глаза расширились.
Я быстро добавила:
— Твоя внучка ничего не услышит. Мы будем тихо.
Джилл громко всхлипнула и вытерла слёзы. Потом кивнула:
— Никто не узнает, кем он был на самом деле?
Я покачала головой:
— Было благородно с твоей стороны обратиться в ФБР, но этот человек слишком долго вселял страх в других. Я узнаю, где покоятся тела пропавших женщин, и анонимно передам полиции. Скажу, что убийца умер мучительной смертью много лет назад. Возможно, это принесёт утешение некоторым семьям. Но нет смысла разрушать жизнь твоих детей и внуков. Мир был бы к ним несправедлив. Такое чудовище, как твой отец, может быть бременем для нескольких поколений.
Она снова кивнула. Я почти дошла до конца коридора, когда её дрожащий голос раздался позади:
— Спасибо.
— Лобно-височная деменция, — напомнила я. — Скажешь, что у него были мысли причинить себе вред.
Я прислушалась к звукам — из комнаты Дональда и соседней, где спала его правнучка. Тишина.
Я вошла в темную комнату с рюкзаком, полным нужных вещей.
Я подозревала, что он просто так говорить не станет, поэтому была готова: скотч, чтобы заглушить крики, местный анестетик — чтобы облегчить боль, когда он начнёт сотрудничать, и нашатырь — чтобы приводить его в чувство, если он потеряет сознание. Мне было нужно, чтобы он записал местонахождение тел, так что убивать его сразу не входило в планы.
К счастью, уколы не понадобятся — я заранее выяснила, что у Дональда остался целый набор фентаниловых пластырей: десять штук по 50 мкг/ч. Этого хватило бы, чтобы убить его несколько раз.
Это была не та смерть, которой я ему желала, но, если повезёт, это чудовище окажет сопротивление — и тогда будет немного прелюдии, прежде чем наркотик отправит его в ад.
Я уже решила, каким способом заставлю его говорить. Ног у него не было, но оружие, которым он пользовался против женщин, осталось. Я говорю о том самом, что между отсутствующими ногами.
Отрезать это ножницами — весьма убедительный метод.
Агент Рихтер доверился мне не устраивать кровавую бойню, но вряд ли он будет возражать против такой маленькой детали, если это поможет найти тела пропавших женщин, которых их семьи искали всю жизнь.
Глава тринадцатая
Агент Валлери Роуз
Роуз заметила чёрный внедорожник ФБР в тот момент, когда он свернул за угол. Она как раз разгружала ещё один поддон с бутылками воды из фургона для пожертвований перед приютом для бездомных, когда агент Рихтер подъехал к ней. Поставив воду, она подошла.
— Похоже, теперь я знаю двоих, у кого есть шанс попасть в рай, — заметил Рихтер с оттенком шутки и восхищения в голосе.
— Дай угадаю. Второй — ты? — парировала Роуз.
— Я? — рассмеялся Рихтер, покачав головой. — Ни за что. Я про свою дочь.
— Понятно. Ну, если бы для спасения души хватало пары часов волонтёрства в приюте, у нас было бы больше четырёх добровольцев сегодня, — ответила Роуз.
Рихтер оглядел окрестности — одинокие люди, сжавшиеся над своими пожитками, с лицами, исписанными отчаянием. Он кивнул в сторону женщины в грязной розовой лыжной куртке, которая копала яму у куста во дворе.
— Что она делает? — спросил он.
Роуз проследила за его взглядом и тяжело вздохнула, увидев это.
— Чёрт возьми, — пробормотала она себе под нос, а потом громко крикнула: — Синтия! Перестань копать ямы на газоне!
Синтия подняла голову, а потом быстро убежала.
Роуз снова вздохнула:
— В прошлом месяце я потратила часы, закапывая их обратно.
— Зачем она это делает? — спросил Рихтер.
— Потому что наша система выбрасывает психически нездоровых людей на улицу, — объяснила Роуз. — И потому что она считает, что роет туннели для хоббитов. Но что ты хотел?
— Есть минутка? — спросил агент Рихтер. — Я хочу тебе кое-что показать.
Роуз взглянула на телефон:
— Мы начинаем раздачу еды через два часа.
— Ты успеешь вернуться через час.
— Сегодня мой выходной.
— Знаю. Поэтому и предлагаю обмен: час сейчас — и целый день потом.
Она задумалась на мгновение, а затем кивнула и села в машину.
Роуз сидела на водительском сиденье рядом с Лиамом, устремив взгляд на тюрьму Кейп-Кода. Типичное исправительное учреждение Восточного побережья: неприметное кирпичное здание с маленькими окнами под охраной и контролируемыми точками входа.
Машину поглотила тишина, пока они наблюдали за входом. Из множества мыслей, проносившихся в голове Роуз, одна была особенно настойчивой: зачем, чёрт побери, Рихтер втянул её в эту побочную миссию? Он прекрасно знал, какова её роль в его команде — и почему она там оказалась.
Такая импровизация шла вразрез с логикой, а Роуз терпеть не могла непредсказуемость — и в ситуациях, и в людях.
— Ну… семья у тебя есть? — спросил агент Рихтер. — Какие-нибудь хобби?
Очередная попытка установить контакт. — Нет, — отрезала она, обрывая разговор. Если агент Рихтер надеялся, что она растает и начнёт болтать, как домохозяйка на дневном ток-шоу, его ждало разочарование. А если он думал, что она не замечает его приёмов, то разочарование будет двойным.
— МакКорт будет в бешенстве из-за этого, — заметила Роуз, не отрывая взгляда от тюремного входа.
— Знаю, — спокойно ответил Рихтер.
— Тогда зачем?
Он повернулся к ней, будто она задала самый странный вопрос в мире.
— Зачем что?
— Серьёзно? — фыркнула Роуз, больше раздражённая, чем развеселённая. Но добавила: — Сэр.
Рихтер внимательно посмотрел на неё.
— Разрешите говорить откровенно?
Он кивнул.
— Раз уж вы так внезапно заинтересовались моей персоной, то из всего, что я могла бы рассказать о себе, включая то, что я ненавижу булочки с сыром почти так же сильно, как и буллинг, есть одна вещь, которую вам действительно стоит знать.
Рихтер всё ещё внимательно слушал.
— Когда перед вами открывали двери, передо мной их либо захлопывали, либо пытались затащить меня в постель. Я выросла в Америке, существование которой некоторые предпочитают отрицать. Не где-то в далёкой коммунистической стране, а прямо здесь — на пороге наших закредитованных пригородных домов.
Она едва закончила фразу, как в памяти вспыхнули выстрелы. Перед глазами возник брат, лежащий на земле, с широко раскрытыми глазами, задыхающийся, умоляющий её бежать, пока кровь захлёбывала его голос.
Она прогнала образ.
— Чтобы выжить в этом мире, мне нужна сила супергероя, — она выровняла дыхание. — Так что если вы думаете, что сможете мной поиграть — вы ошибаетесь.
В салоне SUV повисла тяжёлая тишина.
— Итак, повторю вопрос, — сказала Роуз, полностью восстановив самообладание и вперив в него взгляд. — Зачем вы взяли меня на задание, зная, что МакКорт будет в ярости?
К
