным обозом. Дошёл, разгрузился, а обратно тебе идти порожняком, за свои же деньги везти воздух. А если здесь устроить узел, то ты разгрузился, тут же взял обратный груз и пошёл дальше не пустым, а с прибылью. И времени меньше, и стоянка сытная. Купцы за такое место держаться будут.
Георгий медленно поставил кружку.
— Володимир, — сказал он странным голосом. — Ты слышал? Он сейчас описал то, о чём я в гильдии третий год толкую, а мне отвечают, что это блажь.
— Слышал, — купец потёр лоб. — Я, знаешь, всё жду, когда парень скажет что-нибудь глупое, и я смогу рассмеяться, какой бред он несёт. И не дождусь никак.
— Занятное тут место, — улыбнулся Владислав.
Он откинулся к стене, сложил руки на животе и посмотрел в потолок.
— Братец мне давно землю в управление обещал, — сказал он мечтательно. — Хорошую землю, богатую. Чтобы я, значит, развивал, а он бы спал спокойно. Я всё отнекивался, отшучивался, уезжал подальше. Не моё это, я человек лёгкий, мне бы поесть да поглядеть на мир… — Он помолчал. — А ты, Макс, меня всерьёз заинтересовал. Глядишь, я и соглашусь на предложение братца. И заберу себе вот эту самую землю.
За столом стало очень тихо.
Все посмотрели на толстяка со смесью восторга и ужаса. А Владислав продолжал глядеть в потолок и улыбаться своим мыслям.
Я откашлялся.
— Слушайте… — начал я осторожно. — Если у вас такие планы… Меня вот что беспокоит. Придёт какой-нибудь очередной Джозеф, начнёт пальцы гнуть, тыкать своим родом и требовать. Вы уверены, что сможете это решить?
Владислав перестал улыбаться.
— Да я с ним такое сделаю, — сказал он тихо. Голос у него не изменился; всё тот же добродушный, чуть ленивый. Изменилось что-то другое, и в зале как будто похолодало на пару градусов. — Пусть только на мои земли сунется… Ну, когда они моими станут. — А если он не угомонится, — продолжил Владислав, — то я и его земли к себе присоединю. Не так уж это и сложно, дружище, было бы желание. С князем соседних земель я тоже на короткой ноге, и он мне кое-чем обязан. Кое-чем таким, о чём предпочитает не вспоминать, но помнит очень хорошо, — Он усмехнулся. — Вот уж старина Джозеф удивится, когда однажды проснётся и узнает, что теперь его отец, славный Дарий, служит мне. И что за каждую свою выходку он теперь будет отчитываться передо мной лично.
Толстяк-балагур на секунду показал зубы.
И я вдруг понял, что этого человека есть за что бояться.
А в следующий миг, дверь распахнулась, и в зал ворвался обеспокоенный Ратибор.
Глава 10
Эвакуация
Дверь распахнулась с такой силой, что стукнула о стену.
В таверну, подобно смерчу, ворвался Ратибор.
Бард выглядел так, будто убегал от роя ос. Волосы всклокочены, глаза круглые, лютня прижата к груди здоровой рукой, а на лице улыбка, которая была призвана скрыть панику, но только подчёркивала её.
— Друзья мои! — провозгласил он, увидев за столом купцов.
— Ратибор, ты как? — я поднялся ему навстречу. — Всё в порядке?
— В полном! В абсолютном! Я резко выздоровел! Совсем как новенький! — Он крутанулся на пятке, демонстрируя своё цветущее здоровье, и слегка поморщился. — Полностью здоров и готов к свершениям!
— Ты же ещё не до конца выздоровел, — заметил я. — У тебя рука в перевязке. Тебе Елена вчера ещё компресс менять велела.
— Да ладно! — отмахнулся бард перевязанной рукой и снова поморщился. — У бардов раны заживают быстрее, это все знают. А уж с песней вообще всё чудесно выходит: спел и любую боль, как рукой сняло. Так что нормально. Могу вставать и даже ходить. И даже… — он понизил голос и оглядел зал, — уезжать. И желательно побыстрее.
Он подошёл к столу купцов и заглянул каждому в лицо с самой располагающей улыбкой.
— А не собирается ли кто-нибудь из уважаемых господ в путешествие? — спросил он светски. — Мне бы, знаете… развеяться. Мир посмотреть. Вдохновения набраться. Меня, признаться, зовут дороги.
— Ты же древний город искал в этих землях, — напомнил я. — Говорил, руины какие-то, легенды, вся эта история про забытое величие.
— Ну да, и его тоже! — с готовностью подхватил Ратибор. — Готов отправляться прямо сейчас! Правда, — он посерьёзнел, — для путешествия к затерянному городу понадобится целый боевой отряд, я к этому вопросу подходил основательно и понял, что в одиночку туда ходят один раз и не возвращаются. Так что сперва просто дорога. Куда угодно. Главное, чтобы подальше и поскорее.
— Володимир скоро дальше едет, — обронил Георгий, пряча улыбку в бороду. — На восток, в Чи Ан.
Ратибор развернулся к купцу так стремительно, что едва не уронил лютню.
— Возьмите меня с собой! — выпалил он. — Я вас развлеку в дороге! Песни, сказания, истории на любой вкус: от героических до неприличных! Я знаю двести сорок баллад, а придумаю ещё больше! И вообще, — добавил он с чувством, — под вашей защитой мне будет намного спокойнее.
Володимир оглядел его с ног до головы.
— Ты что, в бегах? От кого прячешься, бард? — спросил он с усмешкой.
Ратибор наклонился к нему и трагическим шёпотом, слышным на весь зал, сообщил:
— От смерти.
— Как это? —
